Чтение онлайн

— Нет, я просто не понимаю, что за книги читал Горелов, чтобы из ученого превратиться в фанатика-шизофреника? — дожал Голицын.

— Хороший вопрос, — протянул Таланов, но по лицу его было видно, что он над чем-то размышляет. — А ведь это можно посмотреть. Мы всегда отмечаем в системе книги, которые берем в работу — неважно читать или реставрировать, или описывать.

— А давайте! — хлопнул в ладоши Марк. — Спорю, это книги каких-нибудь жалких акудзин с комплексом неполноценности!

— А хорошо! — поддержал его Таланов. — Спорю, это какие-нибудь известные мыслители, которые в свое время нашли немало последователей.

— Прекрасно! На что спорим? — довольно улыбнулся Марк.

— На обед конечно! — Таланов хлопнул себя по животу и облизнулся. — На хороший обед из трех блюд.

— И компот.

— И компот.

***

В кабинете Таланова Марк будто окунулся в прошлое. В прошлое, где музеи и библиотеки мира были ему роднее собственного дома.

Он уже бывал здесь, и не раз, но все равно рассматривал помещение с каким-то детским, наивным восторгом. По мнению Марка кабинет Таланова был идеален во всех отношениях. Этакая мини-библиотека, или музей, где все дышало стариной, историей, начиная с оригинального паркета, заканчивая старинными книгами на старинных стеллажах.

Единственное, что здесь напоминало о том, что они все-таки в двадцать первом веке — мощный компьютер, в котором Евгений Михайлович на данный момент искал информацию.

Марк отхлебнул, любезно предложенное ему кофе, и с нетерпением спросил:

— Ну что там?

— Какой ты нетерпеливый, — с улыбкой пожурил его Таланов. — Кое-что интересное есть и, кажется, обедать мы будем каждый за свой счет.

— Ну не томите, — вернул улыбку Марк. — Чем же интересовался Горелов?

— Во-первых, здесь много работ довольно известных акудзин. Даже очень известных теоретиков. Большинство из них, кстати, ярые сторонники концепции креационизма.

— То есть того, что все создано Творцом…

— Да-да, теории о сотворении мира Богом.

— Не только Богом, — возразил Марк.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Таланов.

— Если рассматривать подобные концепции с точки зрения акудзин, нас сотворил не Бог, а его антипод.

— Возможно, но в тех книгах, о которых я говорю, рассматривались именно теории о том, что мы созданы Богом, как и все живое на Земле, как и сама планета. Но тут есть еще кое-что, — Таланов уставился на монитор и пару минут крутил колесико мышки. — Книги людей и парочка работ Ратмира Юсупова.

— Кто это такой? — Марку казалось, что он где-то слышал это имя, но никак не мог вспомнить где.

— Ратмир Юсупов — главный врач «Центра крови» ФМБА, а по совместительству глава вампирского сообщества России. Прекрасный ученый, скажу я тебе!

Марк мысленно присвистнул, но не показал Таланову, что его эта информация ну очень заинтересовала. Просто спросил нейтральным тоном:

— А какие работы Юсупова брал Горелов?

— Так-так… сейчас посмотрим, — подобрался Таланов. — Что у нас тут? Ага! «Кровь, как лекарство», «История, значение, свойства крови с древности и до наших дней».

Марк ничего не ответил. Сделал мысленно заметку в памяти, что выбор книг очень странный, а вслух спросил другое:

— А какие книги, написанные людьми, его интересовали?

— Тоже интересный выбор, учитывая то, во что он превратился, — покачал головой Евгений Михайлович, явно сожалея, что ценный кадр оказался маньяком. — «Знаки и символы», «Оккультизм наших дней», «Магические дары природы»… и еще парочка антинаучной белиберды.

— Зачем Библиотеке антинаучная белиберда? — удивился Марк.

— Потому что она дает нам представление о смыслах, теориях, верованиях, расширяет сознание и горизонты.

— Не понимаю.

— Не понимаешь, потому что ты всегда был прагматиком до мозга костей, — усмехнулся Таланов. — Ты никогда не верил ни в бога, ни в черта, ни в приведения. Ты веришь в науку, в то, что ты можешь объяснить или хотя бы предположить, почему происходит то или это. Но есть и другие существа, которые мыслят шире, выходя за рамки еще дальше, чем простое объяснение — все создал Бог и он нами управляет. Эти люди или акудзины хотят дотянуться до тех пределов, которые нам просто недоступны, невидимы. Они хотят расширить свое сознание, чтобы познать неизведанное, неподдающееся логике, для которого нет научного объяснения.

— Шарлатаны какие-то, — фыркнул Марк.

— Они для тебя шарлатаны, а ты для них твердолобый дурак. На том и порешили, — улыбнулся Таланов.

— Допустим, — усмехнулся Марк. — Вы можете мне распечатать этот список? И скажите, а эти книги в свободном доступе?

— Распечатать могу, — кивнул Евгений Михайлович. — В свободном доступе. Но все они в хранилище. Если попросишь Ингу Бруновну, подготовит к твоему следующему визиту. Книги Юсупова можно даже брать домой — они новьё. Хотя… да, «Магические дары природы» выносить из хранилища нельзя, только в лаборатории и в перчатках. Очень хрупкий экземпляр.

— Перчатки не проблема, — намекнул Марк.

— Ну конечно я выдам тебе допуск, — засмеялся Таланов.

— Благодарю, — искренне обрадовался Марк. — И все-таки угощу вас обедом. Вы мне очень помогли.

— Да брось! — махнул рукой Евгений Михайлович и встал. — Идем. Распечатку заберем с ресепшен.

Когда Марк закончил работу в Библиотеке, понял, что возвращаться в офис поздно. Он хотел было отправиться к одной очень знойной блондинке и заняться тем, чем занимаются все нормальные мужчины по вечерам, но его планы нарушил отец, прислав короткое сообщение:

«Надо поговорить»

Говорить с ним не хотелось. Отношения с ним всегда были напряженными, но Голицын-старший мог достать отпрыска из-под земли, так что Марк решил не нагнетать и прыгнул в родительский дом.

Особняк Голицыных как всегда сиял безупречной чистотой. Богатый холл с высоченными потолками украшали массивные хрустальные люстры, картины известных художников, вазы и скульптуры, представляющие историческую ценность.

Не успел Марк вдохнуть воздух некогда родного дома, как за спиной раздался строгий голос отца:

— Давно ты знаешь, что Виктор в городе?

— И тебе привет, папа, — нахально протянул Марк, поворачиваясь.

Они были как отражения друг друга. Взглянув на Юрия Петровича Голицына, Марк легко мог представить, как будет выглядеть лет через сто. Такой же высокий, подтянутый, с сединой в волосах.

Отец сощурился и пристально посмотрел на сына, ожидая ответа. Марк сдался, поняв, что этого акудзина не изменить.

— Вчера, а что?

— Мог бы предупредить. Я бы организовал себе месячную командировку, — фыркнул Юрий Петрович.