Чтение онлайн

Ночь прошла спокойно. К счастью, после гомлина ни один лесной обитатель крупнее зайца, нам не встретился. Но именно заяц и попался, вследствие чего и был наказан торжественным съедением в зажаренном виде. Надо сказать, в дичи мой спутник разбирался как никто - чуть ли не по запаху нашел поляну с заячьей капустой, сиречь кислицею, устроил пару силков из нескольких ивовых прутьев, терпеливо дождался. Когда ушастый обитатель чащи пришел на свой ужин, он был неприятно удивлен, как быстро его ужин перетек в наш. Рыбно-яблочная диета вырабатывала у меня и братьев потребительскую ненависть ко всему бегающему в лесах, так что Гарут даже немного поворчал, глядя, как я с жадностью приговариваю свою порцию. Дескать, не пойми кому эти монахи поклоняются, не стать бы следующей жертвой самому. Также, великий смертоубийца отыскал в лесу большие мясистые листья неизвестного мне растения, скрутил их, выжал солоноватый сок и смазал этим соком тушку зайца перед тем, как насадить на вертел. Воистину, тризна по зайцу удалась.

Глаза слипались сами собой, но я нашел в себе силы помолиться на ночь, испросив у Венца благословения и сил в дороге. Нехотя предложил спутнику дежурить первым, на что тот провел ладонью полукруг и сказал 'сун', после чего вокруг нас и костра очертилась мерцающая окружность.

– Сигнальный контур?
– спросил я.

– Сигнальный, сигнальный...
– буркнул Гарут.
– Услышишь мат и крики боли, значит, есть сигнал. Комаров, кстати, тоже сегодня бояться не надо...

– Брат Гарут, но ведь это не честно!
– попробовал возмутиться я.
– Даже разбойник должен иметь шанс исправиться! А ты его магией...

– Я защищаюсь. Намерений убить не имею. Это молниевый круг первого порядка. При первом контакте шок. При втором - потеря сознания и головная боль, когда очнется. Если очнется.

– Если?
– ужаснулся я.

– Да очнется, не переживай... Разбойник сейчас здоровый пошел.

– А при третьем контакте что будет?

– Ну если разбойник такой дурак, что в третий раз полезет...
– Гарут вздохнул и повернулся на другой бок.
– Тогда таким идиотам и жить на свете незачем.

– Не ценишь ты жизнь человеческую...
– в свою очередь вздохнул я.

– Люди сами ее не ценят. Дети по канавам лазят, заразу на себя собирают. Про глупости, творимые влюбленными на почве бешенства гормонов, я вообще молчу. После, по ходу взросления, вместо поиска работы что они делают? Правильно, ищут себе как бы спутника жизни! Ватар жах, ни кола, ни двора, но бабу или мужика себе в постель заполучить просто необходимо!

– Брат Гарут, если Создатель и природа запланировали буйство влечения на этот возраст, значит так и надо! Оспаривать Их мудрость просто глупо!

– Возможно ты и прав. Или наоборот? Ты не думал, со своей монашеской логикой, что это сделано для того, чтобы укрепить младой дух труднейшим испытанием в их жизни?

– Подозреваю, - хитро прищурился я, - что мысли молодежи и мысли кротких братьев сильно разнятся.

– Ты даже не представляешь насколько. Как итог нашей беседы, скажу следующее: человек, попавший в ночном лесу в молниевый защитный контур, явно личность разбойная и глупая, не способная помыслить о пользе для общества, не говоря о том, чтобы ее принести, словит явно поделом.

– Допустим. Лишь бы не убился. Давай спать, завтра еще один день в пути.

– Приятных тебе кошмаров.

– Спи с Богом.

***

– Мать твою троллиху, да откуда он взялся!
– негодовал мой спутник.
– На многие лиги вокруг ни души, ночь, монстры голодные бродят! Вот тебе, Дэм, подтверждение нашего вчерашнего разговора - идиот, бродяга, нищий и пьяница!

Амбре от трупа действительно сбивало летающих насекомых и некоторых не особо стойких птиц. Одежда на нем была не то что с чужого плеча, а, скорее всего, с чужого огородного пугала. На голове, в нарушение образа, было надето не дырявое ведро или сушеная тыква, а обычная крестьянская шапка с торчащим из нее куриным пухом.

– Убил, в первый же день третьей жизни - убил...
– выл Гарут, меряя поляну широкими шагами.
– Гореть мне в утробе Сатановой...

– Эээ... бэээ...
– просипел труп, зашевелив конечностями. Мы отпрянули в разные стороны - не каждый день на твоих глазах люди воскресают. То есть, конечно, вчера было реальное воскрешение, а сегодня мнимое, но мне и мнимого хватило бы за глаза. А тут такой шок.

– Поспешил ты с путешествием к Проклятому, - сказал я, наблюдая, как мужичок сперва встал на четыре кости, потом помотал головой.

– Дэм, садись, - засмеялся Гарут.
– Видишь, он подставляет тебе спину. Впервые вижу такую самоотверженность и преклонение перед слугами Венца. Садись, он тебя покатает!

– Святые отцы!
– вдруг тоненьким голоском взвыл мужичок.
– Не губите! В лес зашел, в чаще заплутал, зверя искал, ягоды-грибы, хоть чем-то голод унять, утробу грешную свою от урчания отвлечь!

Я достал из сумки хлеб и сыр, предложил голодающему. Тот взял, не раздумывая, и тут же набил себе рот.

– Успокойся, брат, - вполголоса сказал я Гаруту.
– Венец даже убийц может к себе принять, простить и даровать все блага.

– Как я понимаю, для этого надо освободить принцессу от драконова плена, построить храм на свои деньги и сорок ночей стоять на коленях с молитвой?

Я вздохнул. Все-таки, народное понимание религии сильно упрощено, всех тонкостей никто не понимает.

– Нет, брат. За грехи делом и искупление делом.

– Поговорим об этом позже. Смотри, он вроде больше не умирает от голода.

Мужичок и вправду покончил с угощением, бухнулся на колени и принялся горячо благодарить.

– Ты кто?
– вклинившись в его тираду, спросил я.
– Из какого поселка?

– С Клиньев я, отче, охотник я тамошний, егерь, значитца.

– Как сюда попал?
– удивился я.
– От Клиньев неделя ходу!

– Дак через болото, отче... заплутал, пошел на огни болотные...

– Врет, - сказал Гарут.

– Почему врет?

– Не знаю, почему. Вижу, что врет. Охотник, даже если он шел болотом, даже если потерял все снаряжение, в такой пыльной одежде быть не может. Где грязь? Где тина? За лохов нас держишь?
– Он мгновенно оказался рядом с мужичком и вздернул его в вертикальное положение.

– Бха... бха...
– задохнулся тот, робко пытаясь сопротивляться.
– Так я давно плутаю уже...

– По-твоему, я не увижу лжи?
– разозлился Гарут.
– Разбойник? А ну колись!

– Оставь его, брат, задушишь же!
– Я толкнул его в сторону. Мужичок, получив свободу, живенько развернулся и припустил до ближайших кустов.

– Ушел, - огорчился Гарут.
– Ну и зачем ты мне помешал?

– Грехи твои предупредил, - усмехнулся я.
– Гнев, глупость и смертоубийство.