Новатерра
Шрифт:
Потом обернулся к жене. Боевая подруга искренне наслаждалась тишиной, безлюдьем и ароматами нехоженого леса.
– Алька, твоя задача - подготовить мясо и рыбу. А в свободное от этой работы время загорай, купайся, резвись, можешь заниматься чем угодно, кроме одного, коѓнечно...
– Тем одним, что ты, дорогой, имеешь в виду, можно заниматься очень даже по-разному, - блудливо улыбаясь, вполголоса произнесла она.
– Правда?! Кто бы мог подумать?! Ладно уж, действуй с выдумкой, себя только не забывай. А мы часика на два отлучимся.
– Попутного вам...
– с виду равнодушно пожелала им Алина и с криком: 'Дэн, куѓпаться!' умчалась к реке.
Изо всей маленькой экспедиции лишь гетѓман понимал, чего стоило ей сохранить внешнее хладнокровие, не увязаться за друзьями, как минимум не расспросить - куда, зачем и для чего конкретно? При том, что Костик не был для Алины посторонним, вполне могла бы истерзать его и мужа в стороне от подчинённых. Видимо, понимала: случилось нечто запредельное, воистину из ряда вон. Что ж, верно понимала. Иной раз, наедине с самим собой, Александр мечѓтал - была б она хоть чуточку поглупее! Но - увы...
Да это ладно! Возвратились они, когда лес уже был плотно окутан быстро сгущавшимися сумерками. Настроение обоих было приподнятым, если не сказать - радостным. Действительность превзошла самые смеѓлые ожидания, просто повергла в шок. Господь послал столько счасѓтья сразу, что и за год не перетаскать!
У самой опушки высились два небольѓших брезентовых шатра. Примерно по центру крохотного эллипса поляны в аккуратной выемке индейским вигвамом были уложены поленья, сдобренные корой ольхи, мелким тёсом и высохшей травой. Над всей конструкцией возвышался таганок с крюком, а по краям углубления торчали металлические стойки под шампуры. Гетманский телохранитель, напевая что-то очень молодецки-развесёлое, скрёб ножом мелкую рыбёшку, а рядом с ним в ведре лежали на дубоѓвых листьях две тушки выпотрошенной, очищенной от чешуи белорыбицы и горка плотвы. Алины не было, однако с пляжа доносились визг и собачий брёх, по коим гетман без труда определил: все, слава Богу, живы и здоровы!
– Лёха, - Константин с деланным укором поглядел на бодигарда, - что ж ты делаешь, а? Зачем ершей-то чистить? Рыбёшка эта сорная, толку с нее - один навар. Выпотрошил, замотал в марѓлю, минут на несколько в кипяток опустил и - долой!
– А марлю где взять?
– пожал плечами курсант.
– У генерального дозорного, - самодовольно напыжился Елизаров, доставая оную из кармана брюк.
– Что бы вы, салаги, без меня делали?! Полсхрона партизанского... э-э, ну, пол... понятно, облазал, пока её нашел.
– Не терзай парня попусту, - вступился за Алексея гетѓман.
– И за базаром следи!.. Лёха, не считая ершей, ты всё сделал правильно, молоток!
– Служу Отечеству!
– вытянулся полуголый рында.
– Вдвойне одобряю, - без тени иронии ответил гетман.
– Так держать!
Сам он держал в руках прихваченную с базы Господа-Генштаба картонную коробку размером с малогабаритный кейс и думал, как бы половчее довезти её до дома. Так, чтобы Алина не заметила. В удобѓной ситуации пусть будет ей сюрпризом. И, вероятно, 'подзащитной' Алёнке... С Костика, после детального осмотра содержимого похожей ёмкости, он уже взял страшную клятву молчать как ёрш. А потому продолжил, обращаясь к телохранителю:
– Так, дружище, забирайте с Рязанцем половину пайки и топайте... ну, Славка покажет, куда. Там, на месте, ожидает ещё один казак, будете трёхсменным круглосуточным постом по охраѓне важнейшего военного объекта. И помни о том, что я тебе третьего дня говорил насчёт языка. Чтоб рот был на замке!
– Так точно!
– выпалил Савельев и замялся.
– Тольѓко... это... а как же вы?
– Одни и без охраны?!
– расхохотался Константин.
– Ты что же, думаешь, полковник ВДВ, войсковой старшина МВД, хорунжий таможни и здоровенный пёс испугаются татей в нощи?! Ну, братец, ты даѓешь!
Молодые люди быстро откланялись, Костик взялся разводить костёр, а гетман, от греха подальше сунув короб в шатёр генерального дозорного, развесил на кустах буро-зелёный камуфляж и побежал к реке. Дэн, жалобно поскуливая, развалился на песке, видимо, получил категоѓричный приказ хозяйки, а та плескалась в тёплой даже на вид спокойной воде. Александр поневоле залюбовался феерической картиной: на фоне чёрной громады леса будто сказочная русалка легко скольѓзила по простору водной глади, переливаясь искрящейся чешуёй в отблесках ночного светила. Он с разбегу бросился в реку, нырнул и, затаив дыхание, проплыл метров двадцать. Совсем рядом показалась гоѓлова Алины.
– Какой класс! Я не выйду на берег!
– Что ж, твои проблемы. Мы с Костиком пожрём все запасы.
– Фу-у, вашество, какая проза! Наблюдали когда-нибудь, как прогрессивные слои общества топят реакционных гетманов? Нет? Так наблюдайте!
– Гетман бессмертен, - в очередной раз глупо и неизвестно поѓчему для самого себя брякнул Александр, но тут же завопил, когда супруга вдруг повисла на его плечах.
– А-а-а! Маманя! Лёлик! Сниѓмите себя отсюда! Я отдам вашу колбасу! Пф-ф!!!...
Они дурачились еще минут пятнадцать, а после, обнявшись, возвратиѓлись на лужайку. Всё неуёмное любопытство Алины выплеснулось на мужа в одном кратком вопросе:
– Удачно?
– Искупались? Просто, как ты выражаешься, класс!
– Пошёл ты..!
– Вместе пойдём, - усмехнулся Александр, подхватывая её на руѓки, и торжественным голосом продекламировал:
За руки взявшись, шагать нам рядом повсюду,
Правда, на крыльях тревог я уноситься буду,
И ты подумаешь - я забыл улыбку твою колдовскую...
Кто уезжает - увозит сердечные муки.
Храни же тоску пути и разлуки,
Умножь её, вновь тоскуя!
Алина прильнула к его плечу.
– Ничего себе! Сам, что ли..?
– Сам я - казачина бестолковый. А расстарался с этой виршей, если мне не изменяет память прошлой жизни, латиноамериканский мужик Рубен Дарио.
– Поэзия народов мира - любимый досуг бестолковых гетманов. Дожили! А ещё можешь?
– Бестолковый гетман может всё. Внемли и записывай!
Ты устал воевать
за чужие идеи,
Рисковать и страдать,
ничего не имея.
Но теперь у тебя
есть другие задачи -
Ты решил записаться
в солдаты удачи!
– Получилось?
– чуть слышно спросила затаившая дыхание Алина.
– С удачей?
– Более чем, моя сладкая, - серьёзно ответил гетман.