Чтение онлайн

Проводив Кристину до квартиры, Савелий задержал её руки в своих.

— Знаешь, чего я хочу больше всего? — спросил он.

— Не знаю. Чего?

— Чтобы ничего и никого не было, кроме нас с тобой: ни прошлого, ни исчезновения Эвелины, ни твоего мужа, ни Лесникова, ни альбома с фотографиями. Хочу, чтобы были только ты и я, и чтобы мне никуда не нужно было отпускать тебя. Я с ума сойду от переживаний. Тем более, теперь, когда точно знаю, на что способен этот монстр.

— Я уверена, что Алексей Петрович всё сделает очень быстро, — Кристина освободила свои руки и обняла Савелия за шею, глядя в его глаза. — Он же сказал, что рисковать по-глупому мы не будем.

— Как будто от мысли, что ты рискнёшь по-умному, кому-то стало легче!

— Ты же не нарушишь обещание, данное Алексею Петровичу, Савелий, правда?

— А обещание, которое дал сам себе, могу нарушить?

— Смотря какое, — улыбнулась Кристина.

Обхватив Кристину ладонями за затылок, Савелий склонился к её лицу. Лишь через несколько минут Савелий смог остановиться.

— Иди, Кристина, иначе я все обещания сейчас нарушу. И часть заповедей. Завтра я тебе позвоню. Пожалуйста, ответь сразу. И прошу, будь осторожна.

— Обязательно, — пообещала Кристина, которая до сих пор не могла справиться с дыханием. — Обещаю. А ты постарайся не переживать так.

Кристина закрыла двери на все замки. Савелий, тяжело вздохнув, вошёл в лифт, и через пару минут помахал рукой Кристине, которая смотрела на него в окно.

Теперь оставалось только ждать звонка от Лесникова. Скорее бы всё это закончилось…

Кристина слушала подробный рассказ Вадима о конференции, на которую он летал. Вообще, муж, в отличие от неё, довольно часто и много путешествовал, постоянно выбираясь на различные семинары, симпозиумы и конференции.

Сейчас, когда они ужинали, Кристина спокойно ела салат и внимательно смотрела на мужа. Благо, ситуация располагала: он заливался соловьём, правда, время от времени покашливая.

Мысли Кристины перескакивали с одной темы на другую. Она думала о том, что ближе к ночи ей придётся делать для Вадима горячее молоко с маслом, содой и мёдом, а ещё организовать тазик с раствором горчицы — муж будет греть ноги.

Вадим обожает лечение "народными средствами", а ещё он очень трепетно и придирчиво относится к тому, насколько внимательно Кристина о нём заботится.

Одно радует: интима в ближайшую неделю не предвидится, повезло. Ведь будь муж в добром здравии, пришлось бы изобретать какие-то благовидные предлоги, а Вадима сейчас нельзя сердить, раздражать или наводить на странные мысли.

Только бы Лесников скорее позвонил.

Совсем не ко времени Кристина вспомнила, как Савелий целовал её в подъезде вчера. Вот не зря говорят: "Никогда не говори никогда". Могла ли подумать она, послушная и верная жена, что будет целоваться с другим мужчиной, да ещё отвечать на его поцелуй с такой страстью?

И как отреагировал бы Вадим, если бы узнал о том, что она очарована и увлечена именно Савелием? Кристина смотрела на Вадима и больше всего мечтала сообщить этому зануде и педанту о том, что вчера она испытывала настоящее желание, целуясь с мужчиной, и ей впервые настолько нестерпимо хотелось продолжения.

А ещё сегодня Савелий звонил ей, и она с замиранием сердца слушала звучавшие в его голосе облегчение, радость, волнение и ещё что-то, не имеющее чёткого определения, но очень-очень важное.

Кристине не было жаль Вадима, даже если он не преступник. Ни капли не было жаль. Она была уверена, что сполна расплатилась с ним за свою будущую свободу. А если на свободе останется он, то пусть ищет себе другую дурёху, новую. Хотя Кристина искренне желала, чтобы таковой больше не нашлось.

Интересно всё же, может ли такой человек, как Вадим, оказаться настоящим злодеем? И если да, то как она, Кристина, не почувствовала ничего подобного за шесть лет супружеской жизни? При мысли об этом по спине начал медленно распространяться противный холод, и Кристина поспешила отвлечься.

— Вадик, а мы поедем куда-нибудь этим летом? Скоро отпуска и у тебя, и у меня, — воспользовавшись возникшей паузой, спросила Кристина.

Она нарочно задала этот неудобный вопрос, чтобы самодовольный Вадим начал изворачиваться и придумывать причины для отказа.

— Ты же знаешь, солнышко, что мы не можем оставить маму надолго одну. Её здоровье… эээ…требует постоянного внимания.

— Ну не знаю, Вадим. Ты же улетаешь в командировки. В этот раз тебя не было целых пять дней, и Ангелина Андреевна ни разу не побеспокоила меня. Я сама ей звонила, и у нее в гостях постоянно были подруги.

— Кристиночка, дорогая, мы должны радоваться тому, что у мамы есть сложившийся круг общения, и она не коротает время в одиночестве.

— Я и радуюсь. Но не понимаю, почему Ангелина Андреевна не может остаться без нашего присмотра недели на две? Она очень здравомыслящий и адекватный человек. И совсем не производит впечатления больной.

— Солнышко, это не обсуждается, — сухо ответил Вадим и вернулся к поеданию салата.

Именно такого ответа Кристина и ожидала, однако испытала чувство глухого раздражения, а также непреодолимое желание надеть Вадиму на голову тарелку с салатом.

Вечер прошёл штатно. Кристина выполнила все обязанности по восстановлению пошатнувшегося здоровья супруга, в очередной раз доказав ему, что она по-прежнему остаётся внимательной и послушной женой. К счастью, Вадим, который устал с дороги, уснул достаточно рано, и остаток вечера Кристина провела в одиночестве.

Так же прошли ещё два дня. Тревога в голосе Савелия звучала всё яснее, и Кристина очень опасалась, как бы он не наворотил дел. Однако во вторник наступил долгожданный перелом.

В обеденный перерыв Кристине позвонил Савелий и сообщил, что Лесников вышел с ним на связь. Подробности позже, при личной встрече, как только Алексей Петрович даст добро.

По голосу Савелия Кристина поняла, что всё очень серьёзно, и кажется, появились важные новости.

А во второй половине дня около окошка Кристины остановился посетитель. Кристина, которая была занята отчётом, не глядя на посетителя, посоветовала ему обратиться в любое из двух работающих окон.

Однако настойчивый посетитель продолжал стоять у её окошка, и Кристина перевела взгляд с монитора на настырного клиента. Сказать, правда, ничего не успела, потому что тут же узнала Алексея Петровича Лесникова.