Чтение онлайн

И хочу, чтоб в моих строчках

за частоколом напастей, бед

стылой, отчаянной ночью

обнадёживающий брезжил свет.

 

Согревающая щедрость

К нам домой по зиме принесли огромную жёлтую

тыкву,

похожую на пузатый надраенный самовар.

Глаза от летнего солнца уже отвыкли,

и их щурил явившийся праздничный жар.

Поставленная на фаянсовую хлебницу,

золотом в тон ей отороченную,

нарядная гостья, казалось, ослепила всю мебель,

как закатное полымя сквозную рощу.

И когда за стеклом, морозными иглами утыканным,

слышу ветра удручающий шелест,

я перевожу взгляд на прижившуюся тыкву.

Как на согревающую щедрость.

 

На периферии Галактики

В. В.

Времени тяжкий жёрнов,

кажется, перемолол всё.

На въезде в деревню Жорновка

тракторное торчит колесо.

Над непахаными угодьями —

тишина беспризорного храма.

Сюда на допотопном драндулете

нередко сбегает Володя

Варламов.

Художник с особливой метой,

не принятый рынком и сообществом

братии косной.

Его живопись раздражает не игрой

тени и света —

своеобычностью космоса.

С ним всегда неусидчивая собака —

ласковый длинноухий пёс.

Володе хватает четверть бака

до недоступных, загадочных звёзд.

 

Злопамятный пересмешник

У меня есть серебряное кольцо

с отполированным в виде печатки верхом.

Я иногда поворачиваю к себе надраенное зеркальце

и вижу лицо —

улыбается от уха до уха, как в комнате смеха.

Кто это мурло, что издевается надо мной?

Уж не тот ли скрытый советчик с далёкой

росстани,

истово подбивавший идти по прямой,

которого я высмеял попросту?..

Всплыло мозглое межсезонье,

грязь несносной погоде под стать.

Потаённый подсказчик со здравыми

своими резонами.

И рисковая стёжка, зовущая попытать.

На забытом уже путей перекрестье,

как спортсмен перед прыжком с трамплина,

я набрал воздуха в лёгкие. И, выдохнув

в секунду ответственную,

выбрал тропку с адреналином.

Вернуться б на треклятое то раздорожье,

к заполненным дождевой водой выбоинам.

…Тянет губищи язвительная рожа —

его черёд лыбиться.

 

В Твери на набережной

Утро. Волга.

Набережная между двумя мостами.

Иду вдоль парапета, помеченного птицами.

Будто беспечный ветер листает

до боли знакомые страницы.

Я пережил в этом городе холод, голод.

Бежал, возвращался, гонимый тоской.

Здесь дом, лихая молодость.

И чувство родни в толчее городской.

Безоглядно добрым город не был,

даже нередко бывал суров.

Но он никогда беглецу не отказывал

в хлебе,

тепло предлагал, кров.

…Забудутся холод, голод,

забудутся снеги метели слепой.

И только останется в памяти город,

ставший тревожной и светлой судьбой.

Игорь Фролов

Фролов Игорь Александрович родился в 1963 году в г. Алдане Якутской АССР. Окончил Уфимский авиационный институт, служил в Советской армии, воевал в Афганистане (500 боевых вылетов, орден “За службу Родине в ВС СССР” III степени). Прозаик, публиковался в журналах “Бельские просторы”, “Знамя”, “Континент”, “Стороны света”, “Урал”, “Уральская новь”. Работает ответственным секретарем журнала “Бельские просторы”. Живет в Уфе. В “Новом мире” публикуется впервые.