Чтение онлайн

В мыслях это выглядело куда как проще. На самом же деле я перешагивала одну ступеньку, замирала на минуту, потом переходила на вторую. Когда вспомнила главную фразу для тех, кто боится высоты, «не смотри вниз», я что сделала? Правильно, посмотрела. Отшатнулась, нога провалилась в пустоту, в голове мелькнуло понимание… С коротким визгом я повисла в воздухе. Поняла, что нет чувства падения, но что-то меня душит. Приоткрыла один глаз, вскинув руку к шее. Мужчина крепко держал меня за воротник платья, укоризненно качая головой. Поставил обратно на лестницу, но на этот раз перед собой, пока я пыталась отдышаться. Показал рукой вперёд. Я кивнула, потирая шею, сделала ещё два неуверенных шага. Потом плюнула на гордость и опустилась на карачки, крепко вцепившись в ступеньки. Я хоть опору перед собой теперь ощущаю! А что он там обо мне думает, да какая разница, лишь бы мне было не так страшно. Так мы и продолжили путь, и уже значительно быстрее.

Оказавшись наверху, в светлом коридоре и с широкими окнами, я облегчённо выдохнула. Меня подпихнули к одной из дверей, за которой оказалась грязная кухня. Усадили на жёсткий шатающийся стул. Снаружи послышались тяжёлые быстрые шаги, резко распахнулась дверь, с силой ударившись о стену. И зашёл худой, щуплый мужчина, в грязных и оборванных вещах, с сальными волосами и непонятной чёрной полосой по щеке, словно от золы. Но это было не страшно. А испугали меня его глаза. Точнее, их безумный блеск. И такой я уже видела у того легара, который пытался меня убить в лавке.

— Ты сделаешь мне зелье, — хрипло произнёс он, постоянно сжимая и разжимая кулаки. — То же самое, которое мне продавали в лавке до тебя, — он сплюнул на пол и замолчал.

Я тоже молчала. Ну откуда мне знать, какое ему там делали? Говорить, что не умею, не рискнула: за спиной стоял тихий амбал, который явно способен лёгким поглаживанием по горлу снести мне голову. И что же мне делать теперь?

Молчание затягивалось. Напряжение усиливалось.

— К… какое? — слегка запнулась, но всё же смогла с собой совладать и вжала голову в плечи. Чисто на всякий случай.

— Для попадания в лучший мир, — отрывисто пояснил он и снова замолчал. Я задумалась. В голову приходил только крысиный яд. Ну или о каком лучшем мире речь?

Пару раз я открывала рот и снова его закрывала, пытаясь сформулировать начало фразы так, чтобы не пострадать моментально. «Извините» и «но» пришлось откинуть сразу же.

— Бывшая владелица лавки не оставила запасов и рецептов, — всё же медленно проговорила, тщательно отслеживая реакцию мужчины. Тот даже не поморщился.

— Это не мои проблемы.

— Пожалуйста, объясните подробней, какой эффект должно иметь зелье? — осторожно поинтересовалась.

— Показать мне другой мир. Яркие краски.

Я покивала. Стало понятней, ему не хватает галлюцинаций. Вот только я таким заниматься не хочу. Интересно, если ему просто сварить компот, прокатит? Ну там на самовнушении может. Или на переборе сахара. Или…

Да кого я обманываю! Ничему это не поможет. Зато можно потянуть время, в надежде на чудо.

Я ещё раз окинула мужчину взглядом. Он застыл, взгляд устремился куда-то в пустоту. Замер, перестал шевелиться, и я заметила, как сильно дрожат его руки и ноги. Под глазами залегли огромные синяки, кожа была желтоватой. А свет был достаточно холодным, чтобы понимать, что это не корявое освещение. Уже проблемы с почками? Ему бы целителя, а не зелье.

Но говорить что-то по этому поводу я точно не решусь. В конце концов, жизнь мне ещё дорога как память, и эту память хотелось бы сохранить на подольше.

