Чтение онлайн

Я кивнула.

— Вот-вот! Сам Капитан, конечно, всё отрицает, так что, даже не думай у него спрашивать про предков или, не дай Фиерт, про родителей. Пришибет на месте.

Готова спорить, что сам же князь о себе эти слухи и распространяет. Ведь гораздо лучше и спокойнее иметь в далеких предках клыкастеньких криллов или многоликих, чем признаться, что кто-то из твоих родителей является Высшим вампиром. Да его с такими родственничками свои же убьют или, что вернее, продадут эльфам. На опыты.

— Да, зубки его не заметить сложно. Если честно, то я тоже сразу подумала про криллов. Прикус очень характерный. Правда цветом кожи и волос ваш Капитан совсем не вышел.

Ещё бы. Капитану с его смуглой кожей и черными волосами было очень далеко до криллов, у которых кожа имела сероватый отлив, да и волосы были разных оттенков серого. Так что в своих гипотетических родственников он удался разве что клыками и глазами.

— Ну, так не в родители же они ему записались! В лучшем случае прабабка, а то и вообще прапрабабка с криллом согрешила.

Эх, малыш-малыш… А ведь ещё образованный! Академию посещал, книги умные читал… И не знаешь, что у людей потомства от представителей этой расы попросту не может быть.

Внезапно прорезавшийся ехидный внутренний голос не преминул добавить: 'Ага, и от вампиров тоже!

Ну, в каждом правиле есть исключение.

'А в каждом исключении — правило!

Возможно. Только вот криллами тут и не пахнет.

Нет, мне всё-таки нравится! Если кто-то согрешил, то обязательно женщина… Хотя мне сложно представить мужчину, который бы позарился на крилла, учитывая тот незамысловатый факт, что все представители этой расы гермафродиты.

За разговором обед незаметно подошел к концу, и мы, поблагодарив Якоба, вышли из столовой. По дороге к любезно предоставленным мне князем апартаментам мы немного поболтали с Сажей ни о чем. Так, перетерли косточки бургомистру и иже с ним, ну а ещё я рассказала мальчишке несколько свеженьких анекдотов. Тех самых, распространение которых проходит под статью третью пункт 'эш' и карается конфискацией имущества и исправительными работами на гномьих шахтах сроком от двух месяцев до трех лет. Какие анекдоты? Ну, про эльфов разумеется и их с орками трепетные отношения.

3-й день Атанарил-лин 223 от О.В.

Старый заброшенный сарай. На холодном земляном полу в кучу свалены остовы телег, плугов и прочего крестьянского инвентаря. С потрескавшихся от времени балок свисают рваные саваны паутины.

Тихо. Слышно даже как бессильно трепыхается мотылек в паутине у самой крыши. Впрочем, какая это крыша? Так, одно название… За давностью лет остался лишь скелет из обрешетки и стропил, на котором видно только милостью Великого Прародителя удерживается десяток пластин глиняной черепицы.

Меркнут последние звезды, и буквально в считанные секунды светлеет небо. Ласковые лучи утреннего солнца неторопливо просачиваются сквозь многочисленные прорехи в кровле и окрашивают паутину в радужное серебро.

Несколько фигур, закутанных в драные грязно-серые плащи, вдруг приходят в движение. Быстро. Бесшумно. Лишь длинные клочья паучьего полотна чуть заметно колышутся. Вэры стремятся найти кусочек гостеприимного мрака, который укроет их от обманчиво ласковых лучей проснувшегося светила.

Мама тоже делает пару шагов назад и уводит меня в густую тень. Крепко прижимает к себе.

Если прямые солнечные лучи для вэров крайне неприятны и болезненны, то рассеянный свет мы переносить можем. Переждать в этом сарае дневку мы смогли бы даже в обычной одежде, а уж в плотных плащах из пропитанной каким-то мудреным составом ткани — тем более… Правда, даже наши чудо-плащи крохотные частицы враждебной энергии пропускают. Находись мы сейчас вне укрытия, уже проявились бы первые симптомы 'солнцепёка': начала бы болеть голова, и зудеть кожа. И чем дальше, тем больше. Очень немногие из вэров могут пережить ясный солнечный день даже при наличии максимальной защиты… Я же, как ни странно, обладаю гораздо меньшей чувствительностью к солнечным лучам, чем взрослые. Так что в ясную погоду да под открытым небом максимум, что мне грозит, это неприятный зуд по всему телу и дикая головная боль. Ну, это при учете, что я буду закутан в плащ с ног до головы, конечно.

— Пить… — шепчу я.

— Сейчас, — еле слышно отвечает мама. — Только тише, малыш… И сделай всего пару глотков, не больше. Слышишь?.. Не бойся, всё будет хорошо. Ведь Великий Прародитель не оставит в столь трудный час детей своих, правда? Нам бы только до захода солнца дожить…

Очень хочется привычно возмутиться, что никакой я не 'малыш' и мне через пару месяцев уже одиннадцать будет… Только вот сейчас всё это не важно.

Нам надо всего лишь дожить.

До заката.

Всего лишь…

А там мама всем покажет, чем заканчивается охота на охотника.

Я взял из рук матери фляжку и сделал два глотка. Густая тягучая солоновато-пряная жидкость приятно обволокла горло… Хорошо! Почти сразу же я почувствовал ощутимый прилив сил, а мир вокруг заиграл новыми красками. Жаль только, что всё это ненадолго: слишком мала доза живительной жидкости.

Плотно закупорив флагу, я протянул её маме. Встретился взглядом с её голодными безумными глазами.

— Мам, ну ты тоже… Хоть глоток.

Вэрина в ответ грустно покачала головой, а затем добавила:

— Нет, моё сокровище. Тебе нужнее… А я как они, — легкий кивок в сторону притаившихся среди поломанных телег вэров.

У небольшой группы вэров или, как их иначе называли на Тауре, вампиров, которые пробирались из ставшего негостеприимным Вольгорода в более лояльный Лайэн, запасы крови закончилась несколько дней назад. Остатки единогласно было решено оставить для ребенка. То есть для меня.

Сначала наш путь пролегал по холмистым лесам, где ничего не стоило укрыться от немногочисленных эльфийских разъездов и орочьих лазутчиков. Но вскоре мы вышли на равнину лишь изредка украшенную редкими рощицами и перелесками. Затем пропали и они. Потянулась безжизненная степь.

Дневки мы устраивали в разрушенных человеческих селениях, которых в этом унылом краю до Открытия Врат хватало. Запасы потихоньку пополняли с помощью изредка встречавшейся живности.

Не верьте тем, кто говорит, что вампиры питаются исключительно кровью. Мясо мы очень даже любим, просто предпочитаем перед его приготовлением сцеживать кровь. А буде такая нужда, то даже на одних овощах способны прожить.

Конечно, мясо зажаривать мы не рисковали — дым в степи виден издалека — и употребляли его исключительно в сыром виде. Это далеко не так вкусно, но, как говорит мама, очень полезно…А с мамой в этом вопросе не поспоришь. С ней вообще спорить сложно. Так что приходилось давиться и есть.