Чтение онлайн

— Этот наш план, Львица — полная профанация, — вздохнула метиллия в моих руках, и её бархатистые влажные глаза подёрнулись поволокой грусти, от чего заблестели и сделались ещё прекрасней. Сопроводив свои акробатические этюды виноватой улыбкой, женщина извернулась, чтобы оказаться лицом к столу с голограммой, и устроилась у меня на груди, точно на спинке удобного кресла. Её стройные ножки протянулись вперёд, вытягиваясь напряжённой струной, а в следующий момент она сама гибко и сладко потянулась. — Сразу нужно было пообщаться с Кошаком по душам, а не заниматься воспиталищем.

— Теперь вы пообщались. Что скажешь? — в голосе Верховной прорезались нотки заинтересованности.

— Нечего ему делать в Ордене. Нужно признавать его кондиции Высшего Дальней разведки, и уже определяться, что с ним таким делать дальше. Лично я за то, чтобы доверить ему самостоятельно вести эту операцию, тем более что он её уже начал, — последняя часть фразы прозвучала немым укором, мол, почему вовремя не довела стратегическую информацию? А далее Высшая в скупых, информативных фразах пересказала начальнице суть моей отповеди.

— Леон, ты считаешь, Королева потянет? — обратилась ко мне высокопоставленная орденка, почему-то пропустив укол Высшей мимо ушей.

— Потянет, Львица, — принял я игру, понимая, что женщина намеренно включает меня в разговор, через это демонстрируя изменение отношения. — Я смотрел ей в глаза, ощущал её ауру. Она действительно Высшая — не по генетике, но по образу мыслей и темпераменту. Даже кошки это интуитивно считали. Королева точно наделает шороху в Конфедерации, нужно только немного подыграть ей с нашей стороны. Выделить то, что ей нужно для минимальных гарантий безопасности.

— Я получила её послание. Республика никогда не была склонна к мирной внешней политике. Откуда её уверенность в нашей готовности пойти навстречу?

— Мы разговаривали. Я предупредил её о возможном начале игры Республики с Псионом. Она готова рискнуть. Задета честь Династии. Можно стерпеть, получив компенсацию, а можно ударить в ответ. Королева очень хочет ударить. Тут вопрос принципа, особенно остро встающий при монархическом строе.

— Ситуативный союз?

— Да, Верховная, ты очень точно это определила. Монархия интересна в Конфедерации, где она — диковинка. Туристы готовы платить, местные элиты готовы платить. Однако её перспектива в Республике не очень понятна.

Мы помолчали. Верховная явно что-то просчитывала или с кем-то советовалась, несколько раз она даже исчезала из сектора обзора, но потом появлялась вновь. Появившись окончательно, Львица несколько долгих секунд вглядывалась в мои глаза, словно рентгеном просвечивала! Уверен, находись она напротив, выдержать такой взгляд было бы ой как непросто! Наконец женщина заговорила, и интонации её голоса оказались неожиданно мягкими, совсем человеческими. Такими увещевают непутёвого ребёнка.

— После твоего успеха в Ясени я уже не сомневалась, что все наши на твой счёт планы обречены на провал. Они просто бессмысленны. Мы тебя упустили ещё там, в Литании. О’Стирх сыграла на опережение, она чётко оценила последствия своих шагов, поняла, как именно оторвать тебя от Ордена, и начала работать. Даже её смерть в итоге сыграла на руку её плану, заставила тебя пережить ещё одну психологическую встряску, окончательно утвердив кондиции на новом уровне личностного развития. До Ясеня был шанс, что всё это несерьёзно, но теперь сомнений нет, тебя уже не переделать.

Однако самым острым были не слова — интонации властной женщины. Львица сожалела. Не старалась надавить, не старалась поставить ультиматум, а просто сожалела, признавая свершившийся факт. Я отчётливо вспомнил наш последний разговор, аккурат перед Ясенем. Тогда Верховная чётко сказала: тебе нужен статус именно в Ордене, чтобы вести предстоящую миссию. Эту самую миссию. Неужели она… Да ладно, не может быть! Из-за такой ерунды, как отсутствие личного контроля, сворачивать уже фактически идущую миссию? На которую заложились и валькирии и разведчицы? С чего бы?

