Чтение онлайн

Сновидения, в которых я испытывал вторжение неорганических сущностей, в принципе мало отличались от сновидений, протекавших в спокойном режиме, если, разумеется, не учитывать того необычного болезненно-неприятного выталкивающего чувства, имеющего разную степень интенсивности от сновидения к сновидению. Но им всегда сопутствовало одно удручающее свойство, наводившее на меня тоску. Как правило, сновидения, в которых присутствовали лазутчики, не имели необозримых ландшафтов, и все мои приключения всегда совершались в пределах городского или сельского пейзажа, а часто восприятие окружающей обстановки сужалось до размеров парковых аллей, комнат и коридоров.

Я довольно подробно описываю некоторые особенности своих сновидений с одной целью – показать, каким образом в дальнейшем они стали видоизменяться и к каким интригующим результатам я подошел. Должен честно признаться и в отношении себя – в своём подходе к искусству сновидения я уподобился древним магам, отпуская свою точку сборки и полностью отдаваясь воле таинственной силы, определявшей за меня направление и глубину перемещения. Отчасти я объяснил причину, почему не следовал неукоснительно указаниям дона Хуана, но была еще одна. Сновидения были настолько притягательны, что просто невозможно было отказать себе в удовольствии исследовать эти призрачные миры. Ведь даже такое не совсем серьёзное отношение к делу всё равно ведёт к прогрессу, пусть, и не так скоро. Хотя возможно это ошибочное мнение, приводящее к неоправданной трате времени.

В результате постоянного осмысления учения дона Хуана, с учетом своего скромного опыта, я уяснил для себя один важный момент. Учение является настолько сложным и опасным в своём практическом воплощении, что я либо должен отказаться и этим избежать фатальных последствий, либо продолжить постижение сути учения, надеясь только на себя и свою личную силу. Я оказался у камня судьбы на развилке дорог, объяснение магов сделало свое дело – нанесло смертельный удар моим догмам и, в сущности, предопределило выбор. Жить, будучи озабоченным вечными бытовыми проблемами, часто до смешного надуманными, расцвечивать эту жизнь глупыми радостями, философствовать о бытие и времени, о добре и зле, почитывать умные книги и вступать в пустые бесконечные разговоры «о том, да о сём»… Нет, с меня хватит! А с другой стороны, знания толтеков, невероятные по своему значению и масштабу, открывали невиданные горизонты познания мира – такого знакомого и вдруг, как по мановению волшебной палочки, превратившегося в сплошную загадку. Познавать иным способом – это возможность, которой Творец наделил каждого человека. Несгибаемое намерение и сила личности – вот заветный ключ, ведущий к таинственной двери в неизвестное. Неужели я не смогу этим воспользоваться? Но каким может быть путь Воина для человека, не разобравшегося в большинстве вопросов, которые непременно встают на этом пути. И я решил продолжать свою практику, одновременно изучая книги Кастанеды и эзотерические книги Востока и Запада, и самое главное – по крупицам накапливая свой собственный опыт. К этому времени я окончательно и бесповоротно принял описание мира древними шаманами Мексики, как единственное учение, приближающее к Истине. Учение, которое не внедрено в наше сознание с неясной для нас целью мифическими сущностями, а выстрадано на протяжении многих тысяч лет самим человеком – и в этом его неоспоримая ценность.

В то время как обучение искусству сновидения набирало обороты, мои усилия в дневное время были значительно раззадорены, и небывалым интересом к книгам Кастанеды, и, главное, собственным новым впечатляющим опытом. Возникла и настойчиво требовала своей реализации потребность в расширении своей практики. И я стал искать такую возможность. Но прежде чем рассказать о своих дальнейших шагах, следует сделать небольшое отступление и сообщить об одном факте, с которым так или иначе были связаны дальнейшие события моей жизни.

