Чтение онлайн

– Он тебя с полуслова слушается!

– …Единственный, в этом доме!.. – невесело отозвался Сергей.

Женщина улыбнулась.

– У остальных уважительная причина – переходный возраст!

– …Переходный возраст… – эхом повторил Светлов, думая о чём-то своём, – …Что-то он очень уж затянулся! Превратить себя в какое-то ЭМО, примкнуть к своре ряженых идиотов! Такие чудачества можно понять в пятнадцать лет!.. Но ей уже семнадцать! Пора, в конце-концов, и остепениться!

Ника покачала головой.

– Торопить события в данном случае бесполезно. Запрещать – несправедливо, и в какой-то мере даже рискованно. Однажды она сама поймёт, что ей это не нужно, и тогда всё встанет на свои места…

Сергей обречённо вздохнул.

– Звучит, конечно, обнадеживающе! Только к тому времени, когда наступит это ОДНАЖДЫ, я, в лучшем случае, поседею!

– А разве кто-то обещал, что будет легко? Это жизнь, и выпадать из общей массы – своеобразный закон подросткового периода. И причины тут чаще всего психологические: потребность в друзьях и впечатлениях, внутренняя свобода среди себе подобных, протест против формализма взрослых, неразделённая любовь… К этому нужно отнестись с терпением и пониманием.

– Неразделённая любовь, говоришь? – усмехнулся он.

– А почему нет? Не стоит скептически относиться к их проблемам: как ни странно, в этом возрасте чувства могут быть очень искренними!

– Да уж! – Сергей посмотрел на неё, как на ребёнка, говорящего чепуху, – Не так давно, я имел несчастье наглядно убедиться в их искренности! Ты даже представить не можешь, что мне пришлось пережить в тот момент, когда она позвонила! Порой даже думаю, что всё это вытворяется мне назло!

Вероника замедлила шаг.

– …Но ведь позвонила-то она, всё-таки, тебе, а ни кому-нибудь из своры ряженых идиотов!

– Слава Богу, хоть на это ума хватило! – взорвался Светлов, зашвырнув теннисный мяч Пикника на противоположный край газона. Беспечный пёс умчался за своей игрушкой. Выждав, когда утихнет всплеск негодования женщина продолжала.

– Не находя понимания в семье и школе, подростки сбиваются в стаи и взрослеют, как могут. А чем поддержал её ты? Посадил под домашний арест?..

Сергей помрачнел.

– Из подобных стай ребёнка надо вытаскивать любыми средствами! Самый примитивный и действенный метод – силовой! Поверь, это уже был крик моей души!

– Крик души – это эхо неправильных шагов! – парировала Ника, – Аля – обычная девочка, занятая поиском своего места в жизни! Но в таком возрасте сложно принимать самостоятельные решения. Подростки интуитивно ищут поддержки у взрослых и сильно разочаровываются, когда сталкиваются с равнодушием. Взаимное доверие – вот залог твоего относительного спокойствия! Но для этого придётся переступить через своё амбициозное «Я» и, возможно, признать кое-какие собственные ошибки!

– Вслух? – язвительно поинтересовался он.

– Не обязательно. Дети склонны тонко чувствовать. Только для того, чтобы научиться слышать друг друга, вам надо чаще разговаривать!..

– Я не знаю, на каком языке нужно говорить! – вскипел Сергей, – Она даже не пытается меня услышать! Я в растерянности, а такое, согласись, бывает редко!

Разъяснившееся с утра небо снова затянули клубящиеся серые облака. Время от времени срывался дождь. Машина бесшумно скользила по мокрому асфальту. Глядя в зеркальце, Вероника подкрашивала губы.

– Вчера «Хардмен» прислал новое коммерческое и договор. Документы у тебя на столе, так что можешь заехать, подписать.

Сергей согласно кивнул.

– Заеду, подпишу.

– Как обычно, даже не читая?… – в её голосе послышался лёгкий укор.

– У меня хороший зам, – с невозмутимым видом оправдался Светлов, – Я ему доверяю.

Женщина покачала головой.

– Да как ты не поймёшь, что даже очень хороший зам может ошибиться…

– Вероника! За три года, благодаря тебе, «Фаворит» из заурядной качалки, с десятком раритетных тренажёров, превратился в элитный спортклуб.

– Ты переоцениваешь мои заслуги. Приложив немного стараний, я всего лишь помогла воплотить в жизнь твои планы. Поверь, на имеющейся основе, это не составило большого труда.

Он коснулся лежащей на подлокотнике руки. – Не скромничай! Ты ведь прекрасно знаешь, что без этих стараний, все грандиозные планы так и остались бы проектами на бумаге.

В её сумочке зазвонил телефон.

– Муж… – несколько секунд она что-то прикидывала в уме, потом попросила притормозить.

Он остановился на обочине и, включив аварийку, заглушил двигатель. Ника хотела выйти из машины, но промозглый ветер, захлестнувший в салон дождевые брызги, остудил этот порыв. Захлопнув дверцу, она стряхнула с волос холодные капли и, наконец, приняла вызов.

– Да!.. – в ровном голосе угадывалось лёгкое волнение. С минуту слушала молча, блуждая рассеянным взглядом по приборной панели, а потом закрыла глаза и откинулась на подголовник сиденья, – …Вот видишь, я же говорила, что всё решится в твою пользу… – на её опущенных ресницах задрожали слёзы, – …Я скоро буду дома, и мы всё обсудим. Целую... пока!..

Сергей с беспокойством смотрел в её побледневшее лицо.

– Что случилось?..

Ника молчала. Он обнял её за плечи и притянул к себе. Взяв за подбородок, заставил поднять взгляд и повторил вопрос. Женщина вздрогнула. Глаза её снова наполнились слезами.

– Серёж, я уезжаю…надолго…- она судорожно сглотнула подкативший к горлу ком, -...Может быть навсегда…

Последовала минута напряжённого молчания. Он вглядывался в её глаза, пытаясь отыскать в них хоть какую-то озорную искорку – крошечное доказательство, что это всего лишь шутка… Глупая, неуместная, пусть даже жестокая, но это шутка! Но, увы – её застывший взгляд не оставлял никаких надежд.

– Почему?..

Ника смахнула скользнувшую по щеке слезу.

– Мужа зовут работать в Германию. Выгодное предложение… – она говорила сбивчиво, стараясь унять в голосе дрожь, – …И сегодня всё решилось – с ним подписали контракт на пять лет…

Его пальцы до боли сдавили её руку.

– Ты не можешь уехать, слышишь!.. Подумай, это же безумие, тащить детей неизвестно куда!.. – Сергей злился на себя, потому что не находил более веских аргументов, – Пусть он едет сам!.. Катится, хоть к чёртовой матери!..

Ника сделала протестующий жест, давая понять, что он заходит слишком далеко.

– Я его жена!..

Некоторое время он молча смотрел на стекающие по лобовому стеклу ручейки. Наконец удалось взять себя в руки.

– Когда?.. – собственный голос показался каким-то чужим.