Новые Атланты
Шрифт:
– Ну что, послушаем, о чём люди говорят, или твою частоту? – Олег глянул на юношу и усмехнулся. – Давай твою. Вижу, что не терпится.
К их удивлению им ответили сразу. Ну, практически сразу. Молодой женский голос.
– Мария Целеста слушает Вас. Кто нас вызывает на этой частоте? Назовитесь, пожалуйста.
– Поселение рядом с Санкт-Петербургом. – Олег повернулся к юноше и прошептал, – ты знаешь, с кем хочешь пообщаться?
– Иванов Пётр Иванович. – Кирилл на секунду задумался. – Он командующий подводной лодкой.
– Кто его спрашивает? – Поинтересовался женский голос.
– Спрашивает сын его друга. Смирнова Игоря.
– Подождите, я проверю информацию. – Проверила она очень быстро. Словно нужный ей человек сидел рядом и слушал разговор. – Как Вы можете подтвердить, что приходитесь сыном Смирнову Игорю?
– Ему звонили в ту ночь, когда всё случилось. Звонили предупредить об угрозе и о том, что из Кронштадта выходит к Вам судно с беженцами.
– Приветствую, Кирилл. – Голос неожиданно сменился на мужской. – Как твой отец поживает? Как я понял, вы не успели, так хоть живы остались!
Кирилл рассказал, что произошло. Разговор длился где-то около часа. Юноша поведал о событиях этих лет, а потом слушал с замиранием сердца о корабле, который теперь строит НОВУЮ ЖИЗНЬ на дне океана. Под конец он получил официальное приглашение присоединиться к их государству. Предложение абсолютно серьёзное.
– Послушай Кирилл, тут у нас настоящая цивилизация. А людей не хватает. А как я понял, у вас там моряки-подводники живут. Так езжайте в Кронштадт. Там на пирсе лодка стоит. Ей точно ничего не будет! И месяца через три-четыре окажетесь у нас!
Олег пообещал поговорить со своими. На том и остановились. Он уехал на велосипеде и вернулся на следующий день. Его товарищи отказались двигаться с места. Их вполне всё устраивало тут. Кирилл вздохнул. Мария оказалась права – переезд никому не был нужен.
Глава 35. Мор
Прошел почти месяц с того момента, как заработала связь. Кроме Луны и Марии Целесты, или как они теперь себя называли «Новые Атланты», нашлись ещё с десяток точек, выходящих в эфир. Олег неплохо знал английский, и поэтому проблем в общении не возникало. Теперь самым крупным «городком» стал посёлок в Ханты-Мансийске. Около четырёх тысяч человек строили вполне нормальную жизнь. Городку повезло. Многие успели уйти из него буквально за несколько минут до Катастрофы. Остальные поселения, выходящие на связь, были гораздо меньше… Даже из Москвы ответили люди. Этот город подвергся атомной бомбардировке, и теперь оставшиеся в живых ютились в метрополитене. А что это за жизнь? Скорее медленное вымирание, им бы выбраться оттуда, благо что не зараженные территории находились не очень далеко. Пара сотен километров от города и фон становился в норме. Еще ответила точка из Афганистана. Люди выжили, укрывшись в горах. Иногда выходила на связь Германия. Какое-то поселение под Берлином. Реже отвечали Канада и Боливия. Территория США прибывала в тишине… В какой-то момент Кирилл позлорадствовал, что русские ракеты стёрли с лица Земли государство. А потом стало грустно… Подумалось, что, возможно, кто-то там тоже потерял родных, мать, отца или сестру, и сейчас пытается выжить, роясь в останках городов… В чём виноваты мирные люди? Ответа в своём сердце он не нашел. Насколько он помнил историю, Соединенные Штаты являлись зачинщиками многих воин, при этом стараясь оставаться в стороне. Взять ту же Ливию… Практически уничтоженная Гражданской Войной страна и всколыхнувшееся от произвола мусульманство, которое просто подтолкнули на теракты. Потом делёж нефти, который дал толчок новой волне терактов. А итог – весь мир лежит в руинах. А ведь таким, как он, все эти разборки были ни к чему. Было только желание жить со своими родными.