В 1994 году я переехал жить в собственный дом, построенный в двух километрах от города, на западной окраине села, исторически существовавшего рядом с городом. Дом находился в трёхстах метрах от озера, расположенного как раз посередине между городом и селом, на склоне ниспадающего к озеру пологого спуска. С новой точки обозрения – из окон мансарды моего нового дома – хорошо просматривалось озеро и город, раскинувшийся вдоль всего южного берега. Летом этого же года долгожданные «Сказки о силе», «Второе кольцо силы» окончательно убедили меня в ложности моего прежнего знания о мире, и я навсегда распрощался со своими наивно-материалистическими убеждениями.

Я хотел бы напомнить, что приступил к занятиям цигун в мае 1992 г. Брошюры журнала «Цигун и спорт» приходили с большим опозданием, и в течение всего того срока, пока я дожидался полного годового комплекта, я разбирался с расположением меридианов, коллатералей и энергетических точек на моём теле. Имея, наконец, уже достаточно большой выбор цигун-упражнений, я остановился на «перемещении пилюли», приведённом в первом номере журнала и сразу же стал его разучивать. А месяца через три начал практиковать и «сновидения».

С того момента, как я начал свои занятия прошёл год. Я по-прежнему регулярно занимался «пилюлей», одновременно разучивал «38 форм тайцзицюань школы Чэнь», иногда выполнял, как бы примеряясь, упражнение «стояние столбом» и импровизировал со всем тем, что придумывал сам.

На новом месте мне никто не мешал, так как жена с детьми осталась жить на квартире в городе. Моя же обязанность состояла в охране территории и самого дома от разграбления (время в России было смутное), а также в устранении недоделок. Однажды днём во время занятий по перемещению «пилюли бессмертия» у меня возникло удивительное состояние. Первая динамическая часть прошла как обычно, но вторая была полна неожиданностей. Я уже отсидел, не шелохнувшись, примерно минут пятнадцать с прямой спиной и со скрещенными ногами, ритмично перемещая пилюлю от макушки в нижнюю часть тела. Снова и снова повторяя этот процесс в такт дыханию, я никак не мог войти в состояние отрешённости и умиротворения. Ужасно ныла мышца под лопаткой с левой стороны. Я пытался незаметно, словно находился под чьим-то жёстким контролем, напрячь правую сторону и ослабить левую, чтобы снять напряжение. Это не помогло, затем попробовал чуть податься вперед, прогнувшись в пояснице. На какое-то время мне стало легче, но теперь возникли новые болезненные напряжения в других частях тела. Я разозлился, плюнул на все свои попытки облегчить страдания и смирился со своей участью, решив завершить упражнение, не смотря на боль и неудобства, воин я или нет, в конце концов. По-видимому, сильное ноющее чувство приковало к себе всё моё внимание, и внутренний диалог отключился. Я уловил это через некоторое время, когда почувствовал необыкновенную ясность и устойчивость образа «пилюли», перемещаемой мною в два этапа – от точки бай-хуэй (на макушке) в средний дань-тянь (область живота возле пупка), а оттуда в нижний дань-тянь. Одновременно, мышечная боль под лопаткой, выводившая меня из себя, полностью исчезла, и я испытал состояние покоя и умиротворенности, к которым так стремился. Чуть позже к этому состоянию добавились новые ощущения. Возникло терпимое вибрирующее жжение и физически ощущаемый сгусток тепла в области среднего дань-тянь, который переместился к позвоночнику на уровне поясницы и, поднимаясь вверх, обдал всего меня жаром. Началась щекочущая вибрация всего тела с центром где-то в нижней области живота, затронувшая сексуальную энергию. (Кстати, эта энергия была необычной – она была другого типа и холодная.) Так продолжалось минут десять – пятнадцать, а затем, убывая, прекратилось. Разумеется, испытав весьма любопытные проявления движущейся энергии Ци, я зарядился силой терпения и теперь с большей настойчивостью выполнял свои последующие упражнения, невзирая ни на какие трудности. В результате эти состояния стали повторяться. Как выяснилось из описания этого упражнения, именно эти реакции и должны были появиться. Такое совпадение лишний раз убедило меня в правдивости предлагаемых методик, а значит, решил я, упражнениям можно доверять, но относиться к ним осторожно, как это и предписывалось наставниками цигун.

