Чтение онлайн

— Свежие новости, — вяло произнёс паренёк, увидев во мне человека, которому можно вручить очередную листовку.

— Спасибо, не интересует, — отказался я, памятуя о прошлом инциденте. Вроде бы и парень другой, а брать газетки уже не хочется. Вот так из-за одного неблагополучного человека у кого-то рушится репутация и бизнес.

Уже у выхода с вокзала старушка попыталась продать мне расстегай с мясом, но я вовремя вспомнил печальный опыт из прошлой жизни и отказался. Тогда всё закончилось печально: весь вечер я провёл верхом на белоснежном фаянсовом троне аки император. Повторять такой печальный опыт мне совершенно не хотелось.

Отойдя буквально на шаг от бойкой старушки, я замер, но не потому, что передумал на счёт пирожка. На стене здания вокзала висело объявление:

«Двадцать четвёртого января состоится встреча с профессором Жжёновым в здании Градовецкой академии артефакторов».

Ниже была приведена подробная информация о мероприятии: время, адрес, пункты программы. Ошибки быть не могло, тот самый профессор Жжёнов, о котором я столько слышал, лично приедет в Градовец. Мне не придётся искать время и возможность вырваться на его лекции в Москву, или какой-нибудь другой крупный город. Такой шанс нельзя упустить! К счастью, встреча должна была состояться в день, когда я буду с ночи.

— Пирожочек? — с надеждой в голосе произнесла женщина. — Ещё тёпленькие. С ливером, капусткой, горохом…

— Благодарю, но нет.

Я ненадолго задержался, чтобы оценить качество выпечки. Целитель я всё-таки, или нет? Могу ведь заметить, если еда испорчена. К счастью, эти пирожки были действительно свежими, как и расстегай. Возможно, женщина встала рано утром, чтобы испечь их к началу дня, но покупать их я всё равно отказался. Нужно держать себя в границах и есть поменьше мучного. Сейчас обмен веществ такой, что легко перемелет эту еду, а вот лет через десять начнутся проблемы.

В этот день я наконец-то сходил в бассейн после долгого перерыва. С непривычки мышцы гудели после занятия, поэтому пришлось немного поддержать их с помощью целительского дара.

— Лер, какие планы на следующий выходной? — поинтересовался я у девушки, когда мы шли с бассейна домой.

— Подменяю подругу из другой бригады, а потом ухожу в отпуск и еду домой, — призналась девушка.

— Отпуск?

— Ну, да. Каждый целитель имеет право пойти в отпуск через полгода после устройства на работу. Тебе разве не говорили? Мои полгода наступят через неделю, и я жутко соскучилась по дому.

— А из какого ты города? — поинтересовался я, понимая, что слишком мало знаю о девушке, с которой уже месяц общаюсь.

— Есть такой городок Вяжли, далеко к юго-востоку отсюда, — призналась девушка. — Сорок тысяч население, стоит на речке Вяжле, впадающей в Светлицу почти у самого Царицына.

— Далеко же тебя по распределению закинули, — покачал я головой, а сам не переставал удивляться. Лера совсем не походила на девушку из маленького городка. Изысканные манеры, речь… Я бы поверил, что её семья — градовецкие аристократы.

— Не расстраивайся, я же не на целую вечность уезжаю, — произнесла девушка, погладив меня по щеке. — Через пару недель мы снова встретимся.

— У нас ещё есть этот день. Можем куда-нибудь сходить вместе, — предложил я.

— Сегодня нет, но можем после ночной смены выспаться и выбраться куда-нибудь вечером.

— Идёт! — согласился я.

На следующее утро мы с Лерой шли на работу вместе, держась за руки. У входа она поцеловала меня и умчалась к себе, а дежурная заулыбалась, но промолчала.

В больницу я заходил с улыбкой на лице, но стоило переступить порог отделения, игривое настроение вмиг выветрилось, потому как пришлось окунуться с головой в работу.

— К нам сегодня утром поступила женщина из Яшмани, — принялась посвящать нас в курс дела Сарычева, едва мы успели переодеться. — Багрянцева Фёкла Мартыновна, восемьдесят два года. У них в посёлке своего целителя нет, а фельдшер не справится. Вот утром и привезли на поезде с Новомихайловска. Состояние тяжёлое, поэтому придётся присмотреть за женщиной до полного её выздоровления, там ей никто не поможет.

— А что хоть случилось? — поинтересовалась Марина.

— Воспаление лёгких, артрит суставов рук… В общем, там куча хронических и сопутствующих проблем.

На обходе мы отправились смотреть на новую пациентку. Сгорбленная бабулечка, ослепшая на один глаз скрюченными пальцами перебирала свой узелок с вещами. На вопросы отвечала сбивчиво, и слышала плохо. Вот уж действительно необъятное пространство для работы целителя.

— Фёкла Мартыновна, как ваше самочувствие после процедур? — поинтересовалась Алёна.

— Боско мне тут у вас, — поёжилась старушка.

— Чего? — повернулась к нам Паршина в надежде, что мы сможем ей объяснить непонятное слово.

— Принесите шерстяной плед, — распорядилась Сарычева, а сама коснулась руки женщины и влила в неё побольше целительной энергии, которая должна была разлиться по телу и поддержать её.

— Отдыхайте, сейчас всё необходимое лечение вы получили, а вечером позовём вас на процедуры. Если почувствуете себя хуже, звоните в колокольчик, — принялась инструктировать старушку Нина Владимировна. — Я попрошу нашего повара, она принесёт вам завтрак.

Мы перешли к другой палате, но бабулечка всё не выходила у меня из головы. Некоторые в таком возрасте чувствуют себя просто превосходно. И дело не в здоровом образе жизни, или хороших генах. Аристократы могут позволить себе хорошую пищу, комфортные условия жизни, дорогостоящие процедуры. А эта женщина восемьдесят два года выживала в суровом крае, где умереть от переохлаждения, голода или нападения хищника — проще простого. Подарить ей достойную старость мы вряд ли сможем, но вылечить и немного поправить здоровье — вполне.

Во время обхода к нам поступил новый пациент в тяжёлом состоянии.

— Горюнов Павел Дмитриевич, пятьдесят два года, сердечный приступ, — доложила Михайловна, примчавшись за нами в палату.

— Костя, пойдём посмотрим на новенького, — распорядилась Сарычева. — Алёна, пока займись процедурами.

Поначалу я не придал значения озвученной информации. Ну, кого я тут знаю в этом огромном городе, который насчитывает более пятисот тысяч жителей? И только когда увидел самого пациента, узнал в нём консьержа.