Ночь, придуманная кем-то
Шрифт:
– Ты чего?
– тревожно вскинулась Жанна.
Игорь с трудом вернул себя на кафедру.
– Нет, ничего. Брат меня добил, если честно. Я же тебе рассказал, у них там черт знает что творится. Ты была права со своими предчувствиями... Просто я думаю, что если бы мы не остались здесь и поехали на дачу...
– А ты не думай, - нежно сказала Жанна. Она подошла к нему, взяла его лицо в ладони и поцеловала.
– Родной мой, Игоречек мой...
– еще поцеловала. Еще, еще и еще.
– Мы обязательно выясним, только бы выбраться отсюда...
Он прерывисто вздохнул:
– Я нормально.
С ним не было нормально. Телефонный разговор хорошо взбодрил нервную систему - дополнительно к уже испробованным средствам. Причем, необъяснимость происходящего оказалась вдруг не единственным источником психических спазм. Прибавилось нечто новое, странное, мерзкое, мешающее слушать любимую женщину, ощущать ее рядом с собой. Нечто, отзывающееся болью при каждом прикосновении. Заноза, предательски застрявшая в душе. Однако не было сил, чтобы вытащить эту занозу или хотя бы просто нащупать ее, поэтому он сказал не том, совсем не о том:
– Александр один целый день - это да! Как ему удалось выдержать, бедняге?
– Я всегда знала, что брат у тебя настоящий мужчина. Если бы не ты, я бы в него влюбилась.
– Ах, вот оно что!
– попытался улыбнуться Игорь.
– Спасибо за информацию, теперь мне ясно, к кому надо ревновать.
Все-таки она была рядом. Невесомо дышала ему в плечо.
– Подожди ревновать, пусть подрастет сначала!
– вновь мир наполнился ее шепотом.
– Вообще-то Александр странный ребенок. Постоянно чего-то выдумывает, фантазирует. На тебя похож, Игоречек, родной...
– ужасно мешали сумки, и тогда она отстранилась:
– Ладно, я тоже готова.
Решимость их была безгранична. Решимости их, подкрепленной поцелуями, хватило бы на долгий и счастливый путь. Но выйти дальше двери не получилось.
– Я так и думал, что вы где-то здесь, - воскликнул радостный голос.
Коридор вспыхнул. В лица покинувших кафедру романтиков упала стена света - встречавший их человек обладал фонариком.
– А я сначала в лабораторию к тебе подергался, - дружелюбно сообщил голос.
– Смотрю, заперто. И внутри вроде тихо. Я чуть не зауважал тебя, что ты такой умный.
– Обратно!
– крикнула Жанна.
– Стоять!
– скомандовал человек, хватая дверь. И загородил собой все.
– Ребята там с ног сбились, а ты, сволочь, на работе прячешься?
– его голос уже не был дружелюбным.
Жанна, не сходя с места, сделала неуловимое движение ногой. Однако тут же оказалась на полу с нелепо вывернутыми ступнями. В свете фонаря было видно, что мясистая рука держит ее за кроссовку, медленно выкручивая.
– Скажи своей мокрощелке, - грянул совет, - что если еще раз пяткой дрыгнет, я тоже кое-чем дрыгну, причем без гондона.
Потная разгоряченная волна втолкнула Игоря в распахнутое помещение. Луч фонаря метнулся по стенам. Секунда поисков, и для кафедры наконец настало время большого света - впервые за этот вечер. Лежащее в коридоре тело медленно вставало.
– Что вы здесь делаете?
– промямлил Игорь, мучительно щурясь. Лучшего вопроса он, к сожалению, не нашел.
– Что я делаю?
– убийца коротко заржал.
– Что вы, сволочи, тут делаете! Я, например, дежурный по институту.
– Вы...
– воздуха вдруг не хватило, - ...вы Сидин?..
– Я, сволочь, тебе не Си...
– с размаху вбил дежурный и прервался.
– А кто же был тот?
Лицо парня смешно менялось, как в мультфильме.
– Какой "тот"?
– Ну, тот...
– объяснил Игорь.
– На ковре...
– Откуда ты знаешь, как меня...
– неуверенно начал дежурный.... хотя, ты же всех нас...
– он помолчал, рассуждая бровями, и сделал единственно верный вывод.
– Ну, сволочь, сейчас мы будем разговаривать.
Что-то атаковало его сзади, что-то визжащее, прыгающее, крохотное. Жанна. Обезумевшая Жанна.
– Стреляй, дурак!
– сквозь ее безумие прорвалась осмысленная фраза.
Убийце пришлось развернуться. Ему даже пришлось слабо охнуть, принимая атаку руками, потому что упражнения были исполнены грамотно, по всем правилам спортивной гимнастики, и полетел на пол графин с водой, и жалобно звякнул телефон, рассыпаясь по стене. А пистолет застрял в штанине. Сначала предохранитель, - думал Игорь, суетливо шевеля губами, потом затвор и курок. Не перепутать бы. Пистолет вытащился вместе с карманом. Предохранитель, затвор... предохранитель, затвор... Клетчатая туша заполняла пространство целиком. "Стреляй!" - задушенно хрипел чей-то женский голос. Перед глазами мелькало. Игорь сфокусировал взгляд и равнодушно подумал: "А вдруг попаду?" Пистолет трясся - вместе с рукой. "Нельзя же, - появилась новая мысль.
– Это же страшный грех. Не могу, нет, нет..."
Потное железо едва не выпрыгнуло из пальцев, доска с расписанием крякнула. В голове знакомо зазвенело.
– Чего это?
– ошалело сказал парень, повернулся и шагнул. "Не попал!
– обрадовался Игорь.
– Не попал!"
– Убью!
– вытолкнул он сквозь горло и сжал пистолет обеими руками. К стене!
Он опять сделал движение пальцем, направив ствол туда же - в доску с расписанием занятий. Громыхнуло. Еще раз нажал, ничего не услышал, но оружие мощно толкнулось - как положено. Парень уже стоял у стены напротив. Прекрасная мишень, отвратительная, огромная. Жанна подползла к Игорю, встала и пошевелила губами, наверное, похвалила его. Было очень тихо. Он помотал головой, глупо улыбаясь. Тогда Жанна выплеснула звук ему в самое ухо, и он вдруг услышал - далекое, яростное:
– Прострели ему ногу!
Он прицелился, продолжая глупо улыбаться, и заорал, надсаживаясь:
– Пусть даст ключ от четвертого двора!
Было очень тихо, но дежурный, кажется, услышал. Он пошарил в кармане и достал требуемое, неподвижно глядя на Игоря.
– Пусть кидает! А сам под стол! Убью!
Парень исполнил все приказанное: бросил ключ на пол, вполз задом в отведенную для него конуру. Игорь отслеживал его движения маленьким черным отверстием. Вожделенный предмет подняла с пола Жанна. Сцепившись пальцами, романтики осторожно проскочили к выходу, наблюдая за торчащим из-под стола стриженым затылком.
– Может все-таки прострелить ему ногу?
– проорала Жанна, бегая по лицу Игоря совершенно безумным взглядом.
– Вдруг он погонится за нами?
– Придурки, - донеслась сдавленная деревом реплика.
– Ну, что за придурки?
Игорь наклонился и застенчиво прошептал:
– Я не могу в ногу, не получается.
И тогда две тени выскользнули вон. В мужских руках стремительно возникла связка ключей. Последнее усилие, и дверь на кафедру была заперта. Безумие осталось внутри кафедры - там, за надежными замками. Свет также остался сзади. Впереди были только мрак и пустота.