Чтение онлайн

С научными способностями, талантом, воображением и любознательностью дело обстоит не так просто, как с одаренностью художественной. Дарайцы не были лишены научной жилки, среди них рождались изредка гении, и было много просто хороших добросовестных исследователей.

Природа научного таланта иная, нежели СЭП или Огонь. Ученый, каким бы ярким

воображением и логикой он ни обладал, в Медиане ничего серьезного, энергетически сильного произвести не может. Но дейтрийские ученые-эмигранты в Дарайе ценились. Их принимали на работу, платили, как своим -- и кстати, получали от них важные сведения о развитии дейтрийской науки и техники.

Вот так и Шейс иль Велир сумел неплохо устроиться в Маанском Исследовательском центре Медианы. Из Дейтроса он ускользнул вместе с семьей -- женой и двумя детьми. Они теперь жили на его иждивении, в особняке, пользуясь всеми благами дарайской цивилизации.

Найти иль Велира было нетрудно, оказывается, недавно он даже по телевидению выступал - Кельм нашел и пересмотрел передачу. Известен и адрес, место работы.

В обычное время Кельм не колеблясь позвонил бы ему. Сейчас он опасался прямого и постоянного прослушивания. Честно говоря, вообще непонятно, что происходит - но уже два раза Кельм замечал за собой наружку, и часто вылавливал дополнительные жучки, в том числе, и дома. Дома он нейтрализовал микрофоны без зазрения совести, с одежды убирал через некоторое время, на работе - оставлял как есть, на наружку не обращал внимания - все равно он не совершает ничего подозрительного.

Непонятно лишь, почему за ним следят. Кажется, он давно перестал вызывать подозрения. Что-то случилось? Кельм не знал и пока не видел никакой возможности это выяснить.

Однако даже если это опасно и неудобно сейчас, задание следовало выполнять.

Горные лыжи были выгодны сразу по трем причинам. Во-первых, таким спортом не занимается абы кто. Заоблачно высокие клубные взносы, лыжи, экипировка, регулярные выезды на курорты... Горнолыжный клуб "Экей" посещала вся городская элита.

Во-вторых, форму все равно поддерживать надо, и такое хобби как нельзя лучше подходит для этого - по крайней мере, каждому ясно, для чего Кельму нужны тренажеры в подвале, зачем он ежедневно бегает кроссы. Горнолыжник, спортсмен, здоровый образ жизни...

В-третьих, Кельму просто нравилось кататься на лыжах.

Сейчас он нервничал. В последние две недели посещал клуб через день, но иль Велира так и не видел. Неужели все-таки придется связываться с ним другим способом? Это теперь опасно.

Кельм неторопливо размялся и пошел к лыжной стойке. Его красно-белые "Керсы" смотрелись отлично, не зря же угрохал на них половину месячного оклада. Кельм стянул перчатку, провел пальцем по липкой базе, задумчиво взглянул на снег. Может быть, и не попал в мазь. Неприятно, когда лыжи идут плохо, а "Керсы" на мокром снегу вообще не идеальны. Ну да ладно, посмотрим. Кельм надел перчатку и подхватил лыжи. Поздоровался с ладным красавцем в черной шапочке, идущим с трассы - второй вице-президент Маана, Ла Нейл. За вице-президентом торопились две женщины в бежевых незаметных лыжных костюмчиках, каждый - стоимостью в хороший автомобиль, женщины хохотали над чем-то, не замечая Кельма, приветливо им кивающего. Кельм миновал компанию молодых людей-яппи, ноги как палки воткнуты в крепления - очевидно, бывают здесь довольно редко и больше с карьерными целями, а может, корпоративный выезд. На детском склоне пестро мельтешили ребятишки с мамами или нянями, раздавался мощный визг. Кельм улыбнулся. А вот еще знакомые - две психологини из Южного атрайда, топчутся около учебных трасс. Психологини преувеличенно живо ответили на приветствие. Кельм наконец подошел к гоночным трассам повышенной сложности - двое-трое спортсменов озабоченно разминались в сторонке, основная толпа осталась позади.