— Я смогу такое приготовить, но должна остаться одна, — откашлявшись, объявила я громко. Мужчина вздрогнул, взгляд на секунду стал осмысленным, кулаки снова стали сжиматься и разжиматься. — С такой магией присутствие лишних людей в комнате может иметь не те последствия в зелье, которые ожидаются, — размыто пояснила, чтобы не решил своего амбала оставить.

— Когда будет готово? — отрывисто спросил он и закашлялся. Кровью. Меня затошнило, захотелось немедленно помыться с мылом раз двадцать и срочно бежать в клинику, вот только клиники здесь не было. Как и денег на целителя. И возможности куда-то пойти тоже, если уж совсем себя добить.

Сделала аккуратно пару шагов назад. Упёрлась во что-то мягкое. Слегка повернув голову, поняла, что в раба-амбала. Тут же отступила в сторонку.

— Ингредиенты для зелья я уже выяснил и достал, они там, — указал он рукой на один из узких облупившихся шкафов. — Сбежать не пытайся, окна и дверь под заклинанием, — предупредил меня мужчина и с трудом поднялся. Пошатываясь и врезавшись в косяк двери, но даже не заметив этого, вышел из кухни. За ним последовал амбал. Дверь с грохотом захлопнулась.

Затравленно оглянувшись, я бросилась к рукомойнику, тщательно натирая руки и лицо зольной водой, стоящей рядом вместо мыла. Затем к окну, но оно не поддавалось. Потянула на себя дверь на задний двор и… Отлетела от резкого удара, словно разряд молнии, сшибая по пути горшки и тарелки, в беспорядке брошенные на столе. Перелетев через столешницу, врезалась в стену и рухнула на пол с неприятным хрустом. Резкая боль пронзила всё тело, начиная от ступни, словно загнали в ногу толстую длинную иглу. В глазах потемнело. Дыхание перехватило. Накатила тошнота и головокружение, и я замерла, пережидая этот момент слабости. Часто задышала, с трудом расслышав из-за двери холодное: «я же предупреждал». Рана на голове снова кровоточила, оставляя отвратительные красные капли на тёмном липком полу.

Чуть отдышавшись, я вытерла проступившие слёзы и попыталась встать, но нога не слушалась. Рука подвернулась от вновь пронзившей боли, и я упала, сбив до крови локоть. Хотелось завалиться на этот пол и разрыдаться от жалости к себе, но… Жалеть себя я разучилась уже давно. А пол был слишком грязный, чтобы на нём лежать.

Мечтать о том, чтобы найти и приложить что-то холодное даже не приходилось. Крепко сжав зубы, часто дыша, я подтянулась поближе к столу. Схватилась за его ножку, наваливаясь всем телом и вновь пытаясь подняться. Пострадавшую ногу предусмотрительно не нагружала, просто подтягивая за собой. Тихий стон боли невольно вырвался, когда я уже практически выпрямилась, и я упала грудью на стол, стараясь удержать себя в вертикальном положении.

Отдышавшись, снова упёрлась руками в столешницу, грязную, покрытую остатками какой-то еды и прилипшими крошками. Брезгливость пришлось перебороть, без поверхности я пока никуда не допрыгаю. А прыгать было надо. Сначала хотелось просто создать какую-то видимость занятости, но сейчас пришлось задуматься. Варить зелье? Так я не умею. Даже с тем учётом, что он приготовил все нужные ингредиенты, всё равно у меня не получится то, что требуется. А надежды на чудо у меня уже не осталось.

С трудом, но я добралась до чего-то, похожего на печь. Судя по стоящим на поверхности чугункам, заляпанных жиром и нагаром, готовить надо здесь. Но как это разжигать?

Прыгать на одной ноге не получилось — каждый прыжок отдавался дикой болью. То и дело кружилась голова и приходилось цепляться за мебель, чтобы не упасть. Кровь из раны продолжала капать, но приложить было нечего. Все тряпки на кухне выглядели так, словно использоваться начали ещё при постройке дома, и ни разу не стирались. Честно говоря, в подобных условиях страшно даже компот готовить — отравление получить проще простого. Я, конечно, хотела бы выбраться, но пока всё же не таким радикальным способом.