Чтение онлайн

— Это ужасно.

Эния равнодушно пожала плечами. Хлопья снега таяли, не долетая до головы, и падали дальше капельками дождя.

— Большинство матерей согласились бы с тобой, но моя была из другого теста. Она прямо попросила у оракула рассказать ей все. И та рассказала. Когда я стала достаточно взрослой, чтобы понимать, мать предоставила мне выбор: узнать, когда я умру, или остаться в неведении. Мне говорили, что мы с мамой удивительно похожи. Так что можешь догадаться, что я предпочла.

— Оро знает?

— Когда я умру?

Айсла кивнула.

— Нет, хотя он постоянно спрашивал, когда мы были моложе. Думаю, хотел знать, чтобы предотвратить предсказание. В этом он похож на тебя. Он берет на себя ответственность даже за то, на что не имеет никакого влияния. — Эния повела плечом. — Я воспринимаю предсказание как подарок. Я знаю, когда умру, и это позволяет мне жить каждый день на полную катушку. Вы с Оро подчас теряетесь в мыслях о прошлом, о будущем… Я же большую часть жизни провожу в настоящем.

Эния, вздохнув, помолчала.

— Я говорю тебе все это, чтобы объяснить, почему не боюсь. Ни капельки.

Стоило Энии это произнести, как на горизонте появился легион виндерлендов в железных шлемах, украшенных массивными бивнями, в меховых воротниках и причудливой броне. Воины несли в руках длинные мечи и булавы. Эния небрежно обернулась к Айсле.

— Сегодня я не умру.

Шквал стрел ударил в Айслу, но отскочил от стелларианского щита, радужными разводами укрывавшего ее тело, гудящего от напряжения. Пришлось тщательно сосредоточиться, чтобы удержать щит на месте. Айсла вздрагивала при каждом попадании. Наконечники не пробивали кожу, но оставляли синяки.

Эния рядом с ней создала стену огня, спалила стрелы до того, как они успели до нее долететь. Плавными, даже немного небрежными движениями солярианка растапливала лед и снег вокруг, превращала оружие нападавших в пепел.

Раздался боевой клич, и Айсла отскочила в сторону, уходя от брошенного топора. Лезвие просвистело в нескольких сантиметрах от нее.

Воины заревели — слов Айсла не разобрала — и бросились вперед с поразительной для тяжелого вооружения скоростью. Щели в металле топорщились мехом.

— Рыжая! — заорал один, тыча в Энию. — Из тебя получится прекрасное рагу. Пикантное, с дымком.

Он улыбнулся, обнажив заостренные зубы — такими легко рвать мясо.

— А из тебя — прекрасная кучка пепла, — ответила Эния.

Ее пламя вырвалось наружу, опалив вояке бороду. Тот закричал, объятый огнем, и покатился по снегу.

В шею Айсле нацелился меч. Дикая пригнулась и ударила нападавшего в висок, чем отправила его прямиком в беспамятство. Им ведь нужны эти воины… мертвыми они не представляют ценности.

Хватит.

Айсла раскинула руки, и сквозь безжизненную землю, пробивая лед, вверх рванулись деревья. Виндерленды застыли на месте. Если до этого они могли не узнать дикую, то теперь точно вспомнили.

Высокий воин шагнул вперед, бряцая доспехом. Стянул шлем, открыв острое лицо с пересекающим его наискось шрамом.

— Как ты посмела вернуться сюда после того, как убила столько наших людей?

Айсла оскалилась в ответ.

— Вы пытались меня убить и съесть, всадили стрелу в мое сердце.

Воин прищурился:

— И все же ты здесь. Думаешь, тебе повезет и ты сумеешь избежать смерти в третий раз?

Дикая едва заметно улыбнулась. «Избежать смерти» — именно это она и пыталась сделать.

— Надеюсь, с вашей помощью — да, — произнесла она.

Воин рассмеялся. Громко, хрипло, так, что по коже Айслы пробежали мурашки. Остальные виндерленды присоединились к хохоту, звук гулко двоился под шлемами.

— Мы скорее умрем, чем станем тебе помогать.

— Тогда вы умрете в любом случае, — резко ответила Айсла, шагая вперед. — Сумрачные идут уничтожить Лайтларк. После них не останется ничего. Каждый камень будет рассыпан в прах. Погибнут все, и вы — тоже.

Воин сощурился.

— Лайтларк пережил тысячи лет, несколько войн…

— Не такую, как эта, — перебила Айсла. — Я видела будущее: грядет конец.

— Оракул…

— Она сказала, что Лайтларк балансирует на острие судьбы. Каждый должен встать на его защиту. — Айсла скривила губы. — Я ненавижу вас. Вы ненавидите меня. Но у нас есть общий враг — тот, кто идет уничтожить Лайтларк. Уверена: вы уже заметили, что лунианцы ушли.

Виндерленд кивнул.

— Они присоединись к сумрачным.

Среди воинов позади него пробежал ропот.

— Вы нужны нам, — продолжала Айсла. — Нам нужен каждый воин на острове — для обороны. Скажи, что вы будете сражаться бок о бок с нами. Если мы сумеем заключить мир, у Лайтларка появится надежда на будущее.

Воин раздумывал. Айсла ждала.

Наконец виндерленд снова надел шлем и произнес всего одно слово:

— Нет.

А потом он схватил топор, целясь ей в голову.

От неожиданности Айсла растерялась, и стелларианский щит опал. Время будто замедлилось, пока она смотрела, как топор приближается к ее лицу. Рука инстинктивно взлетела вверх, пальцы были так близко от безжалостного металла. Головой-то дикая понимала, что топор с легкостью перерубит руку и вонзится прямиком в мозг — и она умрет.

Но этого не произошло.

Едва Айсла коснулась топора, как он обернулся прахом.

Айсла считала дни до визита на Кританский утес. Она часто засиживалась за полночь, на случай если появится Грим. Вдруг планы изменились и надо будет куда-то еще отправиться.

Сумрачный так и не пришел.

Айсла прокручивала в голове их последний разговор. «Не рассуждай о моем народе, когда сама ничего не знаешь о своем». Сумрачный прав. Все, что она знала о диких, — это рассказы Терры и Поппи. Ее народ оставался чужим для нее. Она видела его только во время церемоний.