Кирилл вышел на улицу. Мать взяла один из мотороллеров и отправилась на Базар. Она зачем-то понадобилась доктору. За этот месяц это был второй раз, когда тот её вызвал. Перед этим один из охотников попал в яму и сломал ногу. А потом несколько дней полз до посёлка. Судья тогда бушевал. В итоге, все выходили за пределы посёлка строго парами. Как Судья сказал, «у нас и так народу не много, чтобы люди гибли из-за несчастных случаев». Тогда охотнику повезло. Открытый перелом, и хорошо, что с собой оказался бинт, и заражения крови не последовало. Елена с доктором возились с ним несколько часов, ставя на место кости и сшивая ткани. А так как новокаина в посёлке не нашлось, наркоз состоял из бутылки водки… Человек выжил и теперь ходил на импровизированных костылях.
На дороге послышался звук мотороллера, и через несколько минут на дорожке среди облетевших деревьев показалось лицо матери.
– Как съездила, мам? – Кирилл внимательно посмотрел на мать.
– Если честно, то никак. – Женщина на мгновение задумалась, стоит говорить или нет. – В посёлке двое умерли. Доктор только заключение о смерти сделал, как подошел Судья и велел тела сжечь. Когда я подъехала, от них уже ничего не осталось.
– С чего так? – Удивился Кирилл. Люди в посёлке, случалось, умирали, но тела обычно на кладбище хоронили…
– Один к доктору ещё вчера пришел, жаловался, что живот прихватило. Болел очень. – Мать посмотрела в сторону. – А потом упал на землю и умер. А второго на дороге нашли, за палаткой. Ещё тёплого. Судья инфекции боится, вот и сжёг тела.
Кирилл вздрогнул. Из памяти ещё не ушло воспоминание о сожженном посёлке. Насколько он помнил, туда вообще люди больше не ходили. И тогда из посёлка никто не выжил.
– А от чего умерли? Доктор не сказал?
– Он не успел их осмотреть. Сожгли, и всё. – Елена тяжело вздохнула. – Если не возражаешь, я схожу помыться. Кинь, пожалуйста, пару поленьев в камин.
Кирилл кивнул и отправился в дом. Из гостиной он слышал, как мать скинула с себя всю одежду и засыпала её порошком. А потом вынесла тазик на улицу. Кирилл понял, что она боится заразы, но промолчал и пошел готовить ужин.
Ночью его разбудил грохот в дверь. Кирилл сначала подумал, что это гром и, повернувшись на другой бок, сунул голову под подушку. Следующий стук в дверь заставил его вскочить с кровати и схватить винтовку.
Он поднялся на наблюдательный пункт и включил над дверью свет. Он посмотрел в прикреплённое наверху зеркало и увидел, что перед дверью стоят Олег и ещё один мужчина. Из посёлка. Кирилл видел его несколько раз на дроге к базару. На посту. Юноша крикнул, что сейчас откроет дверь, и пошел одеваться. В коридоре уже стояла мать, сжимая в руках пистолет.
– Что-то случилось?
– Сейчас узнаем… – Кирилл был удивлён – ночью никто не ходил. Даже он не особо решался выходить в такое время на улицу. Слишком часто бесследно пропадали люди. И причин этого никто не знал. Он открыл дверь и увидел взволнованные лица людей. – Вы чего по ночам ходите?
– Елена не может в посёлок поехать? – Мужчина постарался заглянуть внутрь дома, но молодой человек преградил дорогу. – Не беспокойтесь, мы её до поселка доведем, к ней никто не подойдёт…
– Ну да, доведёте… – Кирилл усмехнулся, посмотрев на двоих людей. Олег, проследив этот взгляд, всё понял. Он уже видел именно такой – когда Кирилл стрелял в подземном бункере.
– Послушай, Кирилл, за ней Доктор прислал. – Олег сделал шаг вперёд, загораживая мужчину. Он, конечно, понимал, что Кирилл без нужды стрелять не будет, но береженого…
– Зачем? – Кирилл задал вопрос автоматически, хотя понимал, что ехать, скорее всего, придётся. Доктор не станет просто так просить приехать.
– Там у него несколько человек лежат. Симптомы разные. – Мужчина отвёл взгляд в сторону, что не укрылось от Кирилла.
– То есть, эпидемия? И зачем Вы тогда приехали?
– Об эпидемии рано говорить. – Олег снова подался вперёд. – Ещё никто не умер. И Доктор считает, что эпидемии можно избежать.
– Кирилл! – Елена, распахнув дверь, вышла на крыльцо. – Я должна ехать! Всё-таки я врач!
Кирилл уступил, понимая, что мать в какой-то степени права. Поехали на пикапе, закинув велосипеды в кузов. По разбитой дороге сильно не разгонялись, да и юноша несколько раз просил остановиться и выключить фары. Олег, сидевший за рулём, повиновался беспрекословно, помня, что чутьё юноши не раз их спасало.