Чтение онлайн

Мы сели за стол, Кирилл достал из пакета упаковку нарезки, открыл и протянул мне два тоненьких ломтика колбасы. Я, чуть поколебавшись, плюнул после пережитого на все, взял их, и мы молча выпили, закусив свалившимися на нас дарами. После чего, я спросил у старика:

– Мы тут только что человека видели, высоченного, в черном плаще с капюшоном, не знаете кто бы это мог быть?

– А хрен его знает!
– Он снова разлил по стаканам.
– К родным мож приходил, или дорогу коротал, по кладбищу до метро шибко быстрее выходит, чем в обход.

– Да странный он какой-то. Стоял столбом и на небо таращился. Да и для посещений поздновато вроде как уже.

– Ну и хрен ты с ним!
– Он не чокаясь выпил.
– Мало что ли здесь дебилов ходит!? Я пока работаю, чего только не повидал, и наркоманов и психов всяких разных, - шибанутых! И могилы оскверняли и чего только не делали. Вы, лучше это, вечерами если какую работенку делать будете, ну или по нужде кого приспичит, там рядом со входом шкаф небольшой стоит, я вам от него ключ дам, так вы там по рации беспроводной возьмите, и чтобы без оной, ночами по территории не шагу!

– Договорились.
– Киря, тем временем, выложил на стол все что было в пакетах. Мы допили водку, поели и даже как-то само-собой забылось то, откуда все это взялось. Разговор больше особо не клеился, тема встречи со странным незнакомцем себя исчерпала, так что прикончив все запасы мы отправились спать. Иваныч же последовал нашему примеру, даже не выходя из-за стола.

День второй.

Проснулся я по утру с дикой головной болью. Вроде и выпито намедни было не много, а башка гудела так будто танком проехали. Я сел на кровати и оглядел комнату. Сереги уже не было, а Кирюха еще спал. Я хотел было подняться и отправиться на поиски хоть какой-нибудь жидкости, дабы утолить жажду, как вдруг меня охватила дикая ненависть. Лютая злоба, словно пробравшаяся в меня и завладевшая каждой частичкой моего тела. Я посмотрел на друга, и так мне захотелось его придушить что помутнело в глазах! Вот так, именно так просто, взять и придушить, пока спит! А что, место для этого идеальное, схороню после труп в очередной могиле и дело с концом. Спрашивай потом, где он да что! Ушел! А куда не знаю. Не выдержал тяготы кладбищенской работы, вот и дезертировал! Я поднялся и на ватных ногах уже подошел к его кровати, как скрипнула дверь и вошел старик. Я посмотрел на него и в голове резко прояснилось. Я глядео на него, не зная как себя вести дальше. Я настолько был ошарашен этим наваждением, что теперь пребывал словно в ступоре.

– Ну, чего уставился, словно смерть увидел? Главный приезжал, будь он не ладен! Деньги завозил. Только вот не все! Закрысил часть, морда волосатая! На тридцарик уговор был, а он падла только чертветуху заслал! Времена видите-ли тяжелые. Скотина скупая, мать его за ногу!
– Ладно, вот ваша доля.
– Он протянул мне три пятитысячных купюры.
– Сразу не проябите только! Купите жратвы себе, да одежду сменную. Работы сегодня много будет. Хоронки две приготовить надо, завтра двух девчонок привезут, отпевать не будут - сразу в землю! Самоубийцы они, с высотки взявшись за руки сиганули. Грех это! Таких не отпевают... Пойду пока хоть изгородь им наварю, потом установите. А вы не рассиживайтесь, час вам чтобы в магазин слетать, за тем сразу за работу! Старик шаркая по полу ногами удалился, а я постепенно пришел в себя и взглянул на деньги которые все еще держал в руке. 7500 за один день. Не дурно! Этак если и дальше пойдет, можно будет начинать откладывать на ипотеку. Настроение мое улучшилось, а утреннее недоразумение я сослал на похмелье, и умывшись на улице ледяной водой из стоявшего у входа ведра, принялся будить товарища.

– Вставай ленище, бабло прилетело!

Он разлепил глаза и я продемонстрировал ему зарплату за вчерашний день.

– Неплохо.
– Зевнув протянул он.
– Очень даже.
– Почесавшись он поднялся с кровати, и, как и я умывшись, сел на стул и спросил: -Ну, какие планы на сегодня?

– У нас час чтобы смотаться в магазин, а после надо рыть две могилы и установить две плиты.

– Ну что ж, работа есть работа.
– С этими словами он поднялся и начал собираться.

Для похода за покупками нам хватило чуть меньше часа, так что мы вовремя вернулись в наш новый и на ближайшее время единственный дом, купив все необходимое вплоть до железного чайника, найденного нами на ближайшем рынке, в котором мы на костре намеревались кипятить воду. Разложив покупки, мы перекусили и принялись за работу.

Каждый принялся рыть отдельную яму. Когда мы дошли примерно до середины, начало темнеть, и мы сев передохнуть, открыли по заготовленной заранее банке пива.

– Пиндец работенка!
– Кирюха тяжело вздохнул и сделал большой глоток.

– Ну, оно того стоит.
– Я ему подмигнул и тоже принялся за пиво.

Так мы просидели еще минут пять-десять, молча попивая пиво. Вокруг становилось все темнее и к нашему общему недовольству холоднее. Я поднял воротник бушлата, и застегнул верхние пуговицы.

– Ладно надо продолжать копать, а то так совсем окоченеем.

