Чтение онлайн

По дороге мы слышали и видели сквозь раскрытые окна машины, что фанаты в «рафиках» врубили свои магнитофоны с нашими песнями на полную громкость и активно веселятся. Прохожие с интересом прислушивались к раздававшимся из их машин знакомым голосам. На одном из перекрёстков в центре один из наших «рафиков» тормознул ГАИшник, пытавшийся возмутиться таким наглым поведением на дороге. Я сдал на «Волге» назад и вышел из машины. Автоинспектор меня узнал, но решил идти на принцип. Я пригласил его посмотреть на мой пропуск на лобовом стекле, после чего он заметно стух. Затем я решил его добить окончательно и достал своё удостоверение. Не раскрывая его, я показал ему три заветные буквы на корочке. Против таких веских аргументов у ГАИшника никаких контраргументов не нашлось и он только молча мне козырнул. Вот так, даже права не спросил.

Я понимаю, что это обыкновенное мальчишество, но как же нас всех достали эти инспектора. Хотелось просто оттянуться по полной. Все водители меня прекрасно поймут. Если бы и у них были такие непробиваемые бумаги в карманах, я уверен, что все поступили бы также.

К половине пятого мы всей автогруппой подъехали к ДК им. Горбунова, где нас уже ждала знакомая машина со световым оборудованием и новым для всех видеопректором. Если всё с ним сегодня получится, то мы будем на советской эстраде первыми, кто его применил именно для выступления музыкальной группы. Мы все вышли из машин и я направился к осветителям. Поздоровавшись, спросил их:

— Как настрой?

— Нормальный, — ответил старший из них. — Мы привезли видеопроектор и приблизительно догадываемся, что ты хочешь с ним сделать. Ты хочешь показывать во время выступления на заднике свои клипы. Так?

— Всё правильно. Так я и задумывал.

— Значит, мы можем предложить тебе оптимальное место для его установки, чтобы он не мешал вам выступать.

— Отлично, я как раз хотел с вами это обсудить.

Мы всей этой немаленький толпой направились в здание Дома культуры через боковой вход. Светотехники тащили своё оборудование, наши фанаты им в этом активно помогали. Серегины музыкальные инструменты несли тоже они, только я один со своей гитарой выделялся из нашей группы, так как вторую доверил нести Димке.

Сцена нам была уже хорошо знакома, так что каждый сразу занялся своим делом. Дымогенераторы разместили там же, где и прошлый раз. С арочной конструкцией пришлось повозиться, так как необходимо было правильно установить видеопроектор, чтобы он не мешал ни нам, ни дискошару. Я дал мастерам видеокассету с нашими пятью английскими клипами и они методом тыка и такой-то матери стали подбирать оптимальную позицию для него. В процессе установки все смотрели наши клипы, так как их по телевизору показали только один раз, да и на большом экране они смотрелись совсем по-другому.

— Мы сегодня меняем порядок песен, — сказал я и раздал напечатанный заранее список того, что мы будем сегодня исполнять. — Первой у нас будет «Holding Out for a Hero», потом «The final countdown», «Maniac» и так далее. Давайте прогоним по списку по первому куплету все наши английские, а потом русские песни.

Я попросил светотехников запустить ещё раз кассету и мы начали прогон. Было сначала непривычно, потому что мы пытались ориентироваться по нашим клипам, но потом привыкли и всё пошло уже по накатанной. Все фанаты расселись на первых трёх рядах пока пустого зала и внимательно следили за нашей репетицией. Её мало кто мог видеть, кроме нашего близкого окружения, поэтому это было для них даже круче, чем сам концерт. Я попросил обратить внимание, что дым запустим в начале второй, седьмой, пятнадцатой и двадцатой песни. Списки с порядковыми номерами песен я им тоже раздал и заставил их сделать в них пометки. Это на Вольфсона или кого другого не свалишь, приходится делать самому.

