Новый герой
Шрифт:
К тому же было ещё одно подозрение, которое пришло на ум ещё во время последней миссии. И сейчас я ждал возможности, чтобы его подтвердить или опровергнуть.
« Внимание. Вы успешно завершили сценарий G+ класса.»
«Ваш вклад в достижение основной цели оценён как существенный.»
«Ваш вклад в достижение дополнительных целей оценён как несущественный.»
«Ваш потенциал повышен на +1 очко.»
Что ж, чуда не случилось. При итоговом подсчёте Ковчег не реклассифицировал сценарий. Может, потому что прошло слишком мало времени с момента вступления в него героя-отступника. А может, потому что от наших действий уже ровным счётом ничего не зависело. Это же могло означать, что убить врага дварфов нам также не удалось. Что же это за монстр такой, способный пережить взрыв ста с лишним килограмм взрывчатки практически в замкнутом пространстве?
Ну и главный вывод. Такими темпами мне никогда не догнать других героев, вступивших в эту гонку раньше меня. Каждый раз, отправляясь вместе с ними на миссию, я буду в роли оруженосца. А мой личный вклад в лучшем случае будет как сейчас «существенным», а чаще — так и вовсе останусь с баранкой вместо награды.
Нужно с этим что-то делать. И лучше не ждать, пока Ковчег решит всё за меня.
С такими невесёлыми мыслями я отправился на боковую, чтобы с утра пораньше привести себя в надлежащий вид и отправиться на встречу с неизвестностью.
Здание гильдии «Оплот» встретило меня рабочей суетой и улыбкой на ресепшене. Ну хоть не арестовали сразу, уже хорошо. Переговорная, отгороженная от коридора стеклянной перегородкой, оказалась на удивление маленькой. Ведь я ожидал, что там сегодня соберутся все участники группы. Но на встречу со мной пришёл лишь капитан. А вот это уже дурной знак.
— Думаю, ты и сам осознаёшь, что натворил, — заявил он, как-то очень уж тяжело усаживаясь напротив меня. Будто его беспокоили незажившие раны. — Будь ты с нами, может мы обошлись бы без потерь.
— Говоря о потерях, ты ведь имеешь в виду только своих ребят? Думаю, ты не хуже меня знаешь, что смерть претендентов была бы всё равно неминуемой.
— Это было моё решение, и мне за него нести ответственность. Комиссия с этим уже во всю разбирается. И тебя, Дэм, это не касается. Куда важнее, что ты ослушался моего приказа, чем поставил выполнение миссии под угрозу. А ещё из-за тебя погиб хороший человек.
— Если бы я отправился с вами, то скорее всего погиб бы сам. Как те семеро претендентов, которые вам доверились.
Вартанов шарахнул кулаком по столу, отчего его деревянная поверхность пошла трещиной. Проходящая мимо переговорной девушка подпрыгнула на месте, раскидав вокруг целую кипу бумаг, которую несла куда-то. Но я лишь продолжал смотреть на Леонида своим холодным взглядом. Сколько уже обвинений в свой адрес я успел услышать в прошлом. И то, что мне вменяли сейчас, уж точно не тянуло на звание самого тяжкого.
— Я хочу покинуть гильдию, — спокойно заявил я. — С денежным штрафом согласен. Бумаги желательно подписать сегодня.
— Ты… — Вартанов даже не сразу нашёл нужные слова. — Ты хоть понимаешь, чем тебе грозит эта история?
— А тебе? Хочешь я расскажу, как всё было на самом деле? Ты облажался, капитан. Тот герой, что заявился к нам на огонёк, одним взглядом парализовал всех этих доморощенных террористов. Так что не останься я там и не подпали этот чёртов шнур, ты бы просрал свою миссию, положив всех претендентов, а затем, возможно, и всех своих ребят. Не веришь мне, так спроси у тех двоих безымянных доноров, что доверились мне, а потому пережили этот кошмар.
Так недолго бывший для меня капитаном Леонид нахмурился и смотрел на меня весьма недоброжелательно. Но несмотря на это я продолжил говорить.
— Обещанная награда застлала тебе глаза. Ты просто жаждал заполучить эти очки, и всё другое для тебя стало лишь ценой, которую ты был готов заплатить. Признайся, будь ты уверен, что этого будет достаточно, ты бы и всех нас отправил умирать ради своей победы. Что, так не терпится стать «ешкой»?
Второй удар стол не выдержал, переломившись пополам. Вартанов поднялся с кресла и угрожающе навис надо мной. Я же вновь нацепил на себя маску безразличия, ожидая его дальнейшей реакции. Если он не дурак (а я думал, что нет), то на фоне личного разбирательства попробует спустить эту историю на тормозах. Ибо мои показания явно будут не в его пользу, а проверить их на правдивость будет не так уж и сложно.
— Думаешь, я не в курсе, кто ты такой? — вместо споров заявил он. — Да твоя история красным шрифтом подсвечена в твоём личном досье, чтобы рекрутерам не тратить зря время. Никто, слышишь, никто не захотел с тобой работать. Абсолютно все команды отказались, и лишь я решил дать тебе ещё один шанс. И теперь ты будешь мне рассказывать про честь и совесть?!
Дожидаться моего ответа Леонид не стал. Просто развернулся и вышел. Я же в недоумении остался сидеть на месте, предоставленный своим собственным переживаниям и мыслям. И дело было даже не в том, что меня в который раз пытались макнуть в ту историю с гибелью Странника. К этому я, наверное, привык. Но и в озвученной мной версии со взрывом в башне всё было так уж просто, как я сам только что озвучил. И я это прекрасно знал. Легко вести диалог и даже обвинять кого-то, когда по факту оказался прав. Но себя не обманешь. Я-то знал, насколько сам был близок к провалу. Любая ошибка, любая неточность в расчётах… да просто недостаток нескольких квантов удачи, и я бы сам потерпел фиаско, угробив нас всех. История любит победителей и презирает неудачников. Уж кому, как не мне, это знать.
Прождав в итоге минуты две, я уже хотел было самостоятельно добираться до выхода из здания. Но в этот момент в переговорку вошёл Геджи. Увидев разбитый стол, он невесело хмыкнул, явно понимая, кто его таким сделал.
— Что, нелёгкий разговор? — спросил он меня.
— Другого я и не ожидал, — пожал я плечами. — Но вижу, что он ещё не закончился.
— Ты про меня? Не переживай. Я лишь принёс документы на подпись.
Какое-то время он в нерешительности смотрел на надломившуюся пополам лакированную столешницу, после чего просто протянул кипу бумаг мне. Мол, сам решай, как и на чём их подписывать. Я с некоторым удивлением взял стопку, чтобы для начала хотя бы с ней ознакомиться.
Хм… Расторжение договора на стандартных условиях. Как я и хотел. Тогда для чего всё это было? Или у Вартанова было припасено несколько вариантов, на разные случаи моего поведения? А, к чёрту!
— Ручка не найдётся? — спросил я.
— Даже не будешь спорить со штрафом за расторжение? — удивился Геджи.
— А думаешь, надо? — спросил я его, но видя, как он молча протягивает мне ручку, сам же за него ответил. — Вот и я думаю, что нет.
На раздачу автографов много времени не ушло, даже несмотря на некоторые неудобства. Так что совсем скоро я передал парню документы обратно.