Чтение онлайн

Но и за нормальную цену можно купить что угодно.

Чтобы застраховаться от явных проколов, вы можете легко выяснить уровень продавца. Молча и уверенно взяв в руки любой саженец, надо внимательно, но обязательно скептически осмотреть корни и лозу, срезать острым ножом корешок и кусочек коры и оценить свежесть срезов. Затем, нацепив физиономию неподкупного следователя, со знанием дела поинтересоваться, что это за сорт – какого срока созревания, какого цвета и вкусовых качеств, какова устойчивость к болезням в баллах; на каком подвое он привит; как этот сорт ведет себя в нашем районе; наконец, откуда (а лучше – у кого!) взята лоза, кто произвел саженцы и где можно осмотреть коллекцию.

Если вы говорите с коллекционером и знатоком, он без смущения, четко ответит на все вопросы и даст вам визитку, чтобы вы могли приехать на просмотр. Если же продавец реагирует на ваш допрос как-то иначе – виляет, недоговаривает, возмущается, давит на совесть – вы можете быть уверены, что купите надежное «неизвестно что». На Кубани это, скорее всего, Изабелла или Молдова: проще размножить то, чего больше всего в садах.

Кстати, часто южане везут саженцы в более северные районы – чтобы продать их дороже. Обязательно узнавайте, откуда саженцы! Если из более южных мест – они менее зимостойки, скорее всего заражены филлоксерой, и брать их можно только с определенными целями или будучи уверенным в своей агротехнике.

Итак, вы легко можете выяснить уровень продавца… если вы сами знаток сортов! Но вы не знаете, о чем спрашивать, или «стесняетесь обидеть продавца недоверием». Иначе говоря, дорогой мой покупатель, вы с абсолютной определенностью не знаете, что покупаете!

Значит, когда вы думаете, что вас обманули, вы явно лукавите. Вы обманули сами себя. Не позаботившись точно знать о товаре, вы отдали деньги и остались довольны. Продавец удовлетворил ваше желание – продал вам неважно что. И он тоже доволен. Сделка совершилась по обоюдному согласию. Посему – через три года, все же обнаружив, что сорт не тот, не ропщите, а вспомните: «Бачили очи, що купували». И то сказать, подмена обнаружилась только потому, что из пяти разных саженцев выросло одно и то же. Так ли уж нужны вам были «хорошие» сорта, если вы в них не разобрались?..

Где же реально купить нужный сорт? Только у виноградарей, занимающихся разведением винограда многие годы. Гораздо лучше, если саженцы они выращивают только из собственной лозы: при работе с чужой лозой вероятность пересортицы возрастает на порядок. И желательно знать их лично. С этим проблем не возникает: как правило, все они – общительные люди, с удовольствием все показывают и рассказывают. Их цель – порадовать людей, заявить о себе, сделать так, чтобы вы рассказали о них всем своим знакомым. Они ценят и берегут свое доброе имя. Это совершенно другой, разумный подход к рынку – честный обмен с избытком: вдобавок к саженцам вы получите какие-то знания, ответы на свои вопросы, и шансы вырастить хороший куст увеличатся.

По интересам и стимулам виноградарей-любителей можно разделить на дачников, коллекционеров и коммерсантов.

Дачники – их подавляющее большинство – хотят без особых хлопот выращивать вкусный виноград для себя, чтобы наесться вволю и вина наделать. Виноград для них – не более, чем украшение жизни. Освоив самые основные приемы ухода, прочее они возлагают на сорт. Глубоким изучением виноградарства не страдают. Отношу себя несомненно к их числу, и если дотошно изучаю наш виноград, то только для того, чтобы другим не пришлось этого делать!

Коллекционеры, или знатоки, – это фанаты винограда. Их статус – знание разных сортов. Смысл – поиск совершенства. Самое сильное удовольствие – увидеть в своей коллекции, а потом и оценить очередной гибрид. За пару почек крутой новинки они готовы отдать месячную пенсию. Высший кайф знатока – возможность сказать о любом сорте, когда-либо фигурировавшем в каталогах: «Да, знаю, был у меня – ничего особенного…» Особый кайф – упомянуть вскользь о сверхдефицитной, только что вышедшей новинке: «Да, у меня уже два года…» У завзятого знатока каждый год – десяток новых форм. Три-четыре года он их испытывает – чтобы потом выбросить почти все. Но те единичные, что останутся – кандидаты на звание «супер»!

