Чтение онлайн

– Мы были самыми старшими из тех, кого он знал и у кого была относительно здоровая семья, – поясняет Толдберг. – Вокруг нашлось не так много женатых пар с детьми, в обществе которых ему было бы уютно. Полагаю, он считал, что в его собственной семье этому требованию не удовлетворяет никто. А мы его любили. Очень волнующе было общаться с очевидным гением.

Выступление «Nirvana» в «Roseland» стало пробным камнем для предстоящего турне «In Utero».

Курт решил, что настало время включить в концерты еще одного гитариста; акустическая середина с добавлением виолончели стала шагом в правильном направлении. Он начал поиски старых панк-рокеров, заметив с необдуманной иронией: «Большинство из них наркоманы». Потом Кали предложил позвонить Пэту Смиру.

Пэт (настоящее имя Джордж Рутенберг) подходил идеально. Он родился и вырос в Западном Лос-Анджелесе в смешанной семье (мать – оперная певица негритянско-индейского происхождения, а отец – полунемец-полуеврей, изобретатель-иммигрант). В 1962 году, в трехлетнем возрасте, он убежал в коммуну Иисуса. В детстве он посещал Школу инновационных программ в Санта-Монике, созданную для учащихся, которым не подходит обычная образовательная рутина; там он и встретил будущего солиста Дарби Крэша. В 1976 году эти двое основали «The Germs» [353]. Рутенберг принял имя Пэт Смир («кашица»), потому что в школе часто давали клейкую кашицу, которую он находил отвратительной.

Будучи участником «The Germs» (а позже солистом и музыкантом у таких исполнителей, как немецкая певица Нина Хаген), Пэт имел все основания считаться панком до мозга костей. В припеве песни 1994 года «Screaming Skull» его имя упоминала группа «Sonic Youth». Сингл «Germs» 1977 года, «Forming»/«Sexboy (Live)», обычно считается первым панк-синглом в истории Лос-Анджелеса, а дебютный альбом группы 1979 года «GI», продюсером которого стала Джоан Джетт, – высшей точкой американского хардкора конца 70-х.

Пэт снимался в кино («Бегущий по острию бритвы», «Говард-утка»), появлялся в мейнстримовых телешоу как атипичный панк и уже прошел через обычную наркоманскую драму: Дарби Крэш покончил с собой в 1980 году, в возрасте 22 лет. Культовое документальное лос-анджелесское панковое кино Пенелопы Сфирис «Упадок западной цивилизации» – там запечатлены концерты «Black Flag», «Х», «The Germs», «Alice Bag Band» и «Circle Jerks» – было снято вскоре после смерти Дарби.

У Пэта была особенность: перед выходом на сцену он снимал туфли и выступал в носках, что облегчало его работу с «Nirvana». Хотя важнее, конечно, было его чувство юмора.

– Мы все время красили ногти и наряжались – совершенно не собираясь, например, идти в музыкальный магазин и вообще по кидать дом, – говорит Рене Наваррете. – Когда в группу добавился Пэт Смир, мы выглядели как настоящая банда гомиков. Это был глэм-период, потому-то нам так и подошел Пэт. Он был панк-иконой, он хотел делать то же, что и мы: накачаться, нарисовать себе грим и потом по этому поводу шутить. Когда я узнал, что Пэт не гей, мне стало еще легче. Куда лучше просто забавляться с сексуальностью, особенно если тем, кто тебе не нравится, от этого не по себе. Мы не вели развратного образа жизни. Сколько бы мы ни шутили по поводу частей тела, у Курта была очень даже традиционная ориентация.

– Пэтбыл беден, он уже десять лет жил со своей девушкой, - говорит Кали. – Большие группы вроде «Red Hot Chilli Peppers» предлагали ему стать у них гитаристом [в начале 1993 года], но он отказывался. Говорил, что будет играть только в «Nirvana». Пэт был очень возбужден, и для группы это стало отличным зарядом юмора хорошего настроения. Курту он нравился.

