Чтение онлайн

В 1990-е годы в коллекцию возможных историй о геях добавился третий персонаж: гей, больной СПИДом. Большинство активистов гей-движения считают СПИД водоразделом – поворотом к организованности, признанию, силе. Как ни парадоксально, кризис СПИДа принес гей-сообществу признание и известность, хотя и проклятие тоже. Как и в сценарии о раскрытии своей гомосексуальности, сценарии о СПИДе – это безопасный фильтр, сквозь который стоит воспринимать геев. Не все, но большинство гомофобов согласятся с тем, что смерть молодых людей от СПИДа – это трагедия. В шоу «За тридцать» авторы не могли показать двух обнимающихся геев, но могли привести их разговор о том, как грустно, когда умирает друг.

Как все изменилось в последующие годы! Вторая половина 1990-х годов принесла с собой несколько беспрецедентных историй о геях на голубых экранах, и самым знаменательным было появление одновременно реальных и игровых фильмов Эллен Дедженерес (Ellen DeGeneres). Когда было объявлено, что героиня-лесбиянка Дедженерес будет целоваться на экране, за бегством одних рекламодателей – в том числе компаний Mazda, Chrysler, JCPenny и Wendy’s – последовал наплыв других компаний, которые хотели, чтобы в этом эпизоде появились их названия. В конце концов, NBC удвоила стоимость рекламного времени, освободившегося благодаря поцелую геев [248] .

Этот сдвиг, и с точки зрения присутствия в масс-медиа, и с точки зрения коммерческой привлекательности лиц геев на телевидении, произошел благодаря нескольким факторам, в том числе новым угрозам со стороны стремительно развивающегося кабельного телевидения, заставившего сетевые телеканалы радикально диверсифицировать свои программы. Вместе с этим растущие протесты активистов движения за права геев в сочетании с осуждением гомофобии заставили руководителей телеканалов попробовать войти в эти новые воды.

Сетевые телеканалы неутомимо отслеживают самые современные тенденции и изменения в культуре и точно так же, как в 1950-е и 1960-е годы, они изо всех сил пытаются сделать так, чтобы мир, созданный на телеэкранах, как можно больше был похож на представления большинства зрителей. Но телевизионные маркетологи отслеживали не только то, что происходило в реальном мире или в теленовостях; они пытались повторить успех друг друга. В результате барьеры стали падать один за другим, и процесс набрал скорость. В 1990-х годах на разных телеканалах выходило в общей сложности около 50 сериалов, в которых по стоянными героями были лесбиянки, геи или бисексуалы – таких персонажей (проходных или постоянных) было вдвое больше, чем телевидение видело за всю свою историю [249] .

Движение к большей открытости геев и лесбиянок возникло не само по себе; оно отражает годы активной борьбы таких групп, как Mattachine Society, Daughters of Bilitis, в 1950-е и 1960-е годы. Затем, в 1990-х годах, возникли такие группы, как ACT UP, Queer Nation, OutRage! и Lesbian Avengers. Одной из основных целей мириад движений геев и лесбиянок в XX веке было стремление разбить стену позора и молчания, так долго окружавшую сексуальные меньшинства, и заставить массовую культуру Америки хотя бы признать существование гей-сообщества.

За счет этого движения повысилось внимание к масс-медиа: от вездесущей «Великолепной пятерки» (Fab Five) из шоу «Голубые о натуралах», которая обогатила современный лексикон такими странными терминами, как tjuzing [250] и mancscaping [251] , сериала «Когда парень встречает парня» (Boy Meets Boy) – первого реалити-шоу, где геи знакомились друг с другом, до вечно популярного «Уилл и Грейс» (Will & Grace). А в феврале 2005 года сеть MTV запустила отдельный кабельный канал LOGO для геев. Джуди Макграф (Judy McGrath), президент группы музыкального и развлекательного телевидения MTV, говорит: «LOGO – это об идентичности: о личной и коллективной идентичности, присутствующей в сообществах геев и лесбиянок, удивительно разнообразных, но объединенных одинаковыми взглядами и открытостью к новому» [252] .

Первую половину текущего десятилетия можно считать показательной – СМИ будут и дальше описывать и обсуждать проблемы и жизнь гей-сообщества. Даже мыльные оперы – мастера эскапизма – начинают систематически говорить о гомосексуализме: на смену трагическим и быстро исчезающим геям приходят персонажи, у которых есть не только прошлое, но и будущее. Первым растопил лед сериал «Все мои дети» (All My Children), когда в нем появилась юная лесбиянка Бьянка Монтгомери (Bianka Montgomery) [253] . Важность этих перемен не стоит недооценивать; кроме нее, единственные геи и лесбиянки на дневных телеэкранах Америки – те, кто выходит на сцену шоу Джерри Спрингера (Jerry Springer) и рассказывает об очередной интрижке мужа с другим мужчиной или раскрывает секреты очередной «двойной жизни» с переодеванием в женское платье.

В контексте исследования «будущего мужчин» появление в СМИ огромного количества вымышленных и реальных геев важно не просто потому, что это демонстрация сторон жизни, которые так долго были скрыты. Еще важнее демонстрация того, что мужчины-натуралы готовы слушать геев, уважать их и даже следовать их советам. «Новое здесь в том, – пишет один критик, – как идентичность гетеросексуального мужчины на телеэкране воспринимается по сравнению с женщинами и мужчинами-геями, и ... в том, что она нужна» [254] . В результате гетеросексуальные герои телеэкранов сегодня охотнее демонстрируют свои эмоции и даже слабости, что раньше могли себе позволить только такие персонажи, как женщины или мужчины-геи.

Вспомните Тони Сопрано (Джеймс Гандольфини (James Gan doflini)) из сериала телеканала HBO «Клан Сопрано» (The Sopranos) – босса мафии, который борется с приступами паники с помощью психотерапевта и антидепрессантов. Или Эдриена Монка (Тони Шелхауб (Tony Shalhoub)) из сериала USA Cables «Монк» (Monk) – детектива, страдающего навязчивыми идеями и целой кучей фобий. Или Нейта Фишера (Питер Краузе (Peter Krause)) из сериала «Шесть футов под землей» (Six Feet Under) того же HBO – продавца здоровой пищи, ставшего директором кладбища, регулярно беседующего со своим покойным отцом [255] .

Фактически более многогранные характеры геев и позитивные модели мужественности часто появляются в одном и том же сериале. Как заметил телекритик Дэвид Зуравик (David Zuravik) в газете Baltimore Sun, «новое отношение к маскулинности отражают и современные персонажи-геи. Например, в сериале “Шесть футов под землей”, актер Майкл С. Холл (Michael C. Hall) играет молодого гея по имени Дэвид Фишер, у которого есть проблемы с сексуальной ориентацией и ощущение отстраненности (внетелесные переживания). Но в то же время он руководит семейным бизнесом – похоронным бюро, а его брат-натурал Нейт погряз в алкоголе, наркотиках и ненависти к себе» [256] .

Растущее принятие мужчин, имеющих проблемы, – только половина истории. Всплеск интереса к мужчинам-геям все чаще вытесняет мужчин-натуралов на периферию, показывает их в роли проблемных или отрицательных персонажей и в то же время приближает мужчин-натуралов к модели, представленной геями. Именно таким было влияние программы «Голубые о натуралах», в которой продюсеры находили мужчин, не способных решить какую-то проблему самостоятельно, а потом наблюдали, обратятся ли они за советом и поддержкой к группе уверенных в себе геев. В процессе шоу герои программы восстанавливали самооценку и уверенность в себе, а кроме того, узнавали, как накладывать маску для лица и мариновать лосося.