Чтение онлайн

У прокуроров же из оружия только телефоны и блокноты, выкидывать их из окон офисов или по адресам проживания — одно удовольствие. Это вам не воинскую часть штурмовать.

Поэтому, безусловно, я ролик Навального приветствую и поддерживаю его распространение — хотя он ничего на практике он не изменит. Даже больше скажу — поддерживаю именно потому, что не изменит.

А нам надо сделать свои выводы, и внимательно следить за собственными реформами, в том числе прокуратуры. Потому что если от нее пошел запах ацетона, то дело плохо, надо «резать к чертовой матери, не дожидаясь перитонитов» (с).

Мой учоный коллега, мудрый отшельник, живущий на необитаемом острове — профессор-историк Робинзон Арбузо — поминал на днях кончину Советского Союза. Я тоже хотел бы помянуть покойного, тем более что застал этот «Ленин — кыш, Ленин — мыш, Ленин — тохтамыш» лично.

Когда говорят, что в СССР не было ни бога, ни секса, а был только моральный кодекс коммуниста и атеизм — то это трошки не так. Был и бог, и секс, и они были, как ни странно, взаимосвязаны.

Бог в Союзе назывался Народ, и все в СССР было для Него и Его блага. Причем этот бог был океаном соборным, но не наследовал свойства капель, и на отдельные человеческие монады, составляющие суть и плоть бога, народное благо не распространялось. Более того, ни один человек, взятый отдельно, Народом не являлся. А кто пытался требовать себе божьи права на том основании шо «я тоже народ» — тот запросто становился врагом Народа с далеко идущими последствиями. «От така хуйня, малята» (с) — хлеб оказывается, иногда состоит из молекул говна. И наоборот. Хотя, нам ли удивляться — разве мы не видели, как 450 лучших представителей народа, выбранных голосованием, составляют стаю уебанов в Верховной Раде?

Представлялся этот Народобог примерно как косяк селедки на экране эхолота, когда видно только мутное зеленоватое пятно сворма, без отдельных рыб, а концептуально был ближе всего к Безликому из Браавоса, с его коллекцией чужих лиц и отсутствием собственного.

Причем в этом коммунистическом сатанизме существовало еще и дохуяединство божественных сущностей. Народобог был канонически един, и распространялся на все человечество, но в нем выделялся бог Отец — демиург этого мироустройства, советский Народ. Потом боги Сыновья — братские народы от Венгрии до Анголы, и боги Блудные Сыновья — типа свободолюбивых народов США и прочих стран НАТО. Это позволяло одновременно считать страну Америку врагом, а ее население — другом. Не спрашивайте — как это сочетается с логикой. Никак. На то она и вера.

Патриархи этой веры проповедовали, что если двести пятьдесят миллионов монад, составляющих Народобога, дерутся в очередях за тюлькой, то в целом соборный Народобог сыт, доволен, счастлив, и даже пьян одним бокалом шампанского, показанного по телевизору на Новый Год. А с другой стороны, если двенадцать апостолов накидали шайб канадцам — то победили все монады лично. И далекая от хоккея москвичка — две косички, и узбечка — двадцать пять. А самый маленький якут считает вслух буллиты.

Должен подчеркнуть, что это не просто удачная аналогия, а вся суть народобожества в наготе без трусов. И причастие иерархов «Народ и Партия — едины», и иррационально-необоримая «сила Народная», которую пиздили неоднократно, но она всегда сила, и даже поминание бога всуе среди невоцерковленных прихожан, типа мелкого богохульства: «Ну шо, народ, на троих сообразим?» Объясните, почему Народный артист в СССР был круче Заслуженного? Потому что канонизирован.

***

Но, я так понимаю, про божественное вам, нечестивцы и блудники, не интересно, а интересно про секс. Ладно, про секс — так про секс.

