Чтение онлайн

За ночь тучи разошлись и над нашим лагерем сияло голубое небо и светило ласковое солнышко. По всей видимости вчерашний вечерний дождь промочил меня так сильно, что на утро почувствовал озноб и боль в горле. Заработал элементарную ангину, которой не болел уже с тех пор, как начал регулярно ходить по горам. Больничный, конечно, мне здесь в горах никто выписывать не стал и пришлось заняться обустройством лагеря своей группы. Прежде всего попросил старосту группы собрать все продукты и произвести ревизию. После аккуратно постарались продукты уложить в пустые рюкзаки и сложили под большой елью. Под ней, даже после вчерашнего проливного дождя, почва была сухая. Сливочное масло, килограмма два, упаковали в полиэтиленовый пакет и опустили в ручеёк, придавив приличным камнем. Вода в ручейке была прозрачная, но очень холодная. Вечером для школьников устроили разные игры, все смеялись и над нашим лагерем стоял весёлый гомон. Часов около 11 вечера я, Петя и стажёр объявили по своим группам отбой. Шум в лагере потихоньку стал замолкать.

Утром меня разбудили дежурные моей группы и попросили выдать им сливочное масло для завтрака. Я дежурным сказал, что масло лежит в ручье. Через пять минут дежурные опять пришли к моей палате.

– Сергей Константинович, мы не можем найти масло, - растерянно заявил один из дежурных.

– Да там оно лежит, в ручье, камнем придавленное, чтобы не унесло.

– Нет там ничего, мы уже всё обыскали.

Пришлось вылазить из спальника и идти искать масло. Его действительно не оказалось на месте. Прошёл вниз по ручью метров тридцать и увидел, что пакет с маслом зацепился за корни большой ели, растущей прямо у ручья.

– Ну, вот же масло, - подал дежурным пакет с маслом.

– А что оно всё погрызенное? – через несколько секунд прозвучал вопрос.

– Где? – я взял пакет в руки.

Пакет был надорван, а на самом куске масла отчётливо виднелись следы огромных зубов, явно не человеческих. Ничего не понимая, я растерянно смотрел на кусок масла, прикидывая, кто бы мог оставить такие следы. Чабанов с собаками в этом ущелье не бывало, так что собаки отпадали, да и волков в горах Заилийского Ала-Тау никто никогда не видел. А вот про медведей говорили, что где-то под Бутаковским перевалом кто-то видел берлогу с явными медвежьими следами. «Ну, вот, только медведя мне здесь не хватало», - подумал я и пошёл проверить склад продуктов своей группы под елью. Хорошо уложенные вчера продукты, были разбросаны как попало. Обнаружил несколько прокушенных рыбных консервных банок, помятый хлеб и обёртки от шоколада.

Так же продуктовые склады были разворочены и в двух других группах. Пришлось созывать инструкторский совет и решать, что предпринимать дальше. Посоветовавшись, решили, продукты уложить в рюкзаки и с помощью верёвок и карабинов подвесить рюкзаки на высокие ели, метрах в трёх от земли. В какой-то книге про животный мир Заилийского Ала-Тау читал, что обитающие здесь медведи по деревьям лазать не умеют. Остальные продукты своей группы, которые ещё оставались, я разместил у себя в палатке, полагая, что медведь не сунется в палатку, когда там находится человек.

Разобравшись с продуктами, Петя Белоусов и стажёр собрали школьников для похода на живописную поляну «Альпийская роза», которая была километрах в двух вверх по течению реки Левый Талгар. Ещё летом 1937 года на ней был оборудован палаточный лагерь, в котором работала Среднеазиатская школа инструкторов альпинизма. В 1938 году на месте палаточного был построен капитальный альплагерь «Металлург Востока» – восемь коттеджей, административное здание, кухня, баня, спортплощадка. В начале 1940-х гг. лагерь получил название «Альпийская роза» (по цветку, растущему в высокогорье). Во время Великой Отечественной войны и в первые послевоенные годы альплагерь был заброшен, а часть его имущества перенесена на турбазу «Горельник». В дальнейшем альплагерь на некоторое время возобновил свою работу, пока не был окончательно закрыт из-за селевой опасности и схода снежных лавин. Здания лагеря постепенно разобрали на дрова. К середине 1960-х годов только разрушенные фундаменты говорили о том, что здесь когда-то стояли здания. На эту живописную поляну и повёл Петя со стажёром всю ватагу нашего большого лагеря. В лагере остался я, поскольку был ещё не очень здоров и дежурные по группам, которым предстояло приготовить обед к возвращению туристов. Ну и ещё несколько туристов, которые не захотели побывать на поляне «Альпийская роза».

Поляна Альпийская Роза

Я вытащил свой спальник из палатки, расстелил его возле ручейка и сел греться под яркими солнечными лучами. Весь лагерь был у меня на виду и со своего наблюдательного пункта прекрасно видел, что творится в лагере. Возле костров суетились дежурные, кто-то собирал малину, которая росла вдоль ручья, кто-то тащил дрова к кострам, кто-то просто бродил по лагерю от одного кострища к другому. Как вдруг на противоположном берегу ручья, буквально метрах в десяти от меня, из кустов вышел медведь. Оценивающее посмотрел на весь наш лагерь и встал на задние лапы.

Тяньшанский бурый медведь

Медведя увидел не только я один, его увидели и оставшиеся в лагере школьники. С весёлым гиканьем: «Медведь!», все бросились к нему. Естественно, бурый мишка не ожидал такой радостной встречи и пустился наутёк вверх по склону горы. Кое как осадил «смельчаков» и пресёк преследование испугавшегося медведя.

