Чтение онлайн

– Правильные вещи глаголете, мистер Поттер, - мерзко хихикнул гоблин, - в принципе так оно и должно быть. В идеале. Когда ты продаешь быдлу дешевые бусы, а для них это алмаз.

– Вот оно как...
– прищурившись, промолвил я.

– Не волнуйтесь, это дело грядущих веков, - успокаивающе похлопал меня по плечу Грабодрогг. Стоило больших усилий, не дернутся в отвращении.
– Вы ещё сможете насладиться плодами победы, хорошими винами и сладостью власти.

– А внуки?

– Оставьте дела внуков внукам, - отрезал гоблин и, помолчав, подвел черту: - Считаю, мы все обсудили, и для начала хватит. Помните, вы полностью под нашим колпаком. Думаете, мы не знали о ваших милых приготовлениях?
– и Грабодрогг медленно, с презрительной ленцой перечислил все схроны, так старательно подготавливаемые мной.
– Никогда одна личность не потягается с организацией, помните об этом. Даже Темному Лорду нужна армия. Вот вам на первое время, - на стол звякнул объемистый кожаный мешочек, полный золота.
– А теперь - идите. И будьте готовы. Всегда.

– Буду, не сомневайтесь, - еле сдерживая глухое раздражение, я рывком поднялся, схватил кошель и стремительным шагом покинул таверну. Злость распирала грудь. С одной стороны, хотелось плюнуть на все, и начать крушить во все стороны, с другой - упасть в угол, свернувшись в комочек и тихонько скулить. Добегался. Допрыгался. И теперь я вынужден быть самым худшим из всех предателей. Предателем не страны и не государства. Не данного слова, или эфемерной идеи нации или прочих выдуманных людских предрассудков. А предателем человеческого рода, в угоду интересам иной расы. И покончить с собой не смогу, знаю - духу не хватит.

Я вышел на улицу, и вдохнул свежего деревенского воздуха. Разум был как в тумане, грудь сдавило, и я не глядя под ноги, побрел к Гермионе. Все, что хотелось - завалится спать, и не проснутся. Эх, Северус, а ты-то, почему продался?

Гермиона выскочила навстречу, взъерошенная и изнервничавшаяся, и замерла, увидев мое состояние.

– Гарри?

– Все плохо Миона, все очень плохо...
– прошептал я одними губами, и свалился в траву, прямо под ноги девушке. Сердце перестало биться, грудь, словно сжало стальными тисками, в голове разлили раскаленный чугун. Я судорожно вздохнул, и вытащил нагревшийся пергамент из кармана.

'Не расслабляйтесь', - гласила издевательская надпись.

– Гарри, так что же вчера произошло, ты так толком и не рассказал?
– настойчиво прошептала Гермиона в самое ухо. Мы обедали в Большом зале, отсидев Трансфигурацию и неприятнейшие часы сдвоенного зельеварения. Я непрерывно буравил взглядом Снейпа, но тот словно и не замечал, но лишь один раз позволил себе улыбочку с превосходством, выдавшую его с головой. А под конец урока бросил: - Поттер, отработка сегодня, в шесть.

– Все плохо, Миона, - повторил я вчерашние слова. Иногда любознательность и навязчивость подруги немерено раздражали.

– Ритуал не помог?
– испуганно спросила Грэйндер.

– Не помог это мягко сказано, - с чувством проговорил я. И добавил: - Его словно вообще и не было. Я... я на поводке у них, и ничегошеньки рассказать не в силах, что самое ужасное.

– Как я тебя понимаю... знаю, то чувство, когда тянущий камень тяготит душу, и не можешь поведать никому ни малейших подробностей.

– Не понимаешь!
– злостно сжав кулаки, я ударил по столу.
– Они могут заставить меня выполнить ВСЕ, что угодно, сечешь? Абсолютно!

Гермиона нешуточно побледнела. Глаза заморгали часто-часто, а притихший голос, чуть дрогнув, уточнил:

– Может, есть какой-то способ? ..

– Да никакого! Эти сволочные, проклятые маленькие гниды посадили меня на цепь с самого начала! Я - собачка на привязи! И, что самое смешное, ни ты, ни я, не можем ни к кому обратится за помощью. Просто блеск!

