Чтение онлайн

Удивительно, но первые проблемы мы встретили только проплывая вдоль рюглендских земель. Во время плавания мы то и дело видели снующие вокруг нас корабли. Они находились на грани горизонта, но не приближались к нам. Либо людей отпугивало кабанье знамя, что гордо реяло на мачтах всех трёх кораблей, либо же три крупных судна были слишком тяжёлой добычей для местных пиратов. Конечно, в теории можно было забороть полтысячи хорошо оснащённых путешественников, но прежде любого агрессора на щепки разберут пушки, расставленные по бортам кораблей. В последние дни перед отплытием их количество было увеличено, да так, что на «Чёрном Звере» было не десять, двадцать орудий, а затинные пищали дошли до трёх десятков. Потому-то мы никого и не боялись, будучи готовыми отразить любое нападение.

Что же проблемы появились у берегов Рюгленда? Это был достаточно большой флот из дюжины одномачтовых коггов. Они были больше похожи на береговую охрану, чем на военный флот, но они всё равно упёрто двигались в нашу сторону. На каждом из них было не больше двадцати воинов, а тяжёлого вооружения было вовсе не видать. Я бы просто не обращал на них внимание, только изредка поглядывая поверх бортовых пушек. Вот только эти корабли имели паруса с символом Церкви Высоких Предков и сей заключённый в круг квадрат заставлял моё веко дёргаться всё сильнее.

– Что делать будем, Вадим?

Ко мне сзади подошёл Вирт, подкидывая на своей ладони метательный кинжал. Он смотрел на корабли, но не выказывал хоть какой-то озабоченности по поводу приближения к нам потенциально вражеского флота. Похоже было, что старого аристократа не волновал факт столкновения с церковью и сейчас он рассматривал их исключительно с точки зрения врагов наёмничьей армии.

Неожиданно, из всех кораблей, выстроившихся в цепь и развернувшихся к нам бортами, отделилось одно судно, кое быстро приближалось к «Чёрному Зверю». Похоже было, что получится немного оттянуть возможную бойню, дав пушкарям время для подготовки.

– Похоже, что они настроены на разговор. Я дам им его. Пусть подплывают, а остальных берите на прицел. Бейте если я скомандую атаковать. Пусть они поизучают дно.

Вирт отступил, а я стал наблюдать за тем, как приближается корабль. К нему на встречу выплыла лодка с всего одним бойцом, который пришвартовался у борта передового кога. Оттуда спустилось двое воинов, и лодка легла на обратный курс. Не прошло и получасу, как гости от церковного флота прибыли на борт нашего корабля. Это были уже не молодые люди и прибыли на борт моего корабля одоспешенными. Двое делегатов были похожи друг на друга: невысокие, обритые наголо и хмурые. Единственное, чем можно было их различить, так это головным убором. Один носил фетровую шляпу с широкими полями, тогда как второй капюшон своего плаща. Они окинули презрительным взглядом окруживших их бородатых суров, которые спокойно смотрели на этих служителей Предков. Причина призрения со стороны церковников была понятно, ведь суры, хоть и были ветвью одного из Предков, но верили исключительно в своих богов.

– Приветствую вас, ларингийцы, зачем же вы прибыли на мой корабль? – спросил я, стараясь не выказывать агрессии, но поправив на поясе кобуру с пистолем.

«Капюшон» посмотрел на меня, поправил капюшон на макушке и заговорил хриплым голосом, - Вы проплываете в водах Ларингийского Королевства. Вы получили путеводные грамоты?

Введение этих «грамот» было недавней реформой, которую ввели на следующий год после моего отплытия в Сурию. Фактически, этот шаг был продиктован не нуждами Ларингии, а желанием Церкви контролировать всё больше государственных институтов королевства. У них это получалось отлично, ведь государство после тяжёлой гражданской войны и столкновения с Рюглендом, практически развалилось на независимые герцогства и графства, но сейчас удерживалось исключительно за счёт силы церковников. У меня складывалось серьёзное ощущение, что Церковь рано или поздно полностью возьмёт под контроль всё государство и в открытую провозгласит свою власть.

– Нет. Мы не собираемся входить в ваши порты. Если вы прибыли на мой корабль с дружеским визитом, то я с удовольствием напою и накормлю вас, но если вы соблюдаете свои обязанности, то прошу вас покинуть мой борт. Иначе я буду рассчитывать ваше здесь пребывание, как вторжение и не побоюсь открыть стрельбу.

