Чтение онлайн

Вышел дед к Михалычу в кофте белой: — Пособи, — грит, — малость, а? ключ заело. Подточил бородку он, вставил ключик, видит — за воротами пруд блескучий, лодка плоскодонная, лес нечастый, небо подметенное, луг цветастый. Старичок догадливый подал руку: — Ну бывай, заглядывай, скрасим скуку. И Михалыч с горочки двинул к пляжу, — Буду, — молвил, — вскорости, петли смажу.

Свободный выбор, перемена решения

У меня большой репертуар <…> Но сейчас идет другая драма, И нельзя мне труппу подвести.

Обустроиться в стихотворенье <…> Надышать, прибраться, утеплиться, А потом уехать навсегда.

Еще последняя нам сласть дана в наследство: сначала в отрочество впасть, не сразу в детство <…> Там можно сделать встречный шаг, как одолженье, и целоваться просто так, без продолженья.

Свет Наташа! Уезжай с Курагиным <…> Но сегодня — твой он, всем кипением Юности, и жажды, и пурги <…> Пропадать — так с музыкой и пением. Все готово, дурочка. Беги!

Корделия , ты дура! Неужели Так трудно было старику поддаться? Сказать ему: «Я тоже, милый папа, Люблю вас больше жизни». Всех-то дел! Хотела, чтобы сам он догадался, Кто лучшая из дочерей? Гордячка! Теперь он мертв, ты тоже, все мертвы <…> Читай, читай, Смотри, что ты наделала, дуреха! Ну ладно, не реви. Конечно, автор — Тот фрукт еще, но в следующий раз Ты своевольничай, сопротивляйся: Виола, Розалинда, Катарина Смогли, а ты чем хуже? Как щенок, Тяни его зубами за штанину — В игру, в комедию! Законы жанра Нас выведут на свет…

О, как нам нужен еще один неожиданный поворот — такой, что даже мисс Марпл с ходу не разберет. когда уже дело ясно, как цейсовское стекло <…> и над последней главою автор занес перо, когда до конца осталось страниц, ну, может, пяток, — пусть будет та самая малость: еще один завиток <…> Один, последний, нежданный, негаданный ход конем — и мы поменяем планы, не ляжем и не уснем.

Как видим, «Три ключа» — плоть от плоти излюбленной мотивики Марины Бородицкой.

[1] Русскую параллель см. в частушке:

Мильцанер , а мильцанер, Меня обокрали. К моей целочке вчера Ключи подобрали.

Ср. еще:

There was an old man of Dundee, Who came home as drunk as could be. He wound up the clock . With the end of his cock, And buggered his wife with the key .

Русская параллель:

Уронил часы в ... я — Тикают проклятые. Я их ... завожу В половину пятого.

[2] Согласно позднейшим интерпретациям, не Волк насилует Красную Шапочку, а она соблазняет его; см.: Берн Э. Люди, которые играют в игры. М., «Современный литератор», 2002, стр. 37 — 42.

[3] См.: Панова Л. Русский Египет. Александрийская поэтика Михаила Кузмина. М., «Водолей», 2006, кн. I, стр. 413 — 414.

[4] У Бородицкой есть вариация на одну из тем «Песни песней»:

Мой возлюбленный, проснулся ты в ночи, Ищешь грудь мою, спешишь приникнуть к ней, Что подобна двойням серны. О, молчи! Сколь прекрасен ты собою, царь царей! Твой живот смуглее чаши золотой, Естество нежнее лилий на ветру. Освежите меня яблок кожурой, А уж мякоть я на терочке натру. Мед и млеко у тебя под языком, Я не чую, что сосцы мои в крови. Подкрепите меня чаем с молоком, Ибо я изнемогаю от любви («Кормящая»).

Тема «запертости на замок», восходящая к «Песни песней», лежит в основе пастернаковского «Дик прием был, дик приход...»:

Если губы на замке, Вешай с улицы другой. Нет, не на дверь, не в пробой, Если на сердце запрет, Но на весь одной тобой Немутимо белый свет, Чтобы знал, как балки брус По-над лбом проволоку, Что в глаза твои упрусь, В непрорубную тоску. <…> Гарь на солнце под замком, Гниль на веснах взаперти…

[5] Ларец, ключи, запертый дом и похищаемые в пользу будущего мужа сокровища фигурируют и в сюжетной линии еврейки Джессики.

[6] О массовой популярности этого топоса свидетельствует, например, такой графоманский текст <http://rupoezia.ru/ne-paday-na-koleni-yunyiy-ryitsar-ya-kazhdyiy-den-mechtala-o-takom/> ; 12.03.12):

Не падай на колени юный рыцарь, я каждый день мечтала о таком, Красивом, храбром, добром, званом принце, но сердце разукрашено замком . Стоишь мурлычешь что-то мне на ушко, глаза твои сияют от любви, А я такая девушка-простушка, но не могу я с вами не на вы. Ты за меня сражаешься упрямо, цветы к моим ногам и годы ты со мной. За это время я и не слыхала, чтобы встречался ты с какой-нибудь другой. Ты смотришь на меня, и только слово, и понимаю: я с тобой на век… Но понимаешь ты? на мне оковы! ведь в сердце есть любимый человек!

[7] Любопытно, что еще одна современная ироническая вариация на пушкинскую тему, «Баллада о гордом рыцаре» Игоря Иртеньева (1991), тоже строится на фаллическом образе, отчасти родственном мотиву ключа:

За высоким за забором Гордый рыцарь в замке жил, Он на все вокруг с прибором Б ез разбора положил <…> И промолвил Вседержитель <…> До меня дошел сигнал, Что ты клал на все с прибором. Отвечает рыцарь: клал ! <…> Бог вздохнул: ну что ж, иди, Хочешь класть на все с прибором, Что поделаешь, клади < http://www.ironicpoetry.ru/autors/irtenev-igor/ballada-o-gordom-ritsare.html> .

[8] Фильм вольно опирается на сюжет китайского эротического романа XVII в. «Ковер для телесных молитв» писателя Ли Ю. Ср. аналогичный мотив в русской частушке о кузнице:

Тятька кузницу построил И сказал: «Сыночек, куй!» Одна девка заказала Девятипудовый ... !

[9] Впрочем, подобные коннотации охотно вчитываются и в представления о некоторых других профессиях, сравните: