Чтение онлайн

– Да, - ответила Ивик, - и я чувствую то же самое. Я панически боюсь каких-то обещаний. Ужас охватывает. Я не хочу венчаться с тобой. Не хочу, чтобы - пока смерть не разлучит нас. При том, что точно знаю и понимаю -- что так оно и будет. Может быть, для нас просто обесценились слова?

– Наверное, обесценились. Мы уже произносили эти клятвы, и потом выяснилось, что они ничего не стоят.

– Но ведь это, то, что мы говорим, уже точно против канонов любой церкви. Триманской, дейтрийской... любой.

– Значит, мы с тобой -- грешники, - спокойно заключил Кельм и снова притянул ее к себе, - кстати, пока не забыл. У меня есть еще одно поручение для тебя. Придется тебе познакомиться с одним человеком.

Один человек жил в тивеле Кул-Лойс -- таком же нищем, как тивел, где жила Ивик. И здесь тоже встречались эмигранты из Дейтроса.

Многоэтажка была длинной, как колбаса. В некоторых окнах уже вспыхнули огоньки, по поводу близящегося Дня Возрождения. Как и в Дейтросе, здесь было принято к соответствующему дню украшать дома мишурой, гирляндами, ветвями и огнями. Огоньки горели в кромешной тьме. В подъезде, куда вошла Ивик, вспыхнул свет, озаряя грязные, исписанные граффити стены. Среди надписей Ивик обнаружила косой крест в круге -- запретный знак Готана. Под ним было написано: "Дейтры -- вон!"

Замызганный лифт поднял ее на шестой этаж. Ивик позвонила в одну из дверей.

Человек, открывший дверь, был молод. И даже не сразу поймешь, что это вообще дейтрин -- волосы длинные и выкрашены по здешней молодежной моде, в пшеничный цвет с ядовито-красными и зелеными прядями. Колечки пирсинга на скуле. И одет во что-то драное и пестрое. Только потом уже замечаешь характерные расовые черты -- узкое длинное лицо, скулы, глаза... Глаза сразу приковывали внимание -- большие, темные, проницательные. Казалось, человек смотрит прямо на тебя и очень хорошо все видит и понимает.

– Здравствуйте, - сказала Ивик, - если вы - Кир иль Ресан, то я хотела вам передать привет от дяди Льена.

– Давненько мы не виделись с дядей, - дейтрин правильно ответил на пароль, - ну заходите, раз такое дело. Дейри!

Ивик шагнула через порог. Скользнула взглядом по обшарпанной, голой, но чистой прихожей.

– Отец Кир, - робко сказала она. Этот человек меньше всего походил на хойта. Но ведь Кельм сказал...

– Просто Кир, - поправил ее неформал, - а тебя как называть?

– Ивенна, - она пожала протянутую руку, - Тилл сказал, что вы... глава миссии нашей здесь, в Дарайе.

– Круто, - дейтрин покрутил головой, - глава миссии! Я прям сразу вырос в собственных глазах! К такой главе бы еще туловище, конечно... Да ты заходи. У меня никого сейчас нет. Чайку выпьем...

Ивик первый раз видела в Дарайе такую квартиру. Ничего похожего на обычный дарайский мещанский уют. Голый старый линолеум, лампочка под потолком без абажура. Мебель обшарпанная, явно со свалки.

Кухня, правда, обычная встроенная -- видно, досталась от хозяев квартиры. Отец Кир притащил разнокалиберные чашки, чайник, печенье. И правда, не поворачивался язык называть его "отцом"...

Ивик выложила на стол флешку.

– Это вот... для вас, - пояснила она, - и еще я должна передать, что Ви и Луарвег готовы. Они выходят из интернета, и Тилл рассчитывает дальше на вашу опеку. Они... подготовлены также к крещению. Когда и как?

Кир разлил по чашкам крепкий золотистый чай.

– Ты с сахаром пьешь, нет? А я с сахаром. Тиллу передай, что я очень рад, я их беру, и...
– он бросил взгляд на стенной календарь с довольно пошлыми цветочками-вензелями, - пусть приходят через три декады, шестого числа, где-то вечером. Я буду сидеть и их ждать. Запомнишь?

– Запомню. Шестого числа.

– Ивенна... Ивик?

– Ага.

– Ты давно здесь?

– Не очень. Два месяца.

– Ну и как тебе?

Ивик поморщилась. Хойта вздохнул.

– Вот и мне как-то тоже не очень.

– Я не думала, что в Дарайе существуют наши миссии, - осторожно сказала Ивик. Кир хмыкнул.

– Это не очень официально. По личной инициативе. Хотя благословение у меня вроде как имеется.

– Вы здорово рискуете.

– Вы тоже, - пожал плечами хойта. Ивик удивилась.

– Но это наша работа. Для нас это нормально.

Хойта с интересом взглянул на нее.

– То есть для вас, гэйнов, рисковать собой - это нормально. А для слуг Христовых - нормально сидеть в хорошо защищенном монастыре? Нелогично, ты не находишь?

– Не знаю, - сказала Ивик, - но ведь это всегда так

– Понимаю, о чем ты. Да. Слушай, Ивик, - сказал он вдруг, - ты извини, что я спрашиваю. Но - ты ведь и есть та женщина, которую Тилл... понимаешь, мы с ним друзья. Близкие. Он говорил мне о тебе. Еще до того, как ты появилась здесь.

– Да, - Ивик угрюмо блеснула на хойта глазами. Тот неожиданно улыбнулся.

– Я рад за Кельма, - сказал он. Ивик поперхнулась.

– Вы знаете его имя?

– Я же сказал, мы друзья.

Ивик уткнулась в свою чашку. Что теперь - каяться, рассказывать об отношениях с Кельмом, о своих сомнениях? Ей вдруг стало тоскливо. Как все это надоело, давно уже...

– А вы давно здесь?
– спросила она.

– Восемь лет. Слушай, давай уже на ты?

– Не знаю. Мне неловко. Вы ведь священник.

– Господи, девочка, - сказал он с непонятной жалостью, - тебя же просто зашибло всем этим... перестань. Я такой же, как ты. Хорошо?

– Хорошо, - пробормотала Ивик. В горле отчего-то защемило. Кир протянул руку и неожиданно погладил ее запястье, слегка сжал ее пальцы в горсти, как сжимают пойманную птичку.

– Ты хорошая, Ивик. Скоро, кстати, Рождество... приходите в гости? Отдельно от всех, конечно.

– Не знаю, - сказала Ивик, - у Кельма неприятности. Он... вряд ли сейчас сможет к вам... к тебе.

– Что, серьезно?

– Да не очень. Я... извини, уже не имею права говорить. Там на флешке он, наверное, сообщает то, что считает нужным.