Поскольку коллективный Народобог рождается через то же место, что и все мы, грешные (только в промышленных масштабах), общность советских женщин можно смело определять как соборную Богоматерь для соборного Народобога. А посему рожать женщина должна была безгрешно. Хорошо бы, конечно, вообще девственно, по повестке партийного секретангела Гавриила, но этого не смогли добиться все ученые Советского Союза, включая антропологов, ставивших опыты в сухумском обезьяннике. Поэтому власть, понимая важность секса, старалась свести его к голому функционалу, художественно декорируя письмами Татьяны к Онегину — чтобы болты и гайки из корпуса казенного менеджмента семьи не торчали во все стороны.

Секс в Советском Союзе нужен был для производства монад для бога. Поэтому секс был сакрально-производственный, и ставил своей задачей результат, а не процесс. Как любому производству, ему мешали пьянство на рабочем месте, прогулы, частая смена места работы и халтура на стороне — в общем, разная аморалка. И боролись власти не с сексом, а с безответственным и потребительским к нему отношением.

Коммунизму оргазм не нужен. Коммунизму нужна семья, как ячейка общества и хорошие, здоровые дети, отмеченные в роддоме знаком качества зеленкой на пупочку. Вместо секса коммунисту полагалась любовь — светлая, крепкая и надежная, как белый силикатный кирпич.

И как хороший силикатный кирпич, любовь, инициирующая секс для боготворения Народобога, требовала соблюдения технологии в производстве. Но коммунисты тоже не дураки были, понимали, что запретить любить кого хочется невозможно — историю Монтекки и Капулетти они тоже курили в средней партийной школе. Поэтому конструкторская задача ставилась не «кого и как любить», а «за что любить». Надо намалевать такую икону соборной Народобогоматери, чтобы ее любили не за красивые глаза, а за хорошие производственные показатели.

Очень грамотный ход, работает в обе стороны — будущие мамы, юные Народобогодевы будут разгребать спецовки как на Западе «ла пти роб нуар», а будущие Народобогопроизводители, отслужившие в армии — бегать за ними, задрав хвост и купив галстук в сельмаге.

И задача по написанию дрочибельных икон была поручена мытцям — художникам, писателям и кинематографистам.

***

В разные времена любовь для граждан художественно воплощали в себе Румянцева на роликах, раскатывающая по бензозаправке, Гурченко под новогодней заводской елкой, а еще раньше — фаллическая пушка, кончавшая Любовью Орловой в сторону романтической луны. Буржуйская циркачка, облетев фальшивую капиталистическую Луну из картона и блесток, приземлялась в настоящем, надежном СССР в виде спортсменки общества «Трудовые Резервы» в белом свитере.

И это был серьезный просчет — показывать Народобогородиц, которые совершенно случайно совмещают красоту тела и выработку в шахте не для развлечения (типа двухголового теленка), а как эталонный образец для приблизительного подбора пары.

Люди не верили в то, что такие женщины существуют в реальности. Чем круче рисовали совершенных Мадонн для Народобога, тем больше люди любили их за морщинки в уголках глазх. Не может женщина с внешностью актрисы Серовой давать три нормы на камвольном комбинате.

А тот факт, что к надежной любви люди, обычно, приходят достаточно наебавшись с кем попало по кустам и осознав бессмысленность механического перебора партнеров, в СССР не признавался вообще.

***

Для того чтобы выбирать партнера, учитывая внутреннюю красоту и душевную силу, в реальности требуется таки потратить часть жизни на бессмысленное пыхтение под кустами и последующее спринцевание препаратами серебра. От 18-летней личинки коммунара же требовали выбрать себе пару раз и навсегда, а чтобы он не тянул с выбором — его два года настаивали, как перчик на самогоне, в армии, после чего он женился сразу после дембеля, обычно в плацкарте, по дороге с острова Русский. Через два года супруги продолжали совместную жизнь только из-за очереди на жилье, желая друг другу смерти на следующий день после получения ордера.