Чтение онлайн

В голове гудит, и я опускаю подбородок на грудь, руки болезненно вытягиваются, но кончики пальцев ног едва касаются пола, так что почти весь вес тела лежит на моих запястьях. Я босиком, потому что только что купалась в бассейне с Отто.

Слеза бежит по моей щеке, и я закрываю глаза.

«Когда они придут?» – спрашиваю у Хольды.

Она не отвечает.

– Ну будет тебе, meine Schwester. Хватит дрыхнуть. – Дитер треплет меня за щеку, на этот раз грубее. – Нам нужно успеть кое-что сделать до вечера.

Я хочу поинтересоваться, о чем он.

Но чувствую, что во рту у меня что-то есть. Что-то металлическое, твердое, как часть лошадиной уздечки.

Я провожу по кляпу языком, но чувствую, что эта штука держит мой язык, нелепо вытягивая его, так что я не могу говорить, только застонать в панике, когда мой взгляд устремляется к брату.

– Стоит отдать должное, люди изобретательны, когда дело доходит до способов растянуть тело до предела. – Дитер дергает за ручку, которая нависает у моей челюсти, и я ощущаю, как механизм сжимается вокруг моей головы, высовывая мне силой язык. – Эту штуку придумали, чтобы не позволять ведьме распускать язык во время допроса. Что кажется бессмысленным, не так ли? Как ты можешь исповедоваться в грехах святейшему из людей, если на тебя надет намордник? Но мы оба знаем, что дело не в исповеди. Люди лишь хотят, чтобы ведьмы молчали.

Дитер склоняется ближе, притягивает мое лицо к своему, его дыхание обжигающее и омерзительное.

– Но с этой штуковиной ты не сможешь и творить заклинания, не так ли? Давай, попробуй. Бормочи своей богине.

Я пытаюсь. Получается лишь искаженный отчаянный прерывистый стон.

Дитер улыбается и отпускает меня, мое тело висит, раскачиваясь в воздухе. Брат поворачивается, хватает что-то со стула у стола и снова встает лицом ко мне, торжественно поднимая руку.

Пузырек, который он привозил в Бирэсборн. Связующее зелье, которое он хотел, чтобы я приняла и мы объединили свою магию.

– Это твой последний шанс, – ласково говорит он. – Если ты согласишься принять связующее зелье, все прекратится. Твой рот уже открыт, весь растянут – ты можешь легко выпить зелье. Это все, что тебе нужно сделать, сестра. Кивни – ты примешь его?

Он ждет. Ему приходится. Магия не сработает, если я не сделаю этого добровольно. Это часть ритуала – один человек варит зелье, другой выпивает его, и только тогда, при достаточном уровне доверия, связующее зелье действует.

Но если я окажусь связана с Дитером, он будет высасывать из меня магию, использовать меня, пока от меня не останется ничего, кроме человеческой оболочки.

Паника захлестывает меня так яростно, что я оказываюсь на грани потери сознания, перед глазами все расплывается, туман сгущается…

«Фридерика! – кричит Хольда, ее голос звенит у меня в голове. – Пожалуйста… я знаю, что ввела тебя в заблуждение. Но прошу, ты должна отречься от Источника. Прими дикую магию. Сейчас же, пожалуйста… спаси себя!»

«Как? – хнычу я. – Как? Я не могу говорить. Я ничего не могу сделать».

Слезы обжигают мне щеки. Я борюсь с ними, пытаюсь собрать остатки сил и свирепо смотрю на Дитера.

Я качаю головой.

Его безумная надежда тает. Он упрямо впивается в меня взглядом.

– Фридерика. Мне кажется, ты понимаешь, что стоит на кону.

Я продолжаю сердито смотреть ему в глаза. Может, это и к лучшему, что я не могу говорить; по крайней мере, так мне удается изобразить на лице решимость.

Внутри у меня все умирает.

Дитер поджимает губы.

Резким движением он швыряет связующее зелье в огонь. Бутылка разбивается, пламя пожирает зелье с внезапным порывом жара и силы, и я беспомощно вздрагиваю, звеня кандалами.

Дитер поправляет тунику, приглаживает светлые волосы.

– Ты выбрала, путь, Фрицихен. Запомни. Нам необязательно было сводить все к этому. Ты сама так решила. – Затем он улыбается.

Он улыбается, и у меня внутри все холодеет.

– У меня есть и другие способы заполучить твою магию, – говорит он. – Связующее зелье было наименее… грязным. Но. – Он склоняется надо мной, хватает рукой за подбородок, прижимает к себе и выдыхает мне в лицо: – Ты и я, мы с тобой связаны судьбой. Разве голос не сказал тебе об этом? Он сказал мне. Великое будущее ждет нас. Ты и я, чемпион и воин, воин и чемпион, связаны друг с другом, чтобы изменить мир.

Мое тело немеет. «Хольда? Он…»

«Мне так жаль, Фрици. Я рассказала ему много всего, прежде чем поняла, как далеко он способен зайти. Это… не то, на что я рассчитывала. Я мечтала о величии, которого вы вдвоем могли бы достичь, но он…»

«Ты мне этого не говорила. – Я бы разрыдалась, если бы могла. Но могу лишь давиться плачем, а слезы стекают по пальцам Дитера, поэтому я закрываю глаза. – Ты не предупредила меня!»

Воцаряется тишина. Тишина, переполненная чувством вины. «Мне так жаль, Фрици…»

– О нет, нет, нет, Фрици! Я же сказал тебе – не засыпай. – Дитер отворачивается к камину. – У нас еще есть дела. Теперь, когда ты выбрала более трудный путь, дел даже больше. Не заставляй меня сожалеть, что я оставил тебя себе.

Он присаживается на корточки у камина, спиной ко мне, и я пользуюсь моментом, чтобы взглянуть на кандалы. Они держат крепко, мои руки побелели от напряжения, и рядом ничего нет, мне не за что зацепиться, чтобы попытаться высвободиться.

Пот, холодный и горячий одновременно, струйками стекает по спине.

– Мои охотники знают, что это вы с капитаном выставили их дураками, – буднично сообщает Дитер. Он что-то крутит в камине, и оттуда снова вылетают искры. – Больше всего на свете они хотели бы отомстить вам, моя милая сестренка. О, как они ликовали, когда я сказал, что тебя удалось поймать! – Он смеется, высоко и скрипуче. – Они не понимают, что двадцать жителей Баден-Бадена, которых я приказал сжечь, помогли мне тебя поймать, но, с другой стороны, они вообще ничего не понимают.

Он сжег двадцать человек, чтобы добраться до меня.

Чувство, что меня предали, гложет меня изнутри, но я не могу сейчас ему поддаться. Я должна действовать. У меня и без того мало преимуществ, я не могу оттолкнуть Хольду.

«Ему не нужно было никого сжигать, – говорю я. – Правда? Чтобы использовать дикую магию, не нужны жертвы или зло. Вот что ты хотела ему показать, вот что ты хочешь показать мне».

«Да, это одна из причин, – отвечает она. – Пожалуйста, Фрици. Ты еще можешь произнести заклинание. Ты ведь обращаешься ко мне, не так ли? Пожалуйста. Больше я ничем не могу тебе помочь. С дикой магией тебе не нужно будет соблюдать правила Источника. Ты сможешь дать отпор».