Ночной вызов
Шрифт:
На следующий день Люся прилетела в Ленинград и направилась к подруге. Продавец уже был там.
Шубка оказалась и впрямь роскошная. Мягкий шелковистый мех так и переливался.
– Такой прелести я еще никогда не видела! - восторгалась Люся, вертясь перед зеркалом. - Вот Федор обрадуется!
Покупка Федору Николаевичу и впрямь понравилась. Заставив Люсю походить в шубке по гостиной, он сказал, что она в ней очаровательна. Люся от радости повисла у него на шее.
Через несколько месяцев случилось непредвиденное. Люся приехала в Ленинград и в почтовом ящике нашла повестку - приглашение явиться в милицию. Это было неожиданно, но не вызвало беспокойства, - она не чувствовала за собой никакой вины.
"По-видимому, паспорт надо менять", - подумала Люся.
Однако причина вызова оказалась неприятной.
Следователь, женщина, майор милиции, встретила Люсю приветливо, предложила ей раздеться и сесть. Попросила называть ее Марией Васильевной.
– А вы Людмила Сергеевна, не так ли? - спросила она Люсю.
– Да, Людмила Сергеевна.
– Вот мы и познакомились.
Люся ничего не ответила. Дело явно шло не об обмене паспорта, но пока ничего, кроме любопытства, это знакомство у нее не вызвало.
– А вы - настоящая красавица, - сказала Мария Васильевна. - И одеты прелестно. Наверно, мужчины влюбляются в вас с первого взгляда, правда? А я вот сижу здесь, целыми днями веду беседы с далеко не лучшими представителями рода человеческого и совсем забыла о том, что я женщина. В кителе да шинели сразу в мужика превращаешься. Оно, конечно, приятно одеваться модно, да только где нынче хорошую импортную вещь достанешь? Или в комиссионке, или у спекулянтов, у перекупщиков. А они за какую-нибудь шубку три шкуры сдерут...
Напоминание о шубке встревожило Люсю.
"К чему бы это?" - мелькнула мысль.
– Ну да ладно, - улыбнулась Мария Васильевна. - Это я так, между прочим. Не обращайте внимания. Скажите, пожалуйста, где работает ваш муж?
– Он профессор медицинского института в Энске.
– Понятно. А вы где работаете?
– Временно нигде. В последнее время я работала переводчицей в "Интуристе", но недавно уволилась в связи с замужеством и переездом к мужу. Там работу себе еще не подыскала.
– Понятно. Скажите, пожалуйста, Брончука Георгия Марковича вы знаете?
– Брончука? Нет. Впервые слышу эту фамилию.
– Так я и думала. Что может связывать вас с ним? А вот этого гражданина вы знаете? - Мария Васильевна протянула Люсе фотографию, на которой она узнала продавца шубки.
– Этого знаю. Моя приятельница назвала его Фредди.
– Расскажите, пожалуйста, все, что вы о нем знаете. Кстати, это и есть Брончук. Он привлечен к уголовной ответственности за спекуляцию.
Услышав это, Люся разволновалась и стала торопливо рассказывать, что знала: как познакомилась с ним, что покупала.
– Прошу вас, Людмила Сергеевна, подробнее рассказать о покупке шубки. Сколько вы заплатили за нее?
– Полторы тысячи. Я что-то сделала не так? Не нужно было связываться? Но мне так хотелось...
– Многовато. В магазине она и половины не стоит. Так что обобрал он вас, этот Брончук.
– Вот негодяй! Ну да что об этом... Как-нибудь переживем.
Следователь с любопытством посмотрела на нее и отвела взгляд. Люся вспыхнула: поняла, что сказала глупость. Вообще все вдруг увиделось в другом свете. Она, жена профессора Пескишева, замешана в спекуляции. Пусть лишь как свидетель, что из этого?! Давать объяснения в суде... Такие новости распространяются быстро. То-то позлорадствуют Галина Викторовна и Кораблев. А Федор?.. Как он все это воспримет? Оскорбится? И правильно сделает. Профессор, доктор наук, а жена - барахольщица, скупает вещи у спекулянтов... У него могут быть неприятности, и немалые. Боже мой, что я наделала...
Увидев, что Люся побледнела, Мария Васильевна налила ей воды.
– Что с вами? На вас лица нет...
Люся отодвинула стакан.
– Спасибо, не нуждаюсь.
Растерянность сменилась злобой. В этой женщине, спокойно расспрашивающей ее, она увидела опасного и коварного врага.
– Прошу вас взять лист бумаги, ручку и все сказанное вами изложить в письменном виде, - предложила Мария Васильевна.
Когда Люся написала все, о чем говорила, Мария Васильевна предупредила ее, что эта встреча у них не последняя.
– Предупредите мужа, что вам необходимо на некоторое время задержаться в Ленинграде, - сказала она. - Думаю, вскоре сможете вернуться домой.
Люся ушла из милиции, объятая тревогой.
– Что я натворила! - шептала Люся. - Федор порвет со мной, тут же порвет, как только обо всем узнает. Я ведь опозорила его... опозорила!
Переходя улицу, погруженная в свои мысли, отрешенная от действительности, Люся не увидела движущегося на нее троллейбуса, не услышала его сигналов, и водитель ничего уже не смог сделать, чтобы предотвратить беду. Люся лишь почувствовала удар, который подбросил ее вверх, на какой-то миг увидела испуганное лицо молодого парня за стеклом и рухнула на асфальт.
К ней бежали люди. Но она уже ничего не видела и не слышала.
41
Люсю хоронили в Ленинграде, куда уехали Федор Николаевич и Маня. Четыре дня спустя взволнованная Маня позвонила в Энск:
– Федору Николаевичу плохо. Он умирает!
– Кто? Кто умирает? - переспрашивала Женя, из-за плохой слышимости с трудом различая глухо доносившиеся слова.
– Федор Николаевич! - кричала Маня, прижимая трубку ко рту и прикрывая ее ладонью. - Профессор Пескишев!
– Что произошло?
– Я теряю голову, не знаю, что делать! Помогите! - доносилось издали. Приезжайте кто-нибудь! Я одна в чужом городе, не знаю, к кому обратиться.
Ирина вырвала из рук Жени трубку:
– Маня, что с Федором Николаевичем?
Ответа не было.
Ирина торопливо набрала номер Люсиной квартиры - Пескишев оставил телефон при отъезде. Однако ни с кем связаться не удалось.
– Боже мой, боже мой, - шептала Ирина, - Федор Николаевич умирает, а мы тут сидим и ничего не делаем. Ну как же это так? Отчего он умирает? Может, что случилось? Надо ехать! Надо немедленно ехать! - взволнованно повторяла она, торопливо расхаживая по комнате.
Женя пыталась успокоить ее, но безуспешно.
– Не может этого быть, - говорила Женя. - Маня все преувеличивает. Подожди, успокойся. Возможно, нам все-таки удастся связаться с нею. Уточним, а тогда решим, что делать.
Но Ирина была непреклонна.
– Вы как хотите, а я немедленно лечу!
Женя и Николай помогли ей собраться и отвезли в аэропорт.
У Люсиной соседки Ирина узнала, что Федор Николаевич действительно тяжело болен и лежит в больнице, состояние его внушает опасения.