Чтение онлайн

Рожер II, как и его отец, с полной терпимостью относился ко всем религиям и исповеданиям, которые существовали на острове. Сарацины могли свободно исповедовать веру в Аллаха и его Пророка в своих мечетях. Христиане, как греко-католического, так и римско-католического вероисповедания, в своих церквях и часовнях регулярно совершали свое богослужение, и если на Востоке между ними всегда существовали ненависть и вражда, то в Сицилии никогда не бывало раздора между ними. Евреи тоже пользовались религиозной свободой и за ту подать, которую они прежде платили сарацинам, а теперь норманнам, имели право совершать свое богослужение в синагогах.

Выдающуюся роль при дворе Рожера играли арабы. Он назначал их на руководящие посты государственной, военной и придворной службы.

Офицер-мусульманин командовал отрядом его телохранителей, и, когда Рожер появлялся публично, в его свите было много сарацин. Некоторые из приближенных к нему лиц, которые не по принуждению, но ради мирских выгод принимали христианство и носили христианские имена, все-таки склонялись к исламу, и это было тайной, известной всем. Многочисленные мечети, которые украшали Палермо отличались великолепием и роскошью. Их полы были покрыты драгоценными коврами. В торжественные ночные праздники лампы из хрусталя и блестящей латуни, свешиваясь с потолка, освещали молитвенные дома.

Мусульмане владели в Палермо целыми обширными кварталами и жили там только своими семьями. Были и рынки, предназначенные только для них. В их праздничный день, в пятницу, как и в другие праздники, им разрешалась хотва, молитва за калифов. В Палермо, как во всех мусульманских землях, были общественные школы, где читали Коран. Недалеко от резиденции располагался город Алькимах, который с окрестными деревнями был населен исключительно сарацинами. Старшины различных арабских родов, рассеянные по острову, пользовали большим уважением и христианские летописцы часто называют их князьями.

Так как население Сицилии состояло большей частью из мусульман, то сарацины составляли контингент того войска, во главе которого король боролся со своими противниками на материке.

Но некоторые из христиан с ненавистью и отвращением смотрели на его постоянные и близкие отношения с мусульманами, и, это навлекло на него много порицаний со стороны историков и даже послужило поводом для других, еще более враждебных о нем суждений. В Бари однажды возник бунт, так как рабочие из мусульман, которые там, по поручению Рожера, занимались возведением крепостных укреплений, в споре между ними и местными жителями убили сына одного почтенного гражданина этого города. За это много рабочих было убито, и стройка должна была остановиться. Но и тогда бешенство жителей Бари не улеглось. Когда впоследствии город был занят войсками папы и императора Лотара, они напали на мусульман и стали их вешать.

Летописец Фалько Беневентский рассказывает, что сарацины войско Рожера почти исключительно состояло из них – производили неслыханные жестокости и неистовства и Рожер, достойный вождь такой армии, совершил по отношению к христианам множество тяжких преступлений. Но, если христианские историки, почти все лица духовного звания, обвиняют мусульман и повелителя Сицилии, то арабские историки, напротив, обвиняют христиан в том, что они относились к сарацинам с бешеной яростью. Истина, конечно, в том, что, как это всегда бывало в спорах и битвах того времени, обе стороны позволяли себе чудовищную жестокость по отношению к врагам.

В 1132 году, когда Рожер II вернулся из Беневента в Салерно, христиане взяли в плен отряд сарацинов. Многие из них пали под ударами христианских мечей. Они отрубили голову у предводителя и понесли ее в Капую. Рожера это крайне разгневало, и он дал клятву отомстить. Но, с другой стороны, рассказывают и о тех опустошениях, которые мусульмане произвели в Монтекассино. Они разрушили дома, срубили деревья, взяли в плен монахов и крестьян, пытали их и продавали в рабство. Далее обвиняют их в том, что они сожгли церкви и канцлер Рожера распорядился превратить монастырь в крепость, монахов разогнать, а сокровища монастыря и священные церковные сосуды отвезти в Сицилию.

Некоторые христианские писатели того времени резко критикуют Рожера за то, что он относился к мусульманам благосклонно и раздавал им наиболее важные должности при дворе и на государственной службе.