Я ещё попросил раздобыть что-либо похожее на трон и местный завхоз повёл моих двух фанатов в свои закрома. Фотоаппараты в этот раз были почти у всех ребят, так что снимков у нас будет много. Репетиция прошла хорошо, я остался доволен. Солнышко распелась, поэтому я был за неё спокоен. Вчера я выпросил у Ольги Николаевны понравившуюся мне испанскую гитару и барабаны Бонго, не на совсем, конечно, а на время. Так что будет чем удивить сегодняшнюю публику. К Alhambr’е пришлось прикрепить звукосниматель и подключить её к усилителю, так как зал был слишком большой для обычной шестиструнной гитары, даже приставленный к ней близко микрофон бы не помог.

Когда мы закончили репетировать, приехал Вольфсон. Мы с ним быстро обсудили завтрашний концерт с финансовой точки зрения. Официальный заработок нашей группы был невелик, так как шёл по ставке «Москонцерта», но Вольфсон знал все схемы получения неофициальных доходов с концертов, поэтому мы должны были получить около двенадцати тысяч рублей, что, по нынешним нашим меркам, было не очень много. Мне в фунтах платили столько же за продажу одной песни, сколько за один концерт в «России» в рублях. Но это был престиж, который уже невозможно было измерить деньгами.

Мы долго разговаривать не могли, так как нам надо было переодеваться. В этот раз мы заняли две гримерки. Серегу с Ирой мы отправили во вторую, небольшую, а сами расположились в той, в которой были в прошлый раз. Маша стала активно помогать Солнышку переодеваться в английское старинное платье и делать ей причёску, а я стал облачаться в рыцарские доспехи, благо они были сделаны из облегчённого металла, поэтому в ничьей помощи не нуждался. Мы попросили сотрудников сцены заранее закрыть занавес, чтобы наш выход никто не видел.

Маша очень быстро помогла Солнышку справится с платьем и принялась за её лицо. По её совету мы захватили с собой большой косметический набор, поэтому сделать из красивой молодой девушки ослепительную красавицу Маше труда не составило.

— Маш, а ты здорово за это время научилась работать визажистом, — сказал я, глядя на похорошевшую и повзрослевшую Солнышко. — За такую работу тебе полагается премия в размере оклада.

— Я рада, что ты, наконец-то, оценил мою работу, — произнесла Маша, нанося последние штрихи на лицо Солнышка. — Ну вот и всё, твоё Солнышко полностью готово к выступлению. Давай теперь и ты присядь, я по-твоему лицу немного кисточкой пройдусь, чтобы не очень блестело к концу первого отделения.

Я покорно сел в кресло и Маша стала колдовать уже над моим лицом. Правда, я смог высидеть только пару минут, после чего предупредил Машу, что сеанс грима закончен и что под шлемом на первой песне его никто, всё равно, не увидит. Девчонки засмеялись, а я подумал, что если бы я жил на Востоке, то женился бы на них двоих сразу и был бы у меня такой мини-гарем. Хотя зная свою кобелиную натуру, я бы точно на двух не остановился. Да, что-то меня опять не туда потянуло. Мои мысли вовремя прервал стук в дверь, после чего вошедший незнакомый мне мужчина передал конверт и сразу вышел. Запомнили моё требование ещё с прошлого нашего концерта, что деньги я беру всегда вперёд.

Шлем я пока одевать не стал, так как ходить с ним на голове за кулисами то ещё удовольствие. Когда мы вышли на сцену, занавес был опущен, поэтому из зала нас видеть никто не мог. Вокруг были только свои и увидев нас, Димка даже ахнул.

— Ну вы даёте, — воскликнул он, внимательно разглядывая нас со всех сторон. — Прямо как с экрана только что сошли, эффект просто поразительный.

— Так это те же костюмы, что и в клипе, — ответил я, поправляя меч. — Не видел, ребята трон нашли?

— Он вон там, за портьерой стоит. Принести?