Именно знатоки ездят по стране, везут, выписывают, посылают, обмениваются сортами. Именно благодаря их любопытству в Сибири появляются сорта Новочеркасска, в России – сорта Украины и Прибалтики, и виноград распространяется по всему континенту.

Коммерсанты, или мастера, – это профессионалы, продающие и урожай, и саженцы, причем в основном оптом. Выбор сортов здесь – вершина рыночной конъюнктуры, агротехника – верх мастерства. Не просто кисти – а по 3 кг, и чтоб ягоды – грамм в грамм; не просто саженцы – а чтоб их лоза созрела уже в конце августа! Главное для мастера – все-таки доход. Он может не отвлекаться на огород и другие культуры: продав 2–3 центнера товарного винограда, затаривается всем, чем надо, на всю зиму.

Мы, наивные, любим глазами. Для рынка главное – крупность, выровненность ягод и красота, а вкус не так уж важен. При равных качествах сорт, созревающий на три дня раньше, ценится на голову выше – поскольку определяет, к кому раньше приедут покупатели-оптовики. Отсюда – постоянный интерес к новинкам, а часто и своя селекционная работа. Именно с легкой руки мастеров некоторые сорта получили красивые любительские названия. Именно мастера раскручивают, вводят в моду и реализуют суперновинки. Они – носители эталонной агротехники и массовые производители саженцев востребованных сортов – и новых, и уже проверенных.

Конечно, чаще всего встречаются смешанные типы. Дачники, увлекшись, постепенно прорастают либо в коллекционеров, либо в коммерсантов. Знатоки обычно продают урожай и немного саженцев. Большинство коммерсантов испытывают новинки, хотя в основном с точки зрения рыночного спроса. Но, в общем, каждый занимает свою нишу.

Жизнь знатоков и мастеров – удивительный сплав профессионального содружества и конкуренции, взаимопомощи и столкновения мнений. Здесь постоянно идет отбор на честность, знания, опыт и дальновидность. А рядом так же непросто живут и работают ученые-виноградари. Благодаря их сортам, их наработкам и существует, и бурлит все это виноградное разнообразие. Но перестроечный развал отрасли создал уникальную, парадоксальную ситуацию: рынок столовых сортов стал у нас любительским! Любители с утроенной активностью занялись испытанием, распространением сортов и даже селекцией. Новые гибридные формы ценятся на порядок выше надежных сортов. Ученые также вынуждены вливаться в этот рыночный водоворот. Обладая более трезвым взглядом, большими знаниями и данными испытаний, они сейчас не в состоянии влиять на рыночную ситуацию, и уповают только на время, которое все расставит по местам.

И только посредники – оптовые покупатели, перекупщики – могут позволить себе разбираться в сортах не лучше, чем разбираются их покупатели!

Это я все о том, что наш рынок – непростое испытание для дачников.

Пересортица – лишь одна его сторона. Есть и другая: разница между рекламой и действительностью. И главное, на что мы ловимся и ловились всегда и во всем – это внешняя красота и величина!

Как-то Таня, моя жена, пришла из фотоателье с квадратными глазами. Она увидела, как портрет вводят в компьютер и прямо на глазах доводят до «приятного имиджа»: стирают морщинки, прыщики, сглаживают неровности, что-то выделяют, что-то убирают. Получается лицо, отличающееся от оригинала, как мечта от реальности. Танино озарение: «Я теперь знаю, почему в журналах все модели такие красивые!!!» Позже, от других знакомых, мы узнали, что современные программы убирают не только прыщи и морщины, а как угодно исправляют фигуру, меняют позу, белье или его отсутствие, фактуру кожи, косметику и даже партнеров. Работая со своими фотографиями в самой простенькой программке, я и сам их иногда немного «улучшаю» – для пользы дела. Современная журнальная и рекламная фотография – это произведения художников-дизайнеров. Но, Боже упаси – вовсе не то, что существует в природе!