Но, если бы мы, опираясь на это, предположили, что мусульмане, при благосклонности к ним норманнского повелителя, находились там в завидном положении, то такая гипотеза нуждалась бы в очень веских доказательствах. Конечно, им жилось там несравненно лучше, чем их единоверцам в христианской Испании или чем евреям во всех европейских странах. Но все-таки время от времени им приходилось страдать от несправедливости со стороны части христианского населения и фанатиков из лиц духовных, которые были неутомимы в своих усилиях заставить властителя Сицилии принимать насильственные и несправедливые меры против исповедников Аллаха. С другой стороны исламская вера, в своей сущности, нетерпима. И, если арабы, во время долгой совместной жизни с христианами, умеряли свою нетерпимость, то все-таки дело не обходилось без столкновений между представителями той и другой религии.

В конце концов мусульмане никогда не были бы довольны тем правительством, которое не задавалось бы целью изгнать с острова всех христиан, а последние ворчали бы на правительство до тех пор, пока оно, если и не сожгло бы всех исповедников Корана на кострах, то, по крайней мере, не выдворило бы их назад в Африку.

У Рожера было две канцелярии – одна для дел мусульман, другая для дел христиан. В первой дела велись на арабском и греческом языках, во второй – на латинском. Но случалось, что в одном и том же документе смешивались несколько языков. Арабские документы помечались годами Геджры и арабскими месяцами, латинские – по христианскому календарю. По примеру мусульманских калифов, Рожер титуловался «достопочтенным и священным королем», а на монетах писалось арабскими буквами «достопочтенный, божию милостию возвышенный король» или «защитник христианства». Так, по-видимому, титуловали его арабы при дворе. Эдриси называет его «достопочтенный король Рожер, вознесенный Богом, сильный божественною добродетелью, король Сицилии, Италии, Ломбардии и Калабрии», «имам франков», «защитник христианской веры». Письменные документы мусульманской канцелярии Рожер по-гречески подписывал так – «Рожер, о Христе благочестивый и могущественный король, защитник христиан».

В XI веке феодальное право в Нормандии уже вполне оформилось. Оттуда Вильгельм Завоеватель принес его в Англию, и почти одновременно то же сделал Рожер в Сицилии. Этот остров перешел к нему от Гюискара на правах ленного владения. Таким образом, Рожер был ленником герцога Апулийского. И все остальное их отношения основывались также на феодальном праве.

Для завоевания земли делились сообразно ленным отношениям. Но, вне этого подчинения герцогу Апулийскому, которое было почти номинальным и практического значения не имело, Рожер держал верховную власть над островом в своих руках и дальнейшая раздача ленных владений зависела лишь от него. Он отдавал сопровождавшим его воинам новозавоеванные земельные участки, за что они должны были признавать его своим сюзереном и приносить ему присягу на верность. Так возникли в Сицилии графства и баронии – первые как феодальный титул первого ранга, последние второго. Сюда же нужно причислить и рыцарей как третий класс благородных людей. Понятно, что повелитель Сицилии не мог давать высших титулов и отличий, пока сам носил титул графа или гроссграфа. Но Рожер II, когда он сам сделался королем, стал назначать герцогов и князей. Таким образом, те герцоги и князья, которые упоминаются в истории Сицилии до ИЗО года, приходили сюда с материка. Но некоторые из них, может быть, происходили из старинных местных родов лонгобардского происхождения, которые оставались здесь и при арабах.

А так как завоевание острова вызвало здесь перемены во всех отношениях, то и состав населения сильно изменился. Очень много арабов, которые не хотели жить под властью христиан, переселилось в Африку, а много жителей материка пришло в Сицилию. Это дало повод графам и баронам давать землю в своих владениях некоторым семьям из других территорий. Новые вассалы подчинялись тогда их законам, платили им подать и находились у них на службе, как это было принято по общим нормам феодального права.

Другим из этих переселенцев давали в ленное владение маленькие земельные участки, за что, конечно, они должны были платить. Так, с самого начала в Сицилии было много разрядов вассалов. Одни из них получили свою собственность от самого сюзерена, другие – от его ленников. Когда лен был получен от самого сюзерена, то это называлось «feudum in capite».

Граф мог раздавать баронии, а барон звание рыцаря, но это уже были вторичные лены. Впрочем, титул барона, который в строгом смысле обозначал вассала второго разряда, применяли и ко всем ленникам вообще.