— Разве нельзя иметь предрасположенность в… разных направлениях личностного развития? А после выбрать то, которое… пусть и не полностью определяет личность, но… тоже присутствует в числе прочих? — начал я осторожно, будто проходя по тонкому льду. Вопрос, в самом деле, был несколько щекотливым. Если всё называть своими именами, я предлагал, ни много ни мало, пойти на ухищрение, отойдя от сути вещей, от традиции, принеся её в жертву необходимости.

— Иметь предрасположенность — можно. Высшая, как ты знаешь — это умение оперировать запороговым числом потоков. Но есть психологическая деформация, которая для разных сфер своя. Есть наработанный авторитет, который в каждой фракции свой. Существует традиция не нарушать чёткую линию личностного развития. Ты же предлагаешь пойти против традиции. Фракции не примут такого волюнтаризма. Дальняя разведка не поймёт, если тебе, при доказанных и многократно подтверждённых кондициях разведчика, присвоят статус Высшего Ордена. Не после Ясеня. С подобными вещами не шутят.

— То есть всё дело… в формализме? Из-за банального формализма Республика готова свернуть перспективную операцию, из-за которой уже погибла одна Высшая, а ещё куча народа заложилась на неё? В тех же фракциях, о которых ты ведёшь речь?

— Дело не в формализме, — поморщилась Львица. — Внимательно проанализируй то, что я тебе сказала. Статус Высшего Ордена ты получить не сможешь. Всё слишком далеко зашло. А вести операцию в другом статусе… Ты не владеешь ситуацией Псиона в достаточной мере, но наши внутренние преграды должны быть тебе хорошо известны. Что, правда не понимаешь?.. — Львица посмотрела на меня, как на дитя неразумное. Вот космос! Тяжёлый же она переговорщик! Одна только мимика оказывает действие большее, чем крики и удары когтей.

— Ты про издержки для мужчины в женском коллективе?.. Не спорю, это проблема. Я хорошо помню, как было сложно Валери О’Стирх на нашей единственной совместной десантной операции в составе сил Экспансии… Ей всем всё приходилось доказывать, причём каждый раз заново. Но тогда она брала на себя всю тяжесть договорённостей. Мне самому не нужно было командовать. Ты ведь это имеешь в виду?

— Да.

— С тех пор, Львица, прошло два года. Я уже не тот зелёный котёнок, каким был в самом начале. Научился ладить с рядовыми республиканками. Имя Меча Республики имеет прямо таки магическое воздействие. Если кто про мои планеты-прародительницы и не слышал, то уж эмообразы всяко пробовал… — подмигнул с интересом слушавшей меня метиллии. — С разведчицами, опять же, без проблем взаимодействую. С валькириями общий язык нашёл. Кошки меня вообще за своего считают! А это — уже половина дела, ибо мало кто может перебороть валькирью солидарность.

— Общий язык с валькириями, говоришь… Уж не хочешь ли ты покомандовать кошачьей братией? — изогнула бровь собеседница, и к интересу добавилось что-то ещё. Что-то непривычное, нехарактерное для этой серьёзной дамы.

— Зря ты так, Верховная, — а вот сейчас было реально обидно! — Я натаскивал молодёжь. Водил в бой стаю. Кошки мне доверяют. Но быть Высшим в десанте…

— А что, довольно перспективно. Кошки постоянно бравируют своими котами. Тыкают в них на любых совещаниях, когда речь заходит о статусе мужчин в Республике. Десантом ты, опять же, руководил…

— Я не вёл сложные операции. Не занимался работой тыловых служб, медиков. Десант — это подготовка стай, их снабжение. Я видел Смерть в работе. Для этого нужно уметь не только с магниткой бегать и когтями махать. Несколько десятков лет нужно в признанных Старших проходить. Получить необходимые компетенции.

— Нет, ты правда подумай, — стало очевидно, что Верховная банально… иронизирует! Ёрничает, если всё называть своими именами. Что-то в моих словах её задело, что-то показалось настолько выходящим за грань, настолько абсурдным, что невольно пробудило юмор в обычно предельно серьёзной даме. — