Ночной палач
Шрифт:
Грим уставился на нее не менее мрачно.
Вон он, шанс что-то узнать.
— Зачем ему так много костей?
— Кузнец убивает людей с уникальными способностями и делает оружие из их костей и крови. Он чует кровь на расстоянии и убивает любого, кого сможет найти, на случай если тот окажется полезным.
Тогда почему он так отчаянно жаждал ее крови?
Айсла сглотнула. Она вполне могла стать еще одним черепом в том заборе. Ее народ пал бы. Кузнец действительно был древним. Похоже, он удивился, что ей удалось его ранить. Айсла была как никогда рада, что кинжал постоянно при ней.
— Значит, в поисках тебе нельзя использовать способности. Ты должен оставаться бессильным.
Грим промолчал.
Но почему именно он сам искал этот меч? Это же чертовски неудобно, когда нельзя пользоваться способностями. Разве у него нет людей на побегушках? Или ему просто больше нечем заняться?
Она вываливала вопросы один за другим, лишь подкрепляя раздражение Грима.
— Много болтаешь, — проворчал он, и почему-то Айслу это сильно задело.
Грудь сдавило, стало трудно дышать, будто кто-то взял и уселся сверху.
— Обычно мне не с кем поговорить, — пробормотала она.
Тон не смягчился, но Грим снизошел до объяснения.
— Меч слишком важен, чтобы рассказывать о нем кому-то при дворе. Я не могу позволить себе риск: ни отправить кого-то, ни доверить ценную информацию. — Сумрачный помедлил. — Меня уже предавали в поисках этого меча.
Предавали? Почему?
Предаст ли Грим ее?
Айсла повернулась к сумрачному и приподняла бровь:
— Но мне ты доверяешь?
— Ни в одном глазу. — Грим шагнул ближе. И еще. — Если в тебе теплится хоть капля желания выжить на Столетнем турнире, ты тоже ни словом не обмолвишься при своем дворе.
Ее двор. Знать бы еще, что это. У Селесты не было двора, только вереница опекунов, которые умирали каждые несколько лет и сменялись в бесконечном круговороте. Терра и Поппи были единственными людьми, с кем Айсла регулярно виделась.
И вот уж им она точно ничего не расскажет. Обе назовут ее дурой, что решила спеться с сумрачным. А потом устроят так, чтобы она за порог комнаты и носа не показала до самого турнира.
— А кузнец? Он же знает, что мы ищем.
Грим угрюмо покачал головой.
— Не вспомнит.
Айсла наклонила голову к плечу.
— Почему?
— Дураков, навещающих его, очень мало. Но на всякий случай я забрал его воспоминания.
Айсла пораженно моргнула.
— Ты… можешь лишать воспоминаний?
Грим просто кивнул, будто это вовсе не одна из самых жестоких сил в мире.
— Навсегда?
— Если захочу.
Айсла поежилась. Оставалось еще так много вопросов без ответов. Если Гриму так необходим меч, почему он не искал его раньше? Отчего именно сейчас? Что изменилось?
Айсла засомневалась, не стоит ли ей отказаться. Грим, без сомнений, ее просто использовал. После сегодняшнего она потеряла всякую уверенность, что его обещание стоило такого риска.
У них с Селестой был план. Да, ей так и не удалось найти перчатки, но в запасе еще оставалось время. Почти год.
Айсла обвела взглядом свою комнату, стеклянную клетку. Грим невыносим, но поиски меча обещали ей то, о чем она мечтала с детства, — свободу. Сбежать хотя бы ненадолго.
— Итак, — протянула она, надеясь, что не совершает самую большую ошибку в своей жизни. Кузнец сказал, что меч украли и он чувствовал его на земле Грима. — Кто лучшие воры в сумрачных землях?
Глава 27. Предвестие
О голосовании небесных по-прежнему не было никаких новостей. После долгих дебатов его отложили. Большинство диких готовились к войне, а оставшиеся без перерыва трудились над изготовлением эликсира. Стелларианцы в новоземье создавали для них особую броню, насыщенную энергией.
Сейчас следовало сосредоточиться на щите. Марен обещала Айсле список самых талантливых обитателей острова Звезд, чтобы понять, насколько большим выйдет этот щит.
Дни проходили, а просьба так и оставалась невыполненной. И это было очень непохоже на Марен, которая с легкостью справлялась со всеми остальными аспектами подготовки к надвигающейся войне. Эния помогала Айсле поддерживать остров Звезд во всем необходимом: в доставке продуктов, ресурсах, охране их моста. И Марен действительно справлялась без единой загвоздки.
Стелларианка явно удивилась, увидев ступившую на землю острова Звезд Айслу.
— Айсла, — неуверенно улыбнулась Марен, — я не ждала тебя сегодня. Мы можем достать…
— Кто самый талантливый из стелларианцев? — спросила дикая. — Просто… просто отведи меня к нему.
Она понимала, что говорит резко, но до прихода Грима оставалось всего двадцать дней. Нельзя терять ни минуты.
Марен отвела глаза. Долго молчала, прежде чем проронить хоть слово.
— Есть несколько способных. Я могу отвести.
— Нет, — отрезала Айсла. — Кто самый одаренный? Ты? Это ты?
Не поэтому ли Марен избегала ответов?
Стелларианка покачала головой.
— Тогда кто?
Марин встретилась с ней взглядом. Напряженность в нем ошеломила Айслу.
— Король не поменял решения взять в битву только добровольцев?
— Нет. Никого не заставляют драться. Нам только нужна энергия для щитов.
— Возможно… возможно делиться энергией, не раскрывая себя?
Не раскрывая себя? Айсла начала раздражаться.
— Допустим. Почему?
Марен напряглась еще сильнее.
— Дай слово. Я покажу, но дай слово, что никому не расскажешь.
Она была ее правительницей. Ей не было нужды обещать что-то взамен на информацию. Тем не менее она увидела в лице Марен непреклонность и кивнула.
— Я не скажу никому, кроме короля.
Марен задумалась, а потом закрыла глаза.
— Я покажу.
Стелларианка отвела Айслу к полю кратеров. Дыры в острове напоминали следы звезд, упавших с неба. Посреди одного кратера кто-то стоял.
Потоки серебра срывались с рук сверкающими лентами. Они ударялись в стенки кратера, разрезая скалу словно масло. Рождавшиеся из искр существа скользили, прыгали, летали внутри кратера, им ограниченные. Потрясающая сила.
В кратере стояла Синдер.