Новатерра
Шрифт:
– Ой, кто здесь?!
– воскликнул он.
– Дед Пихто! Чего орёшь, как потерпевший? Наберут в гетманы по объявлению в газете 'Гудок', а потом мучаются с ними, как с полиартритом...
– Ах, это ты, ангелочек! Ну, здравствуй, дорогой!
– Сам ты здравствуй!
– Спасибо, так и сделаю... Слушай, что происходит с нашим миром?
– С вашим... С вашим - ничего из ряда вон: глобализация экономики, загрязнение окружающей среды, коррупция, хищническое разграбление природных ресурсов, войны, социальная пропасть между богатыми и бедными, повальное жульничество, утрата нравственных ориентиров, поклонение ложным кумирам, твой любимый 'Зенит' снова без медалей. Как обычно.
– А с Миром как Вселенной?
– Да тоже ничего особенного. Отсутствие гармонии, непредсказуемость Будущего, хаос, дамоклов меч над каждой из галактик, равно как и над каждым из живых существ...
– Значит, другие, непохожие на нас, живые существа тоже... хм, существуют?!
– Непохожие на нас!
– передразнил ангел-хранитель.
– Глядите на него, венец творения! Это вы - непохожие на остальных. Такие дураки, что поискать ещё!
– А в ухо?!
– А попробуй, гы-гы-гы! Это тебе не гостей с Кавказа пугать! Как там твоя сказала: за честь дамы бросается в бой очертя голову... Было бы что очерчя... очертять!
– Моя сказала... За это - отдельное спасибо!
– Понравилась, гы-гы?
– Понравилась. Давно понравилась.
– Давно, это уж точно, - вздохнул ангел.
– Так что всё-таки происходит?!
– Да отстань ты! Сами пока не можем разобраться. Как-то всё не так пошло... Может, оно и к лучшему. Для остальных. Для вас же... Короче, что смогли мы, то для вас - всех троих - сделали, а там уж... Пользуйтесь моментом. Всё, пока!
– Подожди, ангелочек! Подожди... Для троих... А кто третий?
– Ох, Господи, ты Бог же мой! Я, конечно, понимаю, что десантники - народ ущербный по определению. Лишний удар о твердь земную ума не прибавляет, а совсем наоборот. Но не до такой же степени!
– А-а, теперь понял!
– воскликнул Александр.
Хотя, по совести сказать, не понял ничегошеньки. Кто этот третий? Богачёв? Таинственные петербуржцы? Ремонтник Андреец? Может, Алёнушка? Да бред собачий!
– Я промолчу, - сыронизировал ангел. Явно понял, что комбат лукавит насчёт понимания.
– И кого мне благодарить за милость?
– Нет, точно - дурак дураком! Говорил я Хозяину... Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!
– А, ну да, понял! Завтра в храм схожу, поставлю свечку.
– Зачем откладывать на завтра? Кто знает, когда оно наступит и наступит ли вообще? Поставь сегодня! Вернее, вставь. Подсказать, кому, какую свечку и в какое место, или сам догадаешься, гы-гы? В целях профилактики геморроя.
– Ну и язычок у тебя!
– Какой есть. Некоторым гетманам даже нравится.
– Гетманам, говоришь... Значит, и мне понравится.
– Да уж надо полагать!
– Понравится, если чересчур наглеть не будешь! И подслушивать, о чём мы с Алиной говорим, хм, в интимной обстановке.
– Да, по дороге в туалет!
– нахальный ангел аж зашёлся лающим хохотом.
– Ладно, не обижайся. Хочешь, в качестве компенсации морального ущерба открою тебе пару сокровенных тайн?
– А кто ж не хочет!
Александр аж зажмурился, предчувствуя что-нибудь вроде 'она полюбила тебя с первого взгляда и на всю оставшуюся жизнь' или 'врата в Шамбалу - под бочкой с дизтопливом, бокс номер 13 в гаражном кооперативе 'Ночной отстой'...
– Договорились. Внемли, сын мой! Во-первых, твоя супружница припрятала сотку баков между 54-й и 55-й страницами второго тома Пушкина. И давно о ней забыла. Но это, по большому счёту, мелочь. А вот во-вторых - запомни, это очень важно!
– папа Гитлера был евреем. Доволен?
– Ещё как!
– чуть не расхохотался комбат.
– Впрочем, и впрямь спасибо. Стольник пригодится, а то у меня осталось... От души жму твою братскую лапу! Или что у тебя там вместо человеческой конечности? На кого ты вообще похож?
– На Шамиля Басаева, гы-гы! Каким бы ты хотел меня видеть?
– Ну, прямо и не знаю... Во всяком случае, не в образе Бориса Моисеева.
– Странно! Боря хорошенький... Ладно, договорились, идя навстречу пожеланиям трудящихся - товарищ Троцкий Лев Давидович, он же Лейба Бронштейн!
– Тьфу на тебя, барбос!
– вырвалось тут у Александра.
Почему именно 'барбос', комбат не понял сам. Может быть, потому, что голос ангельский во многом походил на лай.
– Что, опять не слава Тебе, Хозяин? Кем же мне предстать? Впрочем, ты и сам прочувствовал - вы, люди, это умеете. В отличие от всех остальных мыслящих существ. Внимание, закрой глаза! Раз... два... встречайте!
По мере того, как кромешный мрак перед глазами Александра постепенно светлел, губы растягивались в улыбке умиления. Щенок! Крохотный, месяца три-четыре, ну, от силы полугодовалый, палевый щеночек-спаниель с длинными, в завитках, ушами, беспокойным носиком и плюшевой мордахой - мягкая игрушка.
– Класс! Ты великолепен! Никаких больше образов не предлагай, даже Ирины Хакамады.
– Жаль. Кстати, не горячись, подумай. Хозяин с нею, с Хакамадой, но есть Немцов, Явлинский, а также эксклюзивный вариант, причём со скидкой, - Егор Тимурович Гайдар. Можем Бурбулиса, можем Чубайса, даже Джорджа Буша-младшего изобразить, за ваши денежки - любой каприз. Ладно, полковник... в смысле, майор, пора мне. Рад, что пришёлся тебе по душе. Ты мне тоже нравишься, хотя, на мой взгляд, с длиной ушей у тебя не того немного... Подкачали ушки! Ну да ничего, какие твои годы, отрастут ещё. Бывай здоров, не кашляй! Принимай гостей как должно. Да и какие они тебе гости?! И свечку не забудь воткнуть - с геморроем шутки плохи!
– Да уж не забуду. Ты ещё придёшь, ушастый?
– Как будет на то воля Хозяина. Лично я - не против.
– Я - тоже. Спасибо! Буду ждать!..
– А ждать и не нужно, я уже тут!
– раздался за спиной голос Алины.
– Прости, что задержалась, Аль... Аль! Что с тобой?!
– А что со мной?!
– встряхнулся Александр, сбрасывая ангельское наваждение.
– У тебя глаза были зелёными с просинью, а сейчас - чернее ночи!