Смена места жительства и одновременно работы, а чуть позже переезд и всей семьи отразилось на моих занятиях «пилюлей». Если я, как и раньше мог заниматься ночью в «первую стражу» (в промежутке времени с 23-00 до 1-00), так как это время принадлежало мне, то днём из-за работы теперь такое стало невозможным. Пришлось перенести свои дневные занятия на вечернее время, но и тут возникли неожиданные проблемы. Вечером вся семья собиралась вместе, дом наполнялся шумом и сотрясался от детской беготни, а жена, обнаружив, что я постоянно стремлюсь уединиться, стала откровенно мне противодействовать. Тем не менее, я продолжал занятия в надежде снова погрузиться в необыкновенное состояние. Мне удалось пережить эти ощущения ещё несколько раз, прежде чем я принял окончательное решение полностью переключиться на техники, описанные Карлосом Кастанедой.

Уделяя теперь значительно большее внимание его книгам, я наконец более-менее систематизировал учение дона Хуана. Теперь оно представлялась мне по-другому – не отдельными блоками недоступных знаний с едва улавливаемыми связями, а то и вовсе несвязанными, в моих первых представлениях, а, как цельное, мощное и удивительное учение, масштабы которого поражали мой ум. Изумляла несопоставимая с современными философскими концепциями глубина проникновения древних шаманов в суть вещей и описание Реальности в её истинном свете. Дух захватывало от мысли, что Вселенная это непостижимая, Вечная, Живая Сущность!!! Но то, что все эти открытия были совершены более 10 000 лет назад, в сумеречные времена каменного века, и то, каким невероятным путём добыты эти бесценные знания, стало потрясающим для меня откровением. Мне самому захотелось проникнуть в тайны, открытые древними видящими, хотя бы самые скромные. И я принял окончательное решение – следовать путём Воина, возможно, до конца не осознавая всех опасностей этого пути и не в полной мере понимая, что это значит – быть Воином.

Совершенно незаметно, в течение примерно двух лет, пока я делал первые шаги в осмыслении достижений толтеков, я полностью и окончательно изменил большую часть своих взглядов на окружающий меня мир и с лёгкостью отверг многие научные догмы, ярым апологетом которых сам же и являлся. Этот процесс, правда, произошел у меня сам собою, без участия моего желания. Тем не менее, этого могло и не случится, если бы я одновременно не приступил к практике «осознания» в том виде, в каком я воспринимал её тогда. Факты, полученные мною лично, полностью вписывались в учение дона Хуана, а по мере их накопления я становился всё более убежденным сторонником древнего учения. Однажды, размышляя над этим, я вдруг понял, что неожиданно для себя мне удалось изменить описание мира, чего добивался и дон Хуан, манипулируя сознанием своего ученика Кастанеды. И это был мой первый шаг на пути к Знанию. Когда же я достаточно глубоко вник в учение шаманов Мексики, то обнаружил, что их знания абсолютно непротиворечивы, логичны и настолько грандиозны, что, скажу откровенно, пережил необъяснимое никакими словами состояние подъёма душевных сил. В моём воображении открылась потрясающая картина Бесконечности, наполненная осознающими себя энергиями, организующими множество параллельных вселенных и миров, невероятных существ, обитающих в этих мирах.

Постепенно, по мере уяснения древнего учения, я отказался от своих попыток находить объяснения интересующих меня явлений, опираясь только на научные данные. Эти объяснения меня не устраивали, – они были поверхностны. Наоборот, многое стало понятным благодаря принципиально новым знаниям. Автоматически отпали годами мучившие меня вопросы, поскольку учение давало ясные и чёткие ответы на них. При этом само учение не прибегало к туманным, расплывчатым формулировкам и не требовало безоглядной веры. Ясно, последовательно и логично оно развёртывало совсем другую картину мира, замещая старые представления новыми знаниями совсем иного порядка.