Чтение онлайн

Форг сидел каменной статуей, расправив плечи и немного откинув голову назад, отчего бледные лучи солнца падали на его осунувшееся лицо. Полупрозрачная от долгой болезни кожа натянула острые скулы, нос с горбинкой, и только длинные загнутые ресницы и темные дуги-брови оставались яркими штрихами.

— Я должна была проверить каждый куст и каждую кочку в том проклятом месте, — корила я себя, открываясь Форгу. — В том болоте мог сгинуть каждый из нас, даже такой сильный воин, как Карриен. Подо мной буквально разверзлась земля, и, если бы не Нанда, я бы провалилась прямо в объятия мертвецов.

Форг не смотрел на меня, сосредоточенно нахмурив брови и вперив взгляд вдаль. Его нога в чужом охотничьем ботинке мяла пожухлую и подмерзшую траву, а кулаки побелели от напряжения, и я прекрасно понимала его чувства. Форг даже не успел толком поблагодарить того, кто спас ему жизнь, буквально, нес на себе все время, пока мы добирались до Смертельного ущелья.

— Я уверена, что он знает, как сильно ты ему благодарен, — попыталась я утешить Форга, но он сбросил мою руку и посмотрел так неприязненно, что я невольно отшатнулась.

Да, Форг изменился, и настолько разительной оказалась разница между разносчиком пива со светлыми вихрами и смешинками в озорном взгляде и этим темный колдуном, который лишь за одну ночь раздался в плечах и вытянулся в росте, что мне снова стало не по себе. От прежнего Форга, который шарахался от веток елей и пугался каждого шороха, который подтрунивал над моей неуклюжестью и весело шутил, который улыбался чаще, чем грустил, и спал так крепко, что и отряд коэнцев не поднимет, не осталось и следа. Сила, признанная им, успокоенная водами священной реки, изменила Форга, превратив из задиристого юноши в молодого мужчину. Обряд, проведенный нимфеттой, преобразил его не только внешне, но и внутренне, разбудив истинную сущность колдуна.

Я чувствовала, как Форг излучает эту неведомую мне магическую силу, и невольно склоняла голову перед его мощью, но глубоко внутри все еще верила, что однажды услышу звонкий смех и идиотские шутки прежнего Форга — обыкновенного грязного мальчишки, разносчика пива, ночевавшего в нашем сарае.

— Розали, — позвал меня Форг по имени, и столько затаенной грусти слышалось в этом слове, что я невольно сжала лук сильнее. Во взгляде колдуна полыхал огонь, и мне впервые стало страшно рядом с ним, потому что я перестала воспринимать Форга, как друга, как соратника, как помощника, я видела в нем лишь темного колдуна, получившего, наконец, свою силу. И, если сейчас в его зрачках полыхает огонь, а мощь чувствуется тяжелым давлением, то что будет, когда Форг войдет в полную силу?

— Не бойся меня, — умоляюще попросил он, протягивая ладонь, которой мягко коснулся моей щеки. От его прохладных пальцев по всему телу прошелся импульс, пробудивший жар, и от стыда я невольно опустила взгляд, не зная, как реагировать на произошедшее.

Разве когда-либо раньше от взгляда Форга мне становилось так неуютно и неловко, что хоть хватай оружие и убегай?

— Обещай мне, что с нами ничего не случится? — сказала я, пытаясь наладить прежние беззаботные отношения, когда мы смеялись и подшучивали друг над другом, но Форг резко отнял руку и снова нахмурился, а его губы сжались в тонкую линию.

— Я не могу тебе обещать такого, — резко ответил он, поднимаясь на ноги и подавая мне руку. — Пойдем, Нанда велела отыскать тебя и привести в лагерь.

— Она бы и сама могла меня найти, — пробурчала я невесело, чувствуя подступающее раздражение.

Нимфетта меня пугала, ее присутствие вызывало безотчетные страх и тревогу, но Форг общался с нимфеттой так, как и полагалось разговаривать с существом, спасшим тебе жизнь. И, нет, меня не раздражал тот факт, что Форг бегает, как собачонка, выполняя каждую ее просьбу, просто, напрягало, что он перестает быть самим собой.

