Чтение онлайн

Дома меня ждала идиллическая картина: Маша на кухне занималась с Солнышком. И они, действительно, готовились к завтрашним экзаменам. Только готовилась одна Солнышко, а Маша ей в этом помогала. Они обе прервали своё занятие и посмотрели на меня, когда я вошёл к ним.

— Привет, девчонки, — сказал я, затаскивая многочисленные пакеты с продуктами на кухню. — Помогайте разбирать. Тут и цековский заказ, и продукты из «Берёзки».

Чего женщины любят больше всего на свете, так это покопаться в том, что им принесли в клювике их добытчики-мужчины. Они сразу начали доставать всё из пакетов и обсуждать различные красивые банки с деликатесами. Я предупредил их, что я уже обедал и пойду схожу сначала в душ, а потом поваляюсь немного в спальне. В душе, естественно, мне никто не мешал, а вот полежать на кровати мне, наглым образом, не дали.

— Дорогой, — сказала мне Солнышко, хитро улыбаясь, — мы сегодня обещали Маше подарить какие-то подарки.

— Да, я помню, — ответил я. — Пакет с подарками для неё лежит в комнате, где стоит синтезатор.

И они обе отправились туда, куда я им сказал. Я-то думал, что эти две подруги возьмут пакет и пойдут изучать его содержимое на кухню. Но не тут-то было. Они опять притерлись ко мне, сели с другого края на кровать и Маша достала наши, а скорей, мои подарки и начала их внимательно рассматривать. Она сидела обалдевшая от вида того, что она увидела. А потом Солнышко стала эмоционально рассказывать ей, что и как надо правильно использовать. Да ещё в таких подробностях, что я даже сам обалдел. Маша сидела, открыв рот от удивления. Видимо, Солнышко решила на ней отыграться за надоевшие ей уроки и очень дотошно, в мельчайших деталях, объясняла, что и куда засовывать и какие она при этом испытывала ощущения.

Вот если бы я два с половиной часа назад не «разгрузился» два раза с Наташей, то я бы точно завалил этих двух сексуально озабоченных подруг прямо здесь, на кровати. Хорошо, что они на себе не стали показывать и пробовать всё это. Это я ещё стерпел. Мне было интересно за ними наблюдать со стороны. Маша просто лучилась восторгом и удовольствием, предвкушая то, что она сегодня вечером будет со всем этим делать, а Солнышко нашла в своей подруге благодарного и внимательного слушателя. Ведь кому о таком можно рассказать, когда в СССР секса нет. Вот и делились самым сокровенным две подружки, которые считали меня своим даже в таких интимных вопросах. Что одна, что вторая.

Но когда они отложили игрушки для взрослых и перешли к разглядыванию картинок в «Камасутре», я не выдержал. Эти две, несдержанные на язык хулиганки, стали обсуждать, что и у кого на картинках шире или толще, а потом стали придумывать, как бы они сами это сделали, комментируя весь процесс в деталях.

— Так, бесстыжие, — гаркнул я на них, — хватит сплетничать на эту животрепещущую для любого мужчины тему и занялись бы вы лучше опять подготовкой к экзаменам.

— Мы уже позанимались, — сказала засмущавшаяся Солнышко и было понятно, что больше они заниматься учёбой не будут, хоть ты их режь. — И к тому же завтра нас никто гонять особо не собирается. Ты же сам слышал, что нашему завучу сказал Леонид Ильич. Что он нас ждёт в Завидово уже в десять, а ехать туда, как минимум, час. То есть на экзамены у нас остаётся меньше часа. Так что на каждого из нас приходится всего лишь по тридцать минут.

— Значит, всё уже подсчитала и сделала вывод. Ладно, черт с вами, отдыхайте. Маш, как тебе подарки?

— Слов нет, одни эмоции. Я о таких приспособлениях вообще ни разу в жизни не слышала. И спасибо вам огромное. Теперь я с Олегом уж оторвусь от души.

При последних словах Маша с хитринкой в глазах посмотрела на меня, давая понять, что никакого Олега не существует и отрываться она будет только со мной. И мне стало приятно и спокойно на душе. Ещё месяц назад это была обыкновенная девчонка, у которой никакие секреты ни в одном месте удержаться и пяти минут не могли. А теперь это совсем другой человек. Одним словом Женщина с большой буквы.

