Чтение онлайн

Я решаю сменить тему.

— Ты ведь в курсе, что народ уже собирается? У тебя дома.

— Эм… — Изабелла опускает глаза в пол и теребит подол юбки. — Ну да. Купер приглядывает там.

— Ааа, клево.

Теперь понятно, почему он так быстро сбежал из «Пятнистой лягушки». Спешил на свидание, чтобы присмотреть за вечеринкой Изабеллы. Как будто они женаты! Может, у него и ключи есть. Теперь еще получается, что я неосознанно слежу за человеком, от которого хотела держаться подальше. Увижу его вместе с Изабеллой, и он решит, будто я специально преследую его. Черт, черт, черт. Я убью Мариссу.

— Ага, — соглашается Изабелла. — Я знаю, что вы, ребят, плохо расстались и все такое, но нам пока хорошо вместе.

Вот что бывает, когда твои отношения основаны не на дурацком розыгрыше.

— Здорово-то как, — щебечу я, заставляя себя хотя бы выглядеть счастливой.

Напротив нас сидит бородатый мужик в брюках-карго и пялится на ноги Изабеллы. На ней блестящая лавандовая мини-юбка и золотистые туфли на платформе. Да что с ними не так? Зачем так одеваться в ноябре? Видимо, в субботние вечера в городе сексуальность берет верх над комфортом.

— Кейт нравится в колледже? — спрашивает Изабелла, не замечая внимания, которое ей оказывают.

— Эм, да, нравится. — Так и есть.

— Как классно! — восклицает она. — Я даже думать не могу о поступлении в колледж. Это настоящее безумие и…

Изабелла о чем-то там трещит, но я мысленно отгораживаюсь, потому что не могу перестать думать о ней и Купере. Любит ли он ее? Признавался ли ей в любви? Собираются ли они пожениться? Занимались ли они сексом? Голова кружится от всех этих безумных мыслей, и я даже не сразу понимаю, что Изабелла молчит и вопросительно смотрит на меня.

— Совершенно верно, — изрекаю я. — Это настоящее безумие. Я очень рада, что не заканчиваю школу в этом году.

Абсолютное вранье, потому что внезапно мне очень хочется уйти из школы, подальше от всех этих людей, но что-то подсказывает мне, что Изабелла это не оценит.

— Совершенно верно, — повторяет она с широко открытыми глазами. Ее лицо становится очень серьезным. — Я просто не понимаю тех людей, кто хочет уехать. Эй! Твои одноклассники — это люди, с которыми ты вырос! Они часть твоей жизни!

— Точнее и не скажешь, — поддакиваю я, притворяясь, будто солидарна с ней.

Поезд останавливается, Изабелла выпрыгивает из вагона, а я делаю вид, будто ищу что-то в сумочке в надежде, что она, возможно, затеряется в толпе на платформе. Но когда я выхожу, Изабелла с улыбкой ожидает меня.

— Готова? — спрашивает она.

— Готова, — отвечаю я и поднимаюсь за ней по лестнице на улицу.

Когда мы приходим на вечеринку, Изабелла машет мне и говорит:

— Увидимся! — и растворяется в толпе людей.

На мгновение мне становится обидно, но на что, собственно говоря, мне обижаться? Мы же не подруги. К сожалению, здесь у меня только один друг, и я его не вижу. По факту, я вижу только друзей Изабеллы.

— Ой, — восклицает Джессика Адамс, заметив меня. — Кейт здесь?

Она смотрит на дверь позади меня, как будто единственная причина, по которой я осмелюсь здесь показаться — наличие сестры под рукой.

— Эм, нет. Ее здесь нет.

— Ааа. — Джессика выглядит разочарованной — присутствие Кейт, суперпопулярной студентки колледжа, о которой до сих пор идет молва в нашей школе несмотря на то, что она закончила ее в прошлом году, сделало бы эту вечеринку предметом обсуждения номер один среди учеников в понедельник, — но быстро приходит в себя. — Лады, напитки на кухне.

Она исчезает на лестнице.

Я достаю телефон и звоню Мариссе.

— Где. Ты? — требовательно спрашиваю я, когда подруга поднимает трубку. Звуки на другом конце провода и вокруг меня совпадают — все громко болтают и вовсю играет музыка из айпода, подключенного к огромной стереосистеме, — поэтому она точно здесь.

— Стою в углу с Делией Кархарт, — отвечает Марисса.

Я осматриваюсь по сторонам и, заметив подругу, двигаюсь к ним через толпу. Никаких признаков Купера или «318».

— Ты забрала его? — спрашивает Марисса, когда замечает меня.

— Нет, — вздыхаю я. — Зато пела караоке в «Пятнистой лягушке».

Я чуть не добавляю «с Купером», но потом понимаю, что: а) не следует упоминать его, поскольку мне нет дела до того, что я с ним делала — караоке это или что-то еще, — и б) вероятно, говорить об этом в присутствии Делии не очень хорошая идея.

— Мне нравится это место, «Пятнистая Ляяягуууушка», — вставляет Делия, растягивая слова. — У них самый лучший моккачино.

— Ага, — соглашаюсь я.

Мне не очень нравится Делия. Однажды мы были партнерами на уроке истории, и из-за нее я была вынуждена делать всю работу сама.

— Там действительно прикольно, — кивает Марисса и громко смеется, запрокинув голову, что немного странно, так как это не смешно.

Я замечаю Джеремайю неподалеку и все понимаю. Марисса ведет себя так, будто мы классно проводим время, и она даже не замечает его. Этот приемчик стар как мир, и наверняка он ее раскусил. Или нет. Джеремайя Фишер не особо блещет умом. Как-то раз мне пришлось объяснять ему, что такое ирония, и он все равно ничего не понял.

— Ну да ладно. Марисса, пойдем, возьмем что-нибудь выпить.

Делия улавливает намек и напускает на себя сердито-смущенное выражение, круто разворачивается и уходит надоедать кому-то другому.

На кухне Марисса берет содовую, а я осматриваюсь в поисках чего-нибудь покрепче. Мы с алкоголем не очень дружны, а поскольку я уже выпила пару глотков «Космо», следует быть осторожной. Я пью редко, наверняка поэтому быстро пьянею. На столе стоит кувшин с какой-то розовой жидкостью рядом со стопкой пластиковых стаканчиков. И это не просто пластиковые стаканчики. Это пурпурные стаканчики с морским рисунком. Конечно же, стаканчики Изабеллы должны быть именно такими.

Я наливаю немного розовой жидкости в пурпурный стаканчик с морским рисунком в надежде, что никто не подмешал туда одурманивающего наркотика.

— Ну, — начинает Марисса, — он смотрел на меня?

— Кто? — хмуро спрашиваю я и отпиваю розовый напиток. Он крепкий, но очень вкусный, сладкий и пряный. Я делаю еще один глоток. Глоточек.

— Джеремайя! Блин!

Я замечаю, что подруга сняла свитер и теперь на ней только коротенький светло-желтый топик. Ее плечи как-то странно блестят.