— Холодно, ты бы поберегла свое здоровье, — как бы между прочим сказал Форг, касаясь моего плеча. От того места, где его ладони дотронулись до ткани плаща, разлилось приятное согревающее тепло, даже кончики пальцев на ногах согрелись, а сырые ботинки вмиг высохли. Форг нахлобучил мне на голову капюшон и слегка растянул уголки губ, я же спрятала глупую улыбку.

«Вот, дурочка, ты теперь каждый раз будешь так радоваться, когда Форг хоть немного оттает и проявит человеческие чувства? Не радуйся, судя по стремительности роста его силы, скоро он превратится в истинного темного колдуна и всеми его мыслями завладеют мечты о покорении мира. Что еще может интересовать могущественного колдуна…»

Я веселее глянула вокруг, на платаны, ставшие мне уже братьями, и на ели, которых я считала своими сестрами. Только с ними и делилась всем наболевшим, за неимением лучшего собеседника. Форг, по больше части, молчал, а Нанда так страшно шипела, что я старалась переложить обязанность общения с ней на плечи своего спутника.

— Был бы с нами Люциан, уж он-то показал этой зарвавшейся нимфетте, куда она может идти со своими приказами, — пробурчала я, но Форг не поддержал моего ворчания. Он снова молчал и сосредоточенно хмурился, пребывая в собственных мыслях. Такого Форга я видела все чаще, стараясь привыкнуть, но как тут за несколько часов свыкнуться с мыслью, что, искупавшись в реке, Форг из мальчишки превратился в мужчину. Вон, даже черты лица загрубели и светлые локоны больше не вьются, а неровными рваными прядями торчат во все стороны. Признаться, я бы даже сочла этот образ более привлекательным и мужественным, если бы теперь Форг не смотрел на меня свысока нечитаемым полыхающим взглядом.

— Пора бы уже повзрослеть, Розали. Ты же давно стала охотницей, кормилицей семьи, а ведешь себя, как девчонка, — упрекающим тоном произнес он, а я только фыркнула в ответ, ударила его по рукам луком, но тут же пожалела. Больно уж красивый у меня лук, не дай Всевышний погнется об этого бесчувственного чурбана.

Убегая от Форга, я слышала его недовольное сопение, но догонять он меня не стал, а на поляне, куда накануне привела нас нимфетта, стояли такие же бледные создания, чем-то отдаленно похожие на саму Нанду. Почувствовав мое приближение, они разом обернулись и уставились на меня тремя парами сапфировых глаз.

— Познакомься, Розали, это Лея и Дариника, мои сестры, — представила Нанда нимфетт, и я глухо застонала, снова вцепившись в древко своего любимого оружие.

«Тут от одной нимфетты не знаешь, куда спрятаться, а теперь их целых три!» — подумала я, находя взглядом свою сумку с вещами. Сейчас бы закинуть мешок за плечи и идти туда, куда велит мне сердце, а велит оно убираться от этих существ подальше.

— Нанда, это та самая девочка, о которой ты говорила нам? — спросила нимфетта с короткими волосами, ежиком торчащими в разные стороны. Она и выглядела немного иначе, чем Нанда. Тростиночка, но с огоньком во взгляде и с ярким румянцем на щеках.

«Почти живая, почти человеческая», — подумала Розали.

— А она хорошенькая, — приблизилась ко мне вторая нимфетта и понюхала, как это делала сама Нанда. — Дариника, эта девочка пахнет лесом.

— Отойди! — зарычала я, и нимфетта надула сочные вишневые губки, становясь похожей на девочку. И хрупкие черты лица, и вздернутый носик — все в ней указывало на то, что нимфетта еще дитя. Пусть со вполне сформировавшейся фигурой, но явно не с умом.

Как только Форг вышел из-за деревьев, появляясь на поляне, две девочки бросились ему навстречу, обвив руками за шею. От такого неожиданного приема Форг растерялся и покраснел, а я рассмеялась. Напряжение последних дней немного отпустило, и непосредственность Леи и Дариники разбавила мрачность нашего с Нандой общения. Она нисколько не походила на сестер, разве что глазами.