Чтение онлайн

Оборачиваюсь на бегу, не в силах больше сдерживать волка внутри. Перебирая быстро лапами, покидаю резиденцию старейшин и мчусь в густой тёмный лес. Деревья проносятся мимо размытыми пятнами, земля дрожит под мощными прыжками.

Боль, отчаяние и ярость переполняют меня. Внутренний вой, рвущийся из груди, наконец вырывается наружу — протяжный, полный муки и гнева. Я знаю: вся стая слышит этот вой. Чувствует его причину. Знает, что произошло. Теперь знает Марс…

Мой крик отчаяния эхом разносится по лесу, отражаясь от стволов деревьев. Я бегу без цели, просто вперёд, туда, где тьма гуще, где никто не найдёт. Где можно будет выплакать своё горе, не боясь показаться слабой.

Но я не слаба. Я буду бороться. Буду сопротивляться этому браку до последнего вздоха. Я не смирюсь. Не приму эту судьбу. Не позволю Данару Хайсбергу стать моим истинным мужем.

Никогда я не запачкаю свою кровь кровью шакалов! Выродков тьмы и безжалостных монстров!

Луна

Пока я шла по ночному городу, полностью обнажённая, мой путь был усеян сломанными судьбами. Двум человеческим подонкам досталось по заслугам: одному я сломала ребро — так же, как то существо сломало его моей подруге, другому — челюсть.

Когда я вошла в свою высотку, консьерж лишь удивлённо выгнул бровь и махнул рукой. В лифте какой— то мужчина скользил по мне взглядом, а я отвечала ему таким взглядом, что он буквально чувствовал, как смерть дышит ему в затылок. Но благодаря своей силе я понимала — он не посмеет ко мне прикоснуться. Подсознание шепчет ему: не стоит.

В квартире меня уже ждал отец. Кивнув в сторону душа, он принялся раскладывать ужин по тарелкам. В душе я дала волю слезам, но когда вышла, меня уже заполнили злость и ярость.

Любой волк, которому прикажут пойти против канонов или против своих интересов, готов умереть за это. И сейчас я готова убить каждого, кто причастен к этому решению.

Моя волчья сущность рвётся наружу, требуя возмездия. Я чувствую, как когти готовы прорезаться сквозь кожу, а клыки удлиняются от ярости. Никто не имеет права распоряжаться моей судьбой! Никто!

Но я знаю — сейчас нужно держать себя в руках. Пока что. Потому что придёт время, и каждый заплатит за то, что произошло сегодня. Каждый.

Отец вздохнул и подвинул мне тарелку с сырой печенью, а сам принялся за вино, а затем за сердцевину. Я посмотрела на него, но он опустил глаза в тарелку и откинулся на спинку стула.

— Я убью его после истребления этих тварей, — прорычала я, разрезая печень в тарелке.

— Не сможешь. Узы не позволят, — прошептал отец, словно произнося приговор.

— Тогда будем медлить с браком, — бросила я.

— Увы, Луна. Хайра взяла всё в свои руки, и уже завтра состоится свадьба в ночь с кровавой луной по старым волчьим традициям, — тихо произнёс отец.

Его слова ударили меня словно молния. Завтра? Всё уже решено? Нет, это невозможно! Я не готова, не смирилась, не приняла!

Вскочила из— за стола, опрокинув стул. Печень рассыпалась по полу, но мне было всё равно.

— Нет! Ты не можешь этого допустить! — закричала я, сжимая кулаки.

— Я пытался, Луна. Но решение конклава не подлежит обсуждению, — устало ответил отец, глядя мне прямо в глаза с отчаянием.

Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Завтра. Всего лишь завтра моя жизнь изменится навсегда. И я ничего не могу с этим поделать.

Медленно опустилась на колени, собирая разбросанную еду, глотая её вместе со слезами. Завтра. Ночь с кровавой луной. Свадьба, которой я не хочу.

— Как же Марс? Я ведь люблю его, папа, — плачу я, утоляя голод зверя.

— Любовь проходит, только истинность остаётся вечной. Выбора у нас нет. Марс тоже это понимает. Он был здесь, и я приказал ему больше не приближаться к тебе. Против конклава я пойти не смогу, потому что потеряю жизнь, и никто из старейшин не посмотрит на мой род, ведь из него остался только один — это ты.

Его слова звучат как приговор. Марс… Мой любимый Марс. Тот, кто ждал моего ответа. А теперь… Теперь всё разрушено.

— Я не смогу, папа, — прошептала я, чувствуя, как боль разрывает душу.

— Сможешь, Луна. Ты — последняя надежда нашего рода, — ответил отец, обнимая меня.

В его объятиях я нашла немного утешения. Но даже сейчас, прижавшись к отцу, я знала — завтра будет самый тёмный день в моей жизни. День, когда я потеряю не только свободу, но и любовь окончательно, принимая узы ненавистной мне стаи.

— Вечером я заберу тебя, и мы поедем на твою свадьбу, — отец долго целует меня в макушку, а потом, со вздохом, полным печали, покидает квартиру.

Я остаюсь одна в тишине, которая давит на виски. В голове крутятся мысли о Марсе, о нашей несостоявшейся любви, о том, как всё могло быть по— другому. О том, что завтра я стану женой человека, которого ненавижу всем сердцем.

Медленно обхожу квартиру, словно прощаясь с ней. Каждая вещь напоминает о свободе, о той жизни, которая теперь недоступна.

Сажусь у окна, глядя на расцветающий город. Внизу жизнь течёт своим чередом, не подозревая о трагедии, разворачивающейся в этих стенах. А я жду вечера…

Я стану женой Данара Хайсберга. Начнётся моя новая жизнь. Жизнь, которой я не хотела и не просила. Но жизнь, которую мне придётся принять, чтобы спасти свой род.

И пусть сейчас я чувствую себя побеждённой, внутри меня горит огонь сопротивления. Я не сдамся без боя. Даже став его женой, я останусь собой, и я убью его, и никакие узы мне этому не помешают!

Отец забирает меня из квартиры. Машина летит на максимальной скорости по городу. Я смотрю в окно, но не вижу ничего — перед глазами туман. Моё сердце словно остановилось, превратившись в камень.

Мы подъезжаем к месту, которое должно было стать началом новой жизни, а стало местом смерти моей любви. Здесь, на волчьем озере, где с берега видны горы, всё закончится.

Дальше всё происходит как в тумане. Меня окружают женщины, суетятся вокруг, что— то говорят, но их голоса доходят до меня словно издалека.