«Шляпа» положил ладонь на плечо своего товарища и шагнул из-за его спины. Посмотрев на меня, он прокашлялся и заговорил куда как более мелодичным голосом, - Можем ли мы узнать ваше имя, господин?

– Вадим Чернореченский. Командир «Кабаньей Армии».

Не сказать, что в глазах делегатов промелькнула хоть частичка удивления. Они и так прекрасно знали кто я такой, а потому сейчас просто пытались разведать ситуацию, шаря взглядом по палубе «Чёрного Зверя».

– С вами был договор. Вы должны были покинуть земли любого, кто верит в наших Предков. Вы нарушаете свой слово, Вадим.

– Мы договаривались на землю, а сейчас я на воде. Если вы намереваетесь выдать мне приговор, то я с удовольствием решу эту неурядицу. – для пущей серьёзности своих слов, я вытянул из кобуры пистоль, но пока не взводил, позволяя церковникам убраться по-хорошему.

Последователи Высоких Предков намёк поняли и без слов стали спускаться обратно к ожидающей их лодке. Лодка быстро отвезла временных посетителей и вернулся обратно. Я же пока не спешил отдавать команду к продолжению движения, наблюдая за коггами. Те и не думали разворачиваться и ложиться на обратный курс. Меня это серьёзной напрягало, но я не решался первым начать бой, хотя воины и корабли были готовы. Несмотря на то, что я не мог разместить на борту больше пушек, наша огневая мощь всё равно была гораздо выше, чем у противника. На строй коггов смотрело практически три десятка пушек и одним удачным залпом можно было пустить на дно весь вражеский флот. Печалил тот факт, что Мадир хоть и разработал орудийные бомбы, способные разить врага осколками, но достаточного запаса их всё же не было. Хранились ещё и цепные книппели, представляющие из себя полусферы, скреплённые цепью, но их было решено использовать только в крайнем случае, чтобы сбежать от превосходящего по силе флота. С церковниками же я был готов закуситься.

Двенадцатый корабль, до того выступивший чуть вперёд, вернулся к своим собратьям и встал в строй, развернувшись к нам бортом. Их атака была бы бессмысленной и даже самоубийственной, но церковники, будто бы, совсем не собирались отступать. Не было даже видно птиц, которые могли бы сейчас отправиться с посланием к берегу. Если с континента прибудут ещё корабли, то наша ситуация может перевернуться с ног на голову и тогда будет куда сложнее разрешить ситуацию миром. Понимал это далеко не один я, но всё равно не решался отдать приказ к залпу.

– Вадим, надо либо продолжать движение, либо атаковать. Тут нам стоять бестолку. – наседал на меня Радим, - Ветер дует в нашу сторону, и мы на одних парусах от них уйдём.

До вражеских кораблей было не меньше четверти километра и с такого расстояния они не представляли хоть какой-то опасности. Похоже, что церковники продумали иначе. Я заметил с той стороны внезапно появившееся белёсое облачко. С такого расстояния оно было небольшим, и я даже не сразу понял причину его появления. Прочем, причина оказалась весьма прозаичной, и она ударилась в мачту выше меня. Пуля врезалась выше меня метров на пять, не причинив даже неудобств. Я медленно обернулся, смотря на место попадания, одновременно с тем понимая, что мирного решения вопроса не будет.

– Огонь!

Пушкари среагировали практически мгновенно. Едва успел вырваться последний звук из моего рта, и тут же раздалась пальба орудий. Из трёх десятков стволов вырвались тяжёлые ядра, устремившись в сторону маленьких судёнышек, словно Моська решившихся бросится на слона. Я пожалел, что здесь ещё не изобрели подзорных труб, но даже на таком расстоянии картина была замечательная. Всего пять ядер не достигли своих целей, а остальные исполнили возложенную на них цель. Бомбы влетели в борта коггов и через несколько секунд раздались многочисленные взрывы, слившиеся в приятнейшую симфонию. На месте небольших кораблей расцвели красивейшие бутоны из огня и щепок. Я увидел, как с борта взлетел один из моряков. Прямо в полёте от тела отделилась голова и разделённый церковник рухнул в воду, подняв мириады брызг. Примеру своего мёртвого товарища последовали другие церковники, ведь множество кораблей стали стремительно погружаться на дно, утягивая за собой экипаж.