Гермиона положила мне руку на плечо, и крепко сжала. Слова тут были излишни.

– Что собираешься делать?
– несколько минут спустя, все же прервала молчание Грэйнджер.

– Отправлюсь в библиотеку, - вздохнул я.
– Очень хочется ознакомиться с этими сволочами поближе.

– Ну, может не стоит так, - с укором взглянула на меня Гермиона, - все же гоблины столько выстрадали. Эта раса все же заслуживает на лучшее, и...

– Ты издеваешься, что ли?!
– чуть не завопил я на весь зал, а опомнившись, прикрутил звук, и добавил шипением василиска: - Твоего друга держат за домовика, даже хуже! И ты их продолжаешь защищать?!

– Ну да, я погорячилась, - проблеяла, опустив взор Гермиона, -, но все же...

– Никаких все-же, - категорично перебил я.
– Ты... вообще поехавшая скажи? Или упертая настолько?! С Человеком, существом ТВОЕЙ расы такое сотворили! Иди ты... в Г. А.В.Н.Э!!!

И рывком допив вишневый компот, вскакиваю из-за стола, удаляясь. Даже видеть её не хочу, в одном месте сидит уже! 'Войди в их положение', - мысленно передразнил я. Может ещё породниться?! И отдать им пол Земли в придачу?! Бедненькие гоблинцы же!

Успокоился я лишь получасом опосля, когда обложившись множеством фолиантов, выторгованных у строгой миссис Пинс, углубился в историю.

А почитать было о чем:

Гоблины оказались вовсе не такими святыми, как о них принято думать, или как они пытались преподнести. Однако и чародеи не были чистенькими. Начать стоит того, что последнее 'восстание' произошло с банального предательства, когда Гринготс отказался давать ссуду терпевшему финансовый крах тогдашнему Министерству магии. По одному из пунктов последнего договора о безоговорочной капитуляции, гоблины обязаны, вплоть до собственного разорения предоставлять не более чем трехпроцентные ссуды, на срок не менее десяти лет. Подобная кабальная система, мягко говоря, не ужилась, продержавшись каких-то полвека. И когда два десятка мракоборцев прибыли требовать 'законную' ссуду, их ожидал жаркий прием. Из людей не ушел никто.

Гринготс, после налета недорослики отстраивали с нуля за собственный счет, параллельно возмещая вкладчикам ущерб, причиненный задержкой. Правда о кабальном договоре все же забыли, заменив множеством других неудобств, но больше не пытаясь столь нагло залезть в святая святых гоблинов - кошелек.

Узнавая все больше, напрашивался вывод: гоблины - до тупости меркантильные существа. Ставя материальные блага превыше всего, они жертвовали не только семейными или дружескими узами, а ещё и деградировавшей напрочь магией, бывшую ранее уникальной и могучей, а нынче опустившейся до уровня разработки сугубо безделушек и артефактов.

Феномен под названием 'семья' у гоблинов отсутствовал напрочь. Маленьких уродцев с самого рождения сдавали в специальные воспитательные учреждения, где и готовили подрастающих счетоводов или ювелиров. Даже слово 'друг', в языке гоблинов отсутствовало как таковое. Понятию 'дружба' было дано ближайшее по смыслу определение, означавшие 'взаимовыгодные отношения без конфликтующих интересов'.

Жили гоблины приблизительно сотню лет, за одним небольшим исключением. Один древний и грязный ритуал Крови все же прошел сквозь века и через пелену затменья. Отдача жизненных лет. Время, как самый ценный невосстанавливающийся ресурс, ценился гоблинами чуть ли не больше золота. И ничего зазорного не было в том, что бы продать год жизни молодому гоблину ради свадьбы или кредита, или пятерку для вложения в крупный бизнес. Разбогатеют - накупят с лихвой. Таким образом, самые успешные доживали до трехсот лет и более, а неудачники отсеивались уже на пятом десятке. Финансовая успешность, возведенная в самоцель - вот смысл существования меркантильных ублюдков. И стало понятно, что главная причина жажды власти у гоблинов - открывающиеся перспективы предстоящих выгод.