Чтение онлайн

Овчинников, не удержавшись от тонкой усмешки, заявляет, что память мы уже почтили - еще вчера.

За исключением тех, кто не соизволил.

Мэтр возмущенно отвечает, что ему никто не сообщил.

–  Разумеется. Отговорки своей лени и невнимательности можно всегда найти. Тем не менее, мы уже почтили память своего товарища, и Вы тут уже опоздали. То, что Вы убываете в Кронштадт, Вы тоже не знаете?

–  С какой стати я должен туда отбывать???

–  Объединенным командованием Вы назначены переводчиком в команду мортусов.

–  Что это все означает????

–  Тридцать итальянок - феминисток приступают к работе в качестве вспомогательной похоронной команды. А Вы назначаетесь к ним переводчиком.

–  Никогда не поверю, что они вызвались это делать добровольно! Это грубейший произвол! Они иностранные гражданки. И даже если они все свихнулись - я не собираюсь быть у этих могильщиц переводчиком!

–  Знаете, Вашего согласия никто и не спрашивает. В соответствии с Законом РФ 'Об обороне' в случае чрезвычайной ситуации я, как старший воинский начальник имею право мобилизовать для выполнения насущных нужд любого. Вот Вы - как раз тот самый любой.

–  А если я не подчинюсь???

–  Вам разъяснить, что такое 'неисполнение приказа в военное время'?

–  Никто не объявлял, что у нас сейчас военное положение! И я не военнообязанный!

–  У нас сейчас военное положение. Можете ли Вы это опровергнуть?

–  Могу!

–  Нет, не можете. А я могу отдать приказ выкинуть Вас за ворота. Михайлов, твои люди выполнят этот приказ, или нет?

–  Выполнят, причем с удовольствием. Нам тут дармоеды ни к чему - каждый килограмм еды не из воздуха берется.

–  Я буду жаловаться!!!!!! Вам это с рук не сойдет!!!!

–  Разумеется. Вот сейчас отбывает 'Треска' - получите командировочное удостоверение у моего секретаря - и езжайте. Да, кстати - итальянки еще не в курсе, что они добровольно взялись за работу похоронной команды. Вам вменяется в обязанность их убедить проявить, как говорилось ранее, высокую сознательность.

–  Это тем более возмутительно!!!!

–  С завтрашнего дня вводится карточная система на территории острова Котлин. Так что либо Вы и Ваши феминистки начинаете работать - и получаете рабочую карточку, либо у вас будут карточки иждивенцев… А, я забыл, что Ваши предки во время войны служили в 16 Украинском фронте, защищая Ташкент и наши питерские нюансы Вам незнакомы… Говоря проще - лучше Вам убедить тальянок.

–  Я…

–  Михайлов, покажи сеньору переводчику дорогу к 'Треске'!

Мы, в общем, и раньше знали, что Михайлов может быть грубым, так что дальнейшее не удивило. Собственно все уже описано Гашеком в эпизоде общения сапера Водички и венгра Каконя. Разве что Михайлов еще вернулся взять бумажку командировочного удостоверения…

Особенно веселиться Овчинников не дал - и собрание покатило по рельсам.

У меня информации не густо - сообщаю количество пациентов, отмечаю обострение хронических болезней и прошу тех, кто еще не взял витамины - выполнить это. Под занавес показываю косынку - эта из НАТОвских запасов, черт ее знает, как к нам попала - треугольный кусок особо прочной чисто синтетической ткани, знакомый многим нашим людям - тем, кто постарше - как женский платок, кто помладше - как бандана. Только поболее эта штука, чем бандана.

Михайлов тут же встревает с требованием провести занятия с личным составом по применению этой косынки. Овчинников выносит вердикт - и я себя поздравляю с тем, что любой забывший армейское правило номер раз - 'инициатива наказуема!' получает головную боль. Теперь надо будет и занятия проводить. Правда я могу схитрить, выполнив армейское правило нумер два - 'ничего не делай сам, если есть толковый зам'.