Во время обеда, весь лагерь только и говорил о посещении незваного гостя и те, кто пришёл из небольшого похода жалели, что не увидели живого медведя. Ближе к вечеру страсти стали утихать. Опять придумали какое-то развлечение для школьников, чтобы они не скучали. Кажется, это были бега в спальных мешках. Детвора веселилась. Вдруг со стороны реки раздались крики, скорее визг, школьниц. Поляна, на которой находился наш лагерь, заканчивалась у реки обрывом метра в два высотой. Однако была и тропинка, ведущая к самой реке в том месте, где не было обрывистого берега. Вот по этой тропе с визгом и криками: «Медведь!» в лагерь бежало три девчонки.

И тут началось… Толпа, почти из ста человек, ринулись по этой тропе к реке. Я тоже, поддавшись инстинкту толпы, схватил ледоруб и бросился напрямую к берегу реки. Подбежав к обрыву, посмотрел вниз, куда бы удобней прыгнуть и приземлиться. Увидел большое, коричневое песчаное пятно, в сухом месте русла реки, прицелился и прыгнул. Удачно приземлившись, с удивлением увидел, как остатки песчаного коричневого пятна быстро поднимаются на задние лапы. Медведь с меня ростом, а может даже и выше, чуть не обнял меня за плечи. Но тут из-за крутого поворота реки, буквально метрах в двадцати, снизу по руслу, показалась орущая толпа школьников, которая с криками и свистом неслась прямо на меня и медведя. Медведь не стал меня обнимать, а резко развернулся на 180 градусов и покатился, как шар, с огромной скоростью вверх. Добежав до пологого участка берега, взлетел на травянистый берег и тут же скрылся в густом ельнике. И тут я только осознал, что чуть не оседлал в прыжке спину медведя, коричневый цвет которого принял за нанос речного песка в сухом русле реки. Конечно, это приключение взбудоражило весь наш лагерь и целый вечер были разговоры только о медведе.

Стемнело, в этот раз ночи были тёмные, безлунные. Возле большого костра на поляне собрались почти все туристы. Кто-то что-то рассказывал, кто-то подносил дрова к костру, кто-то поставил ведро с водой, чтобы заварить чай. Я же взял гитару и начал развлекать молодёжь туристскими песнями. Когда вода в ведре закипела, староста моей группы попросил у меня заварку.

– Иди возьми у меня в палатке, с правой стороны лежит заварка и пачку сахара прихвати для чая, - сказал я ему.

Моя палатка стояла метрах в 40 от костра, там же стояла и палатка стажёра, который вымотавшись за день со школьниками, решил пораньше лечь спать. Минут через пять староста и ещё один парнишка, с которым он ходил за заваркой и сахаром, вернулись к костру. Они молча присели около костра и когда я закончил петь очередную песню староста протянул мне заварку и сахар со словами:

– Сергей Константинович, а у вас палатка разорвана, - сказал он.

– Как разорвана? – с удивлением задал вопрос, - Только минут двадцать назад я был в палатке и всё было нормально!

– Не знаю, но там всё перевёрнуто, крыша у палатки, с одной стороны, порвана, ваш спальник снаружи валяется.

Конечно же, сразу стало не до песен у костра. Я и ещё несколько человек из моей группы быстро зашагали к палатке. И правда, верх моей перкалевой палатки был разорван в клочья. Медведь, видимо, был правша. Левой передней лапой пытался облокотится на крышу палатки, оставив несколько дырок от когтей, а правой когтистой лапой, как бритвой располосовал остальную часть крыши палатки. Через эту дыру вытащил мой спальник наружу, помял буханки хлеба и попытался что-то ещё обнаружить, но дальше грабить не стал. По всей видимости, его кто-то спугнул. Тут же посмотрел на рядом стоящую палатку стажёра и увидел, что медведь пытался залезть и в его палатку. Об этом красноречиво говорил огромный порез от самого конька палатки до низу около входа. Однако спящий стажёр своим человеческим духом отпугнул от проникновения во временное жилище стажёра. Но разбойные деяния медведя не повлияли на его мирный и крепкий сон. Он продолжал спать, как ни в чём не бывало.

Хорошо у меня был большой кусок чёрной полиэтиленовой плёнки, которой я постарался прикрыть огромные дыры в крыше палатки. Ремонт палатки и наведение должного порядка с продуктами, продлились почти до половины второго ночи. К этому времени почти все туристы разбрелись по своим палаткам. Но если днём появление медведя вызывало только детский восторг, то тёмная ночь никак не способствовало проявлению храбрости среди туристов. Если комфортное размещение в перкалевой палатке типа «Памирка» было рассчитано на трёх человек, максимум на четырёх, то этой ночью все уплотнились по пять, а то и по шесть человек. В моей группе была одна польская брезентовая палатка, с тентом и тамбуром. Её облюбовал староста группы со своими дружками. В ней помещалось без труда 6-7 человек. Однако староста с друзьями установили свою палатку в отдалении от всего остального лагеря, метрах в 50-60. Но в эту ночь спать там не решились, а растворились по другим палаткам. Двух девчонок, оставшихся без места для ночёвки в своих палатках, разместил у себя. Постепенно все угомонились, и даже я впал в сонную дрёму. И тут снаружи палатки, прямо мне в ухо, кто-то начал хрюкать. Да, да, именно хрюкать, как хрюкают свиньи. Спросонок даже не понял, что это такое.