Чтение онлайн

— Потанцуй со мной, крошка, — предложил он, сверкнув титановыми зубами.

Я атаковал стремительно, но без легкомысленной поспешности, которой в свое время мастерски воспользовался Чхон на Грей-Айленде. Это было матерое, грамотное нападение, рассчитанное на скорую и беспощадную, но расчетливую расправу. Я знал, с кем имею дело. И был готов к очень серьезному отпору. Но меня все равно ждали сюрпризы.

Мощнейшие удары, которые достигали головы Блэка, не оказывали на него ни малейшего эффекта — словно я колотил кулаками железобетонную стену. Усмехаясь, «охотник за головами» играючи блокировал очередной мой хук, а затем отбросил меня пинком ноги на несколько ярдов. При падении я сшиб спиной одного из штабных офицеров, спокойно работавшего за компьютером, вместе со столом и оборудованием.

— Вот дерьмо! Что здесь происходит?! — потрясенно закричал штабист, возвращенный к реальности столь грубым и неучтивым способом.

Не прошло и секунды, как я вскочил на ноги и кинулся навстречу размеренно шагающему ко мне Блэку. Пригнувшись, подхватил лежащий на половине пути между нами разряженный автомат. Поднырнув под чудовищный удар кулака, разминулся с противником. Находясь уже за его спиной, с широкого размаху заехал прикладом по макушке «охотника за головами» — с такой силой, что приклад согнулся. Чугунная башка едва-едва начала поворачиваться ко мне, как я нанес еще один удар прикладом — на этот раз приклад преломился надвое.

Оскалив зубы от ярости, «охотник за головами» двинулся в бой, как взбешенный носорог, метя в меня слепыми отчаянными ударами, каждый из которых способен был свалить самого крепкого мужика наповал, а может и замертво. Вся фигура Блэка дышала титанической мощью, какой мне еще никогда не доводилось видеть. Единственное, в чем он уступал мне (да и то лишь немного) — в проворстве.

Преследуя меня, разъяренный великан пинками раскидывал со своего пути столы вместе с сидящими за ними штабистами, которые кричали и матерились, изумленные внезапно нахлынувшим на них насилием. Испуганные взгляды косились на Гаррисона и Чхона, ожидая, когда генералы предпримут что-то. Но они только улыбались.

— Куда бежишь, малютка?! — брызжа слюной, рычал Блэк, норовя достать меня одним из своих таранных ударов.

Уклоняясь от ужасающий ударов, я пятился от своего страшного противника, вклиниваясь в ряды наблюдавших за боем «охотников за головами». Один из них намеревался толкнуть меня навстречу Блэку, но, предвидев это, я схватил его за запястье, вывернул руку и бросил в сторону Тайсона.

Капитан «охотников за головами» в ярости отшвырнул своего товарища прочь с пути, так что тот при падении завалил своим телом еще нескольких штабистов. Красный имплантат сфокусировался на мне, второй глаз смотрел с безумной свирепостью. Это должно было испугать любого нормального человека, но гнев, клокочущий у меня в жилах, убивал чувство страха. Дерзкой ухмылкой я провоцировал его наступать.

Взревев, он бросился ко мне. Я стоял неподвижно до последней миллисекунды. Затем изогнулся, пропуская мимо себя смертоносный удар, от которого мое лицо аж обдало аэродинамической волной. Все это время моя правая ладонь незаметно сжимала у бедра армейский кинжал, который я предусмотрительно успел вырвать из ножен «охотника за головами», брошенного навстречу Блэку.

Оказавшись за спиной великана, элегантным и хорошо рассчитанным движением я вогнал острие кинжала в бок противника, в узкую прорезь меж листами бронированных доспехов — как раз напротив печени. Оставив кинжал торчать из раны, я запрыгнул на спину великана и стальной хваткой сжал его шею, намереваясь сделать завершающее движение, которым шейные позвонки противника будут летально повреждены. Но на это движение мне просто-напросто не хватило сил — слоновья шея была сродни металлическому столбу. Блэк громко взревел. Его рука потянулась к горлу и неожиданно легко разжала мои объятия, которые казались мне стальными. Крутанувшись всем корпусом вокруг своей оси, он сбросил меня со своей спины.