Обучу медсестер - а они пускай передадут далее.

Николаич сообщает о том, что есть подозрения - возможно зомби начали маскироваться и прятаться. Это еще не вполне достоверно, но иметь в виду стоит всем.

Хранитель выглядит измотанным, но рапортует достаточно бодро: было 2870, пришло и доставлено иными путями - 211, эвакуировано 844 - таким образом на довольствии - 2237 человек. Продовольствием обеспечены в нормальных объемах, угрозы голода пока нет, но питание все консервированное - из флотских запасов, поэтому любое поступление более свежих продуктов, особенно овощей, фруктов и так далее - приветствуется. Также ведутся работы по благоустройству территории - в неподготовленных к проживанию помещениях уже никто не размещается, но, разумеется, и комфорта особенного нет. Из Кронштадта доставили ДДП - мобильную душевую установку на автомобильном прицепе, если все будет в порядке - то с завтрашнего дня будет работать баня. Это встречается радостным гулом. Раздаются вопросы - где будет баня? Отвечает - в районе Государева бастиона. Ванна-кухня уже не так потребна, как в первые дни, когда у нас надо было кормить четыре тысячи человек, поэтому она перейдет на обогрев воды - ДДП маломощна и одна не управится. Возникает проблема с дровами - есть мысль добыть дрова в Зоосаде - там спилили много деревьев, так что этим можно воспользоваться. Но упирается в недостаток грузового транспорта. Нужны грузовики.

Начвор краток и лапидарен как древний спартанец. Сообщает, что теперь на вооружении в Крепости есть 6 бесшумных АК с боезапасом (ага, вычтя наши три ПБСа получаем еще три добытых в недрах Артмузея. И АК откуда-то взялись…), а также о том, что пока работа по приведению в боеготовность ДП приостановлена из-за переключения на производство защитных костюмов.

Выступление Михайлова пестрит паузами. Надо полагать, это результат включения внутреннего цензора. Ну не звуки же 'Пи' ему издавать, а ругаться видимо охота. Речь идет о том самом вчерашнем выступлении недовольных. Выглядит забавно:

–  Работать… не хотят… видите ли…, а претензий… вагон с маленькой тележкой!…

–  Но может там есть профессионалы, которых мы не можем здесь обеспечить работой? Программисты, атомщики?

–  Ага!… Программисты!… Языком они работники!… Руками ничего не умеют. Принципиально.

–  Но ты ж им давал сроку сутки - определиться.

–  Давал. Жду, как они… придут. Беда-то в том… Что те, кто бузил и подбивал… не придут. Они за спинками привыкли… сидеть. А придут дурни… мать которых… не научила в детстве думать…!

–  На здоровье. Глядишь, кто другой умнее станет.

–  Возражаю! Эти кретины там так нагадят, что потом не расхлебать будет. (Николаич голос подал)

–  Да много ли беды от десятка идиотов?

–  И от одного беды может быть столько, что потом ротой не расхлебать.

–  Мы за ними присмотрим. Пока будем дрова собирать - охрана и приглядит.

–  Ага. Они частью сдохнут, частью сбегут. Попутно устроят гажу мазелиновую, походя…

–  Так что нам заградотряды выставлять?

–  А неплохо было б. Потому как в обязанности заградотрядов было и не допускать малолетних романтиков на фронт.

–  А что прикажете - работать они не хотят и не умеют. В гарнизон идти или еще как-либо служить - свободолюбивы слишком. А кушать хочется вкусно и обильно. И?

–  Что - и? Но посылать их в дело… Это ж не компьютерные стрелялки играть.

–  Раз у тебя нет ничего внятного - то поступаем, как запланировано.

–  Ну, хотя бы баб детородного возраста не пущать и парней лет до 25.

–  Вот-вот доктор - это и есть фОшизьм - ограничение свободы воли, действий и упор на чисто биологические элементы в противовес духовному.