Ночь в моей голове
Шрифт:
У Моны мы пробыли несколько недель. Мистер Че всё это время плотно работал, пытаясь найти связи между созвездиями. Я иногда помогал ему, вглядывался в звёздные карты, телескопы, рисовал какие-то чертежи следом за ним. Но ничего не проявлялось. Мона в это время находилась в своём кабинете, в самой высокой башне дворца, где-то на уровне третьего этажа. Она продолжала искать, соединять какие-то вещества в пробирках, перебирая десятки математических формул. Но, как и мы, терпела неудачу. Несмотря на это, она не останавливалась, также продолжала улыбаться, повторяя, что всё обязательно получится.
Вечерами мы всё чаще прогуливались вместе, разговаривая обо всём на свете. Она мне рассказывала о королевстве Девятой луны, а я – о своем мире, где чудеса бывают только в сказках.
– Мистер Че говорит, что это из-за того, что жители Земли слишком давно перестали верить в магию, она перестала быть нужна им. Магия и ушла.
– Че всегда прав, он очень редко ошибается, почти никогда, – отвечала мне Мона.
– Мона, я всё думаю, – я уже сильно привязался к ней, и постепенно моя робость исчезла, уступив место очень тёплому и радостному чувству, которое охватывало меня каждый раз, когда я её видел. – А почему твой дворец такой скромный, просто у королевы Солы он такой… величественный, что ли.
– Мне близка простота во всём, в одежде, в разговорах, в окружающем меня пространстве. Тут люди тоже простые, не стремящиеся к чрезмерной роскоши. Конечно, я могла бы выстроить громадный дворец, но мне это не нужно. И придворные мне не нужны. Луизии вполне достаточно. Она замечательная, во всём мне помогает и поддерживает меня.
– Мона, – я немного колебался, – мы тут уже несколько дней, но я ни разу не видел света вокруг тебя или лунных жителей, такого же как у солнечного народа.
– Наш свет мы давно потеряли, – совершенно спокойно ответила королева.
– А почему вы ещё тут?
– Всё ещё живы? Бегаем, ходим, смеёмся?
– Да, просто королевство Первого солнца словно гаснет, и вместе с их светом исчезает и их жизненная энергия, – я с удивлением смотрел на неё.
– Лилиан, всё очень просто: у двух народов, солнечного и лунного, как и у их королев, есть одно большое отличие. Сола смотрит на мир сквозь мишуру и блеск. Такое же отношение она невольно транслирует и своим подданным. Это не хорошо и не плохо, просто по-другому. Здесь нам давно перестало быть нужным притворяться в свете разбросанных блёсток. Лунный народ, хоть труслив и недоверчив, но только к чужому миру. В отношении друг к другу – это одни из самых благородных и преданных людей. Раскрой глаза, посмотри на мир вокруг себя шире. Присмотрись, наша жизнь состоит из мелочей, а не из одной лишь сверкающей оболочки.
Я прислушался к королеве и стал пристально всматриваться в окружение, пытаясь заметить самые незначительные детали. Мона оказалась права. Лунный мир был не просто красив снаружи, как глянцевая бумага, но и прекрасен своим внутренним разнообразием. Рядом с незабудками кружили маленькие жучки с крошечными прозрачными крылышками, на которых они словно переносили мелодию грустной песни цветов. Вокруг летали птицы, похожие на цветочных пеликанов, – их крылья казались покрытыми нежными лепестками цветов. Ах, знать бы, какие это цвета! А улицы… это не просто булыжники, это небольшие идеальной формы камушки, искусно подобранные в тон растущих рядом незабудок.
Я взглянул на жителей королевства Девятой луны. Позволил себе посмотреть в окна узких домов и за изгороди. Лунные люди, казавшиеся грубыми и неучтивыми при первой встрече, по возвращении к семьям преображались. А лица источали счастье и спокойствие. Одновременно изнутри каждого из них исходил яркий свет.
– Мона, свет! – машинально я приложил руку к своей груди, дословно показывая, что я увидел.
– Да, всё верно, мы научились источать свой внутренний свет и сохранять его, чтобы не выпустить наружу, – она положила мою руку себе на живот, и я почувствовал горячий поток света. – Проклятие пустот не является приговором, всегда можно найти выход.
В этот день Мона открылась для меня с другой, более глубокой стороны. Она затронула самые тонкие струнки моей души.
– Я нашёл! – вдруг услышали мы голос приближающегося к нам мистера Че. – Я это сделал, я разгадал загадку. Я знаю, где спрятались королевства. Я всё это время был прав! – он выглядел возбуждённым и радостным. – Я проверил все теории и увидел закономерность. Действительно, пустоты настолько мощные, что начали притягивать к себе звёзды, расположенные рядом. Смотрите! – он достал карту звёздного неба, где небесные объекты, словно живые, двигались по бумаге.
Тайну хранили созвездия. Мистер Че объяснил нам, что вокруг 14 королевств существуют 29 созвездий. Двадцать из них последние 700 лет медленно, но необратимо верно притягиваются друг к другу, образуя звёздные пары. Сравнив пару созвездий Главу льва и Острого коршуна, он увидел расположение уже открытой Страны надежд и воспоминаний. Это дало мистеру Че возможность найти состыковки в расположении других звёздных пар. Получалось несколько совпадений. Некоторые звёзды парных созвездий в итоге соединялись в треугольник, как и предполагал граф. После соединения внутри треугольника образовывался круговорот бешеной энергии, которая, возможно, и стала заметна даже колдуну. А дальше ему просто повезло. Потому что в треугольнике, среди круговорота хаоса нужно разглядеть частички, упавшие со звёзд после их соединения. За ними и прячутся королевства под властью пустот. Кинжал истины поможет открыть их, нужно будет только сделать верный разрез. Звёзды не прячутся от начала и конца в тени своего свечения. Они всегда на виду, надо было только их разглядеть.
Впереди нас ждала дорога в королевство Третьего солнца, в Утраченную страну. По предположению мистера Че, она скрывалась за созвездиями Первого охотника и Блуждающих близнецов.
Больница. День 4
– Дедушка, а ты правда мог научиться видеть цвета? – Чарльз не прерывал рассказ мистера Дрима, пока тот не замолчал. Воспользовавшись паузой, мальчик решил задать ему все накопившиеся вопросы.
– Что? – не расслышал Лилиан Дрим. Он несколько рассеянно смотрел снова на подоконник, будто ожидая кого.
– У озера желаний ты же мог попросить о возможности видеть все цвета на свете!
– Все цвета на свете невозможно увидеть, мой дорогой Чарли, – дедушка снова посмотрел на него. – Это же настолько большой спектр оттенков, что некоторые просто трудно заметить. Поэтому моя особенность не так сильно отличает меня, например, от тебя. Мой спектр просто очень узкий и ограниченный, – он слегка подмигнул Чарльзу.
– Я это понимаю, дедушка, но ты же мог увидеть цвет солнца! То, о чём ты так мечтаешь!
– Да, так и есть, я мечтаю об этом всю свою жизнь.
– Тогда почему? Почему же ты не попросил морского духа исполнить эту твою просьбу?
– Чарльз, наши самые заветные желания таятся в самых дальних уголках наших сердец, – он положил свою руку ему на грудь. – Где-то там, в скрытом иногда и от себя месте мы прячем от всего мира то, чего действительно желаем больше всего на свете. Боясь, что даже мысль об этой мечте может уничтожить её, разбить на мелкие кусочки. В этом своём страхе иногда мы просто забываем о ней, пока она снова не позовёт, совсем тихо, но очень настойчиво. Главное, не прослушать её.