– Твоя правда.
– Киря поднялся, залпом осушил банку, и откинул ее в сторону.

– Ща бы хоть музыки, а то как-то уж совсем тоскливо.
– Я тоже поднялся и отшвырнул недопитую банку.

– Ну это как раз легче легкого!
– Мой напарник залез в карман робы и выудил оттуда мобильный телефон, обмотанный наушниками.
– Я его специально выключил, держал на всякий! Так как заряжать его здесь все равно негде, то пришло его время.
– Он с улыбкой нажал кнопку, и его лицо озарило светом экрана.
– Ну на долго конечно не хватит, но закончить не в кромешной тишине, думаю, как раз сгодиться.
– Что предпочитаешь?
– Он поднял на меня глаза.

– Да что угодно, главное не "тыц-тыц-дыц" типо рекорда.

– Ну, тогда "дорожное"!
– И он пару раз щелкнул кнопкой на наушниках, и телефон захрипел, заглушая все вокруг (в тишине кладбища, звук ощущался довольно громко) голосом Лепса, затягивающим о неизменной рюмке на столе.

– Эх, вот грамм пятьдесят сейчас были бы как никогда кстати.
– Произнес я и подняв лопату, спрыгнул в уже внушительных размеров ров.

– Ничего вот закончим, будет и на нашей улице праздник. Я там одну из купленных нами литрушек, у дома, на улице в шкафчик приныкал, так что она на такой погоде уже дошла как раз до нужной температуры, и тока нас готовая к подаче на стол и дожидается.
– Он мечтательно закатил глаза и тоже принялся за работу, растворившись в темноте. Хотя расстояние между нами было сантиметров 50-60, но темень стояла такая, что этого хватало, чтобы уже на таком расстоянии не видеть друг - друга.

– Хорошо бы, если конечно твой родственничек, раньше нас до нее не доберется!
– Произнес я, втыкая в начавшую покрываться коркой льда землю.
– Кирилл ничего не ответил, видимо уже вовсю орудуя лопатой, и наслаждаясь новым творением Танюхи Булановой, льющемуся, из оставленного им на горке земли между нами, телефоне.

Я вытащил еле вошедшую в отвердевшую от холода землю лопату, и снова попробовал зачерпнуть земли, но лопата со звоном, словно ударившись об бетон отскочила от земли и чуть не вылетела у меня из рук. Я с недоумением уставился вниз. Что за чертовщина? Двадцать минут назад, хоть и с трудом, но земля поддавалась. Я пробовал снова, и снова, но все тщетно. Когда я уже начал выбиваться из сил, вокруг все затихло. Включая голос звезды девяностых, и мне в нос ударил резкий, зловонный запах. Я хоть и находился среди могил, но раньше я этого запаха (тем более так отчетливо) не замечал. От отвращения у меня закружилась голова, и я облокотился на край ямы. Запах становился все сильнее и сильнее, и когда я уже думал выбираться (так как единственно здравое объяснение, окутавшей все неописуемой вони, пришедшее мне в голову, гласило о том, что я просто наткнулся на старое захоронение, из-за не востребованности в течении многих лет которого родственниками, - хозяева кладбища, дабы свято место пусто не бывает, решили пустить в дело, убрав конечно заранее все что напоминало бы о старом "постояльце" и удостоверившись что недовольных сим действием нет, перепродали его по новой), меня оглушил громкий и зловещий детский смех. Я не сразу сообразил, что происходит, и не в состоянии двинуться с места начал озираться по сторонам, в поисках источника смеха. Оглядевшись, я развернулся и увидел Кирин телефон, экран которого ярко горел. Я понял, что смех доносится оттуда. Это был смех, словно потешавшихся над чем-то маленьких девочек. Голосов было два, и они сливаясь, разносились по застывшему в темноте кладбищу. Не в силах больше это терпеть, я в два прыжка выскочил из рва и кинулся к телефону.

– Эй, не вырубай!
– Смех резко прекратился, и я ощутил запах свежей земли.
– Ты чо, Круг же!? Кольщик! Заебись тема!

Я быстро оглянулся, - все еще не придя в себя, - на донесшийся до меня голос, и смотрящие из уже внушительно вырытой, и обредшей четкие очертание могилы, глаза моего друга.

– Что?
– Мое сердце билось так быстро, что казалось, меня вот-вот, свалит инфаркт.

– Хрен через плечо! Песню говорю не переключай. Хорошая же!

Я перевел глаза на телефон и уставился на потухший экран из которого доносилось лишь:

"КРЕСТ КОЛИ ЧТОБ Я ЗАБРАЛ С СОБОЙ! ИЗБАВЛЕНИЕ, НО НЕ ПОКОЯНИЕ"!

– Ты, ты, тты, что, только что, ничего не слышал?

– Чего?
– Глаза отошли от света экрана, и я различил силуэт моего товарища, потирающего рукой в грязной перчатке нос и уставившегося на меня, все еще не понимая, что я имею ввиду!

– Ннну, ну...
– Я заикаясь пытался связать хоть пару слов.

– Аааа, то что музыка стала тише! Так это от того что он садиться, типо экономия энергии, тут уж ничего не поделаешь, можешь даже не пытаться. Да и тем более в такой тишине, как по мне, и этого вполне достаточно. Ладно давай заканчивать, а то "однако время", а мы еще "посидеть" вроде хотели перед сном.
– Он отвернулся от меня и продолжил копать.