– Пэт веселый парень, – объясняет Эрни Бейли. – Он умеет не заморачиваться – и не знаю, в чем тут дело: в его характере или в том, что он понял, что мы относимся к нему почти как к живому идолу. Я часто смотрел на полночных сеансах в Спокане «Упадок западной цивилизации», и едва ли не больше всего мне нравились там «The Germs».

Впервые Пэт сыграл с «Nirvana» в шоу «В субботу вечером» 25 сентября 1993 года. В отличие от января 1993 года, передача прошла без инцидентов – разве что актер Адам Сэндлер пригрозил изобразить Эдди Веддера, а Кортни устроила истерику, потому что решила, что в этом обвинят Курта. Группа с душой сыграла пару отличных песен – «Heart-Shaped Box» и «Rape Me», – звук двух гитар отлично поддерживала виолончель Лори Голдстон.

– Они действительно выступали с удовольствием, – комментирует Кали. – Энергия Пэта на сцене очень отличалась от того, к чему они привыкли. Он поначалу волновался, но когда начались песни, то впал в такое безумие, какого не видать никому из них. Все смотрели на него: «Глядите-ка, какой классный чувак играет нашу музыку».

– Вроде бы тогда же «The Breeders» играли наверху с Конаном О'Брайеном, а Джей Мэскис был за сценой, – неуверенно говорит Эрни. – Мы видели, как по залу идет Майк Майерс, одетый как леди для кофе, и -его никто не узнал. Я еще подумал: «Что это за женщина в таком неподходящем платье?» Ру Пол (королева мод Восточного побережья) оказалась очень забавной, мы с ней сразу же сошлись. Джон Сильва заказал всем нам новую обувь в «Converse». Пэт, Дэйв, Курт и я получили туфли на каблуках, а Крист предпочел низкую подошву.

У Пэта была гитара «Charvel Stratocaster» [такой же пользовался Эдди Ван Хален, рокер-подхалим], – продолжает гитарный техник «Nirvana». – Лакированная, из натурального дерева, с тремоло-системой – явно не то, что подходило «Nirvana» в гитарном смысле. Когда он открыл чехол, наступило молчание. Мы все только знакомились с Пэтом, потому не знали, как бы получше сказать ему, что на такой гитаре он у нас играть не может. У Курта была голубая «Mosrite» [как у Джонни Рамона – гораздо круче], которая пострадала после того потопа. Я отчистил и подремонтировал ее, так что мы предложили Пзту играть на ней.

В.: Что пришло тебе в-голову, когда Курт предложил тебе присоединиться к «Nirvana»?

– Сначала я решил, что надо мной прuкалывается мой приятель Карлос «Кейк» Нуньес, но за пару дней до того мне уже звонила Кортни [354]и предупреждала, что вскоре позвонит Курт и сделает мне предложение, так что я был, в общем-то, готов. Конечно, я тутже согласился! Это была моя любимая группа, Кейк уже пытался раздобыть для меня номер телефона Курта, потому что я прочел интервью, где он говорил, что хочет расширить «Nirvana» до квартета. И я знал, что ожидаются новый альбом и турне. В любом случае я потом узнал, что Майкл «Кали» Де Витт предложил меня, и все устроилось наилучшим для меня образом.

В.: Как тебе показались первые две недели?

– Пугающими. Я никак не мог избавиться от ощущения, что не заслуживаю такого. Но Курт и Кортни пригласили меня в гости и обращались как с членом семьи, на репетициях все было круто; так что я довольно быстро адаптировался.

В: Расскажи немного о том, чем ты занимался в музыкальном мире в период с распада «The Germs» и до поступления в «Nirvana».

– После смерти Дарби я отошел от музыки, но вскоре вернулся. Я играл во множестве местных групп, но, наверное, никогда не стремился сделать карьеру, хотя мне это удалось, не продаваясь. я никогда не заключал контрактов с крупными лейблами, никогда не получал авансов под альбом – а значит, ничего никому не был должен – и никогда не проводил полноценного турне, пока не связался с «Nirvana».