Нордшельский отшельник
Шрифт:
Войска разделились на подразделения, маги рассредоточились и заняли места среди лучников и пехоты. Чуть повеселевшие голоса тут и там приветствовали друг друга. На пляж опустилось ложное чувство умиротворения, зажегся фитилек последней надежды в глазах воинов.
Прибывшие хелоны взрастили численность войска в несколько раз.
Король и Фалио обратили взор на горизонт, с тревогой глядя, как огромные черные кучевые облака мчатся в их направление.
— Что же привело вас сюда? — полюбопытствовал Фалио, переводя взгляд на ревущий и клокочущий вулкан вдалеке.
— Одна слишком смелая эльфийка, которая наплевала на приличия, — туманно ответил король, вытаскивая меч из ножен.
Рокот разнесся по воде, он исходил от черных облаков, нависающих над самим морем. Они приближались, и когда до пляжа оставалось немного, жуткий порыв ветра разогнал их, смешивая тьму с непроглядным туманом. На миг воцарилась ужасающая тишина — замер вулкан, ветер, воины прекратили разговоры и движение.
Ужасающий звук рвущейся плоти и электрических разрядов донесся из глубин небес. Красные молнии, золотые нити, горящие ножницы — эльфы не могли описать увиденного, но именно это и происходило. Некогда целое черное небо начало рваться на куски, словно кто-то разрывал ткань, и светящиеся бреши увеличивались, чтобы пропустить в их мир тьму.
В полной темноте невозможно было различить, что происходит. Черные облака, валящий из вулкана дым, вода, неспособная отразить ни единого луча солнца или луны — все смешалось в один непроглядный кошмар. Только порталы подсвечивались, изрыгая из себя поваливших наружу тварей. Порталов были десятки, сотни, но они соединялись между собой, постепенно образуя один большой проход.
Стук. Фалио не понял — был ли это стук его сердца, меча об ножны, или в очередной раз вздрогнула земля. Он лишь понял, что надежды его тщетны.
Лишь только на воду ступила лапища первого монстра, как вода начала густеть, превращаясь под его шагами в мерзкую субстанцию, способную удержать их тела на поверхности воды. Тьма расползалась за ними, также и опережая их движение. Прошел один, второй, десяток превратился в сотню, а сотня — в тысячу. Монстры взревели и загоготали, принимаясь бежать по воде, словно по земле.
Эльфы и хелоны выставили мечи, копья, лучники подняли стрелы. Маги создали несколько зарядов, приготовившись либо лечить, либо атаковать. Хищные птицы приготовились по приказу сняться со своих насиженный мест. Катапульты начали прицеливаться в гущу надвигающихся противников.
Король Гиреа взревел, поднимая их дух, Фалио вторил ему.
— E?LSHARA! — пронеслось над полем боя.
Расстояние между войсками стремительно сокращалось, катапульты не успели выстрелить, как вдруг из-под еще живой воды выросли, как грибы после дождя, корабельные судна.
Два десятка крепчайших военных кораблей заняли свои законные места на поля боя неожиданно для всех. На суднах сновали маленькие хитрые пираты, заряжая ядра и приготовившись поливать скверну огненными зарядами.
— Заряжай!
Воинам дальнего боя пришлось сместить траекторию, чтобы не задеть своих новых союзников, и на первую волну Гемов обрушились залпы огня, стрел, камней. Птицы, перекрикиваясь и поднимаясь в воздух выше стрел и какофонии битвы, слаженным клином ворвались в битву, бомбардируя черную плеть ядовитыми склянками.
Гемы, явно не ожидавшие встретить такой отпор, отпрянули на мгновение, смертельно раненные полегли в пучине темной воды, проваливаясь ко дну. Те, кто сумел быстрее всех добежать до кораблей, были внезапно пойманы и разорваны в пастях голодных гидр.
Хроны одобрительно заулюлюкали, нахваливая своих питомцев.
Вторая волна надвигалась уже осмотрительнее, они не разделились, а взяли курс на корабли. Часть из них сражалась с гидрами, другие пытались проломить прочные судна, чтобы потопить. Самые нетерпеливые забрались на борт, мощными ударами мечей надеясь пришибить хронов, словно тараканов. Они действительно едва ли доходили порождениям тьмы едва ли до пояса, поэтому у маленьких хронов было преимущество в движении. Они быстро уворачивались, ловко орудуя огнем, сталью и канатами. Самые зоркие эльфийские лучники старались помочь, вонзая стрелы в Гемов на кораблях. Пехота тоже рвалась в бой, но Гиреа осадил их — в доспехах не поплаваешь, а у тварей на воде есть преимущество. Гвардейские стражницы дрожали от нетерпения и ярости, сжимая с побелевших руках копья и мечи.
Вулкан задрожал всем своим телом, камни начали опасливо осыпаться, дым утих, и на его место пришли внутренние взрывы.
Птицы, отпустив все свои заряды на толщу врагов, покружили над полем битвы, а затем вернулись к магам и хелонам. Свободные воины быстро пополняли запасы ядов.
Корабельные пушки в очередной раз взревели, давая земле толчок, похожий на вулканический взрыв, и волну врагов снесло, задевая задние ряды.
Хроны и эльфы охраняли каноиров, не подпуская Гемов в трюмы. Это помогало сдержать их натиск и не дойти до основных войск, расположенных на песке.
От звуков битвы нередко закладывало уши, в воздухе витал смог и запах горящего пороха, крови животных, Гемов. Он был похож на горящую плоть, смешанную с протухшими яйцами, так что новобранцев мутило.
Град стрел не прекращался, поливая подбирающихся противников. Маги тоже напряглись, готовясь выпустить заряды, как только твари ступят на песок. Движению без скованности мешали и статуи погибших — и почему Фалио не подумал об этом?
— Пехота, отступаем, — прикрикнул Фалио. — К кромке леса!
Вовремя — каменный великан захрипел, шипя и изрыгая потоки горящего огня. Он очертил поросшие зеленью склоны скал, и она мгновенно увяла под напором лавы. Разгоряченная, испепеляющая все сущее, она подбиралась к пляжу и некогда сгоревшим руинам Гореля.
Воины без промедления отступили, сделав свой строй с лучниками плотнее, и невольно собрались ближе к Хроновой горе, где был простор для сражений. Самые нетерпеливые гвардейцы с мечами устремились к кораблям, которые понемногу теснили к берегу, и вступили в ближний бой по колено к воде. Фалио и Гиреа не остались в стороне, врываясь в гущу битвы. Маги и пехота устремились за ними. Раздался лязг железа, и прорвавшиеся к берегу демоны охотно накинулись на эльфов толпой.
Сыпались удары и огонь, и магия изредка вылечивала появляющиеся раны, повинуясь умелым рукам, управляющим ею.
Несмотря на разницу в численности, содружество хронов и эльфов держало удар. Проблема была лишь в том, что врагам не было конца, а стрелы в колчанах заканчивались. Катапульты тоже были медлительными, а снарядов вокруг становилось все меньше.
Всех окружали воинственные крики, болезненные, испуганные, перемежаясь с выстрелами, ударами, клокотом лавы, ползущей по песку.