Благодаря инерции я пролетел не менее трех ярдов, прежде чем врезаться в опорную колонну, сбив с нее куски красивой некогда штукатурки, и упасть на пол, раздавив своим весом обломки одного из столиков. При падении мелкие осколки стекла, все еще торчащие у меня в лице, смещались, причиняя жуткую боль. Зрение левого глаза внезапно исчезло — похоже, один из осколков повредил зрительный нерв. Всей моей выдержки не хватило, чтобы воздержаться от болезненного стона.

— Кто-нибудь, разнимите их!!! — завопил один из офицеров штаба, апеллируя к генералам.

— Может, ты хочешь попробовать? — иронично переспросил Гаррисон.

— Не вмешиваться, — велел Чхон. — Это скоро закончится.

Не веря своим глазам, я наблюдал, как Блэк, скалясь в ухмылке, легко вынимает из раны кинжал. Секунду он задумчиво вертел его меж пальцев. Затем, взявшись другой рукой за лезвие, демонстративно согнул его — легко, словно пластилин.

— Что, страшно? — ухмыляясь, прошептал «охотник за головами», бросая себе под ноги исковерканное лезвие. — Я неуязвим, идиот.

— Сейчас проверим, — прошептал я.

Блэк сделал в мою сторону первый тяжелый шаг в тот самый миг, как я, кувыркнувшись, настиг неподвижно лежащего меж разломанных столов «охотника за головами», ставшего случайной жертвой ярости великана. Моя ладонь потянулась к набедренной кобуре, в которой хранилось запасное оружие спецназовца — пистолет 38-го калибра с пулей повышенного останавливающего действия. Этот прием был явным нарушением правил рукопашной схватки и мог стать поводом для остальных открыть по мне огонь. Но терять было нечего — голыми руками мне было его не одолеть.

Я распрямился и выбросил вперед руку с зажатым в ней пистолетом, снятым с предохранителя, когда Блэк был всего в двух шагах от меня, и уже заносил для удара свою клешню. Мушка остановилась на середине широкого лба. И это был, пожалуй, единственный случай в моей жизни, когда я действительно испытал удовлетворение, спуская курок.

Грозный свинцовый посланец ударился в середину лба, легко вонзаясь в кожу. Сразу следом за этим донесся металлический лязг, с которым пуля… срикошетила?! «Этого не может быть», — протестующее завопил мой рассудок, отрицая очевидное. Второй выстрел я сделать не успел. Стальная лапища схватила мое запястье и вывернула его, заставляя выронить пистолет, в то время как вторая, сжатая в кулак — нанесла удар мне в середину грудной клетки. В ушах затрещало — это был звук, с которым сминались под кожей мои собственные рёбра.

Воздух вышел из моих легких, как из лопнувших воздушных шариков, а во рту я ощутил солоноватый вкус крови. Потрясенный, я мог лишь безучастно наблюдать, как мою руку безжалостно заламывают, заставляя меня упасть на колени, а затем мое тело легко возносится вверх, на высоту свыше семи футов, удерживаемое, словно перышко, могучей хваткой исполина.

— Все видели это?! — торжествующе прохрипел подо мной Блэк, обращаясь к двум десяткам изумленных штабистов, забывших о своих обязанностях, и сосредоточивших все внимание на беспощадной драке. — Все поняли, что будет, если стать на пути у «охотника за головами»?!

Выражение глаз людей было красноречивее ответа. Мой взор, затуманенный болью, остановился на безучастной физиономии генерала Чхона. Я не ждал уже, что он спасёт меня от гибели. И умолять об этом не собирался. Надеялся только, что этот монстр, порожденный недальновидным руководством Содружества, как и Гаррисон, когда-нибудь ответят за все совершенные им преступления.

В этот момент помещение внезапно содрогнулось. С потолка начала грудами сыпаться штукатурка. Монотонное бормотание в наушниках штабистов прервалось всплеском панических выкриков и треском канонады. Немногие из уцелевших после драки воздушных экранов заполнили светящиеся красным цветом предупреждения и изображения с каких-то камер, на которых было много светящихся вспышек и огня.