— Слушай, Маш, — продолжил я. — Ты то сама хочешь полететь с нами в Лондон?

— Ещё спрашиваешь. Я теперь спать ложусь с мыслью о нем. Я даже справочник по улицам столицы Великобритании у нашей училки по английскому выпросила с возвратом. Теперь каждый день обязательно час перед сном его изучаю.

— Молодец. Я принцу Эдварду о тебе рассказал по телефону и он очень заинтересовался. Я, правда, сказал, что я тебе песню уже написал для концерта.

— Подожди. Ты хочешь меня на сцену перед королевой и её придворными выпустить?

— А что тут такого. Обычный концерт будет в саду Букингемского дворца.

— Ой, мамочки. Так песни же ещё нет, а ты всем уже пообещал.

— Она есть у меня в голове, её нужно только сыграть. Ладно, у нас ещё есть полтора часа свободного времени и я пойду займусь её написанием. Только минут пятнадцать меня не беспокоить. После этого я сам вас позову. А вы пока идите и перекусите, а то потом на концерте будете ходить голодными.

Они отправились на кухню, а я пошёл к синтезатору. У меня в мозгах созрела грандиозная идея создать из Маши вторую Бритни Спирс. А что, всё при ней. И голос, и фигура, и темперамент. Только вот надо будет ей громкое имя подобрать, а то её нынешнее на Западе не прокатит. Так, начнем по порядку и возьмем самую первую песню Бритни под названием «Baby One More Time». Будем делать из неё нимфетку, этакую сексуально привлекательную девушку-подростка, кем она на самом деле и является. Этот термин получил распространение благодаря роману Владимира Набокова «Лолита» и в 1999 году появится даже тренд «поп-Лолита». Ну что ж, приступим. Я тихонечко наиграл мелодию, а потом спел. Пришлось при повторном исполнении постараться изобразить манеру Бритни Спирс и у меня это довольно неплохо получилось.

Я пошёл на кухню за своими двумя, можно сказать, жёнами, где они уже заканчивали свой поздний обед или ранний ужин.

— Всё, Маша, — сказал я и сделал многозначительную театральную паузу, чтобы их двоих заинтриговать, — ты через две недели станешь звездой и будешь зарабатывать миллионы.

— Неужели получилось? — радостно воскликнула Маша и бросилась мне на шею, абсолютно не стесняясь Солнышка, которая на это уже давно не обращала никакого внимания. — Спасибо тебе большое-пребольшое.

— Небось опять новый стиль придумал? — спросила с улыбкой Солнышко.

— Почти. Этот стиль уже известен, но я придумал его новое направление.

— И как он называется?

— Teen pop. Вы у меня обе владеете английским языком, так что легко переведёте.

— Музыка для подростков, — ответила более подкованная в музыкальных делах Солнышко.

— Точно. Музыка для тинейджеров, то есть для тех, кому от десяти до двадцати. Это огромнейшая аудитория и хорошие песни для них мгновенно становятся мегапопулярны. К тому же, мы сами тоже пока тинэйджеры и этим надо пользоваться. Его характерные черты выражаются в хорошо обработанном вокале исполнителя, отточенных танцевальных движениях и визуальной привлекательности. Привлекательности у Маши хоть отбавляй, голос есть, а с танцами я, так уж и быть, помогу. Как и с самими песнями.

— Здорово ты придумал, — сказала Маша и, наконец-то, отпустила мою шею.

— Ну что, готовы услышать мегахит? Он называется «Baby One More Time»

— Готовы, — ответили, нет, даже пропели в унисон, эти две мои звезды, уже не раз певшие вместе.

Мы пошли втроём в другую комнату и я им исполнил то, что стало бы хитом только через двадцать лет, а станет им уже через двадцать дней. Мои две тинэйджерши, когда я закончил петь, запрыгали от радости, поняв, что это будет действительно нечто потрясающее. Вот ведь странно. Они друг другу совсем не завидуют и обе радуются новой песне, как своей.