На стартовой линии никого не было. Кельм надел лыжи, шлем, надвинул на лоб очки. Взглянул на электронное табло - по трассе кто-то спускался. Надо подождать. Он сделал несколько глубоких вздохов.

Снег сверкал вокруг, слепил - миллиардами кристалликов, холодный воздух обжигал горло, холмы торжественными дворцами вздымались в синее небо. Надо взять с собой Ивик, подумал он. Почему бы и нет? Поучить ее кататься. Она моя подруга, все официально. Надо ей это показать. Он почти забыл о цели посещения клуба, знакомый, привычный восторг, смешанный с легким страхом, ледяным холодом заполнил грудь. Уже пора, трасса свободна.

Пошел!
– велел он себе, толкнулся палками. Разгонный шаг, раз, два, три - вошел в стойку, выпрямив спину параллельно линии лыж. Скорость нарастала.

Все перестало существовать, кроме скорости. Он пролетел по узкому коридору меж сугробов, совершил вираж направо вниз, прошел по диагонали - и только тут наконец вдохнул, сознательно вспомнив о кислороде, прошел спад - взлетел и промчался по воздуху метров десять, снова поворот и диагональ...

Он все-таки попал в мазь, лыжи шли гладко, четко входили в повороты - как все "Керсы", и полет вниз был наслаждением, был безоблачным счастьем...

Он влетел в ворота и финишировал по широкой дуге, обдав искрящимся снегом взвизгнувшую стайку девушек. Тут же повернулся к девицам, широко улыбаясь, помахал рукой. Здесь не имело значения то, что он дейтрин, дринская рожа - за его спуском наверняка наблюдали, и это было красиво.

Но и нечего торчать здесь дольше. Не обращая более ни на кого внимания, он двинулся к подъемнику.

Едва спрыгнув на утоптанный снег, Кельм напрягся - впереди маячила затянутая в желтый костюм, кажется, знакомая спина. Неужели в этот раз ему повезло? Кельм рванулся вперед, сразу забыв о катании.

Спокойно. Встреча должна быть естественной. Кельм хотел после спусков посидеть в клубе часика три, подождать до темноты - вдруг иль Велир все же сегодня появится. Но вот же он, вот, собственной персоной, и ждать не надо... Натягивает шлем, как и Кельм, касается рукой скользкой прохладной поверхности лыж, размышляя о мази.

Кельм вразвалочку - после трассы ноги плоховато слушались - подошел к биофизику.

– Иль Велир?

Тот вздрогнул, обернулся. Кельм широко, радушно улыбался.

– Давненько мы с вами не виделись! Редко бываете - дела?

– Да, семья, работа, - пробормотал иль Велир. Похоже, он узнал Кельма, но очень смутно.

– Вы меня еще помните? Я иль Кэр. Работаю в лиаре.

– А-а... отвык я от этого "иль".

– Можно и без этого, - согласился Кельм, - здесь у них так принято. Я смотрю, у вас лыжи новые? Ну-ка, можно взглянуть?

– Купил на той декаде, - сообщил иль Велир. Протянул правую лыжу Кельму. Лыжа была на вид обычная гоночная универсальная - с довольно широкой талией, сэндвич в глянцевой сине-голубой рубашке,. Кельм аккуратно покрутил лыжу в руках, попробовал на скручивание и на прогиб.

– Что за фирма - а-а, вижу, Аплер. У них неровная продукция, но эти неплохие, я вижу. Я бы взял. Жесткие. Но не каждый справится. В поворот нормально входят?

– Я справляюсь, хотя, конечно, требует усилий, - поделился иль Велир, - по правде сказать, до них у меня было сущее барахло...

– На снаряжение лучше, я считаю, потратиться, - сказал Кельм, - а вы сейчас на трассу?

– Да, еще разок хотел...

– Слушайте, а я хотел с вами как раз побеседовать... время есть немного?