Чтение онлайн

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался темой Алексей Антонович. — И что же батенька, удовлетворил твою просьбу?

— Нет, — снова разочарованно вздохнула Дашка.

И принялась рассказывать теперь уж всем собравшимся о разговоре с отцом, не забывая подкреплять рассказ острыми комментариями, живо изображая то себя в виде маленькой просящей девочки, то отца в роли строгого, но справедливого папеньки.

Под конец рассказа, излагаемого Дашкой в лицах, ухохатывались уже все сидевшие за столом. Даже вечно холодная и отстраненная Евгения не удержалась от улыбки и легкого смеха, слушая дочь.

— …и вот после того, как я пройду все эти уровни и прокачаю свои скиллы, батюшка обещали отдать мне какое-то пожившее, пожилое авто, которое числится за компанией, — изобразив скорбь, подкрепленную очередным тягостным вздохом, завершала свое повествование Дашка. — Вот на нем, говорит папенька, поездишь, приобретешь опыт, а уж тогда-а-а-а… Короче, «коня и деньги получу не скоро» [2] , как в бабушкином любимом фильме говорит такой же страдалец, как и я.

Обыграла Дашка свое повествование столь виртуозно и уморительно, что удержаться от дружного взрыва хохота не смог уже никто, даже мужики, жарившие шашлык у очага, и Людмила Архиповна с двумя помощницами, хлопотавшими в кухонной зоне.

Наклонившись чуть вперед, чтобы через сидевшую справа (как и в прошлый раз) Лену и увидеть брата, еще посмеиваясь над устроенным Дашкой «представлением», Софья спросила:

— Володь, а вы чего к отцу-то приезжали? Случилось что?

— Да нет, не случилось, — так же подавшись немного вперед, чтобы видеть Софью, ответил Владимир и объяснил: — Мы с Леной взяли в кредит у нашей компании квартиру, которая ей принадлежит. — И, посмотрев на жену влюбленным взглядом, поделился радостной новостью: — Двойню ждем, нам квартира требуется побольше, чем наша однокомнатная.

— Дво-о-ойню! — восхитилась, обрадовавшись, Софья. — Как здорово, ребята! Как я за вас рада! — поздравила она их от всей души и все-таки вернула разговор в первичное русло: — И что, что-то не получилось с кредитом?

— Да не, все получилось, все в процессе, — уверил ее Володя. — Мы уже и бригаду туда запустили. Хотим успеть сделать отделку и обставить интерьер к родам, чтобы сразу в новую квартиру с детьми заехать.

— Я вас поздравляю, ребят, вот поздравляю от души! — искренне радовалась за них Соня.

— А приезжали мы, потому что выяснилось, что забыли оформить один документ, — подхватила рассказ мужа Лена. — Володя хотел дождаться понедельника и спокойно подписать все в офисе, а тут выясняется, что Павел Егорович с бригадами получил разрешение от Минобороны и уезжает срочным порядком.

— Ну да, — продолжил теперь за женой Володя. — То сидели-сидели, ждали отмашки от военных, а тут: бегом-бегом, зеленый светофор — стартуйте! А когда я узнал, что и наш постоянный нотариус работает с Павлом Егоровичем в усадьбе, мы с Ленчиком быстро собрались и поехали.

— Подписали? Успели? — спросила Соня.

— Да, все успели, — кивнул Володя. — Еще и ночевать остались в гостевом доме, Лена поплавала в бассейне вечером и утром. Ей врач плавание рекомендовал, а она в общественный бассейн отказывается ходить, брезгует, — поделился Владимир.

— Не брезгую, — поправила его Лена, — а боюсь подхватить какой-нибудь вирус или грипп. К тому же в общественных так сильно хлорируют воду, что я задыхаюсь.

— Ну вот, видишь, — усмехнувшись, закивал Володя. — А у вас тут не общественный, а замечательный семейный бассейн. Вот она и наплавалась от души, потом хоть спала спокойно всю ночь. Она сейчас очень тревожно и чутко спит, а тут воздух, тишина, покой.

— Павел Егорович предложил нам и вовсе сюда переехать, пожить на время ремонта в новой квартире, — дополнила рассказ мужа Лена.

— Это же замечательная идея! — поддержала отцовское предложение Софья.

— Да, — кивнул Владимир, — было бы здорово, но мы отказались.

— Я сейчас тяжело переношу дорогу и любой транспорт, а у меня раз в неделю посещение врача и обследования, — объяснила Лена.

— Да уж, двойня — это непросто, — покивала тетя Маша, которая, как оказалось, внимательно прислушивалась к их разговору.

— Тем более в возрасте, — дополнила Глафира едким намеком замечание сводной сестры.

— Вообще-то, — как бы между прочим произнес Леонид, с довольным видом подцепив вилкой из большого блюда еще один кусок шашлыка, перенеся тот на свою тарелку и отрезая от него кусочек, — предложение остаться и погостить следовало бы делать хозяйке, если сам Павел уезжает так надолго. Он, значит, пригласит, сам убудет, а хозяйка разбирайся с незваными ею гостями и терпи их.

— А кто тут хозяйка? — саркастически хохотнув, провокационно и громко поинтересовался явно уже хорошо принявший «на грудь» Алексей Антонович.

— Ну как кто? — подивилась эдакому выпаду Анастасия. — Понятное дело, что Евгения. — И, возмутившись, попеняла старшему брату: — Зачем ты, Алексей… — запнулась, подбирая слово, — болтаешь всякую ерунду! — высказалась наконец она, скривившись, как от лимона.

— Да потому что рулит тут всем маманя наша, а Женя так, всего лишь изображает из себя жену и хозяйку дома, — объяснил тот прямолинейно, как танковый выстрел по врагу.

— Дядь Леш, остановись! — резко одернул того Владимир. — Может, тебе уже хватит? Чего тебя понесло правдолюбца тут изображать?

— А потому что… — начал было и дальше рубить правду Алексей Антонович, но был остановлен материнском гласом.

— Алексей! — предупреждающе-холодным тоном оборвала его Эльвира Аркадьевна. — Попридержи норов и язык свой дурной! — охолонула она сына. — Истинная хозяйка здесь Евгения, без всякого сомнения, поскольку является женой Павла. Я всего лишь исполняю роль экономки и слежу в ее отсутствие за хозяйством. И это не оспаривается, — припечатала свое заявление легким хлопком ладони по столу Эльвира Аркадьевна.

— Э-э-э… — раздался осторожный возглас Ладникова в повисшей, звенящей тишине, наступившей после ее грозного окрика. — Я бы не стал настаивать на этом факте столь уверенно, Эльвира Аркадьевна, — заметил он.

— О! — указав на Ярослава, радостно воскликнул Алексей Антонович. — Наш человек! — И оппонировал матери: — Видишь, мама, твой протеже со мной согласен.

— Я с вами не согласен, — остудил его радость Ярослав. — Я просто высказал свое мнение.

— Нет, вы высказали не мнение, а свое сомнение, — назидательным тоном произнесла Настя и сурово отчитала Ярослава: — И это очень некрасиво. Вы посторонний нам человек, а беретесь судить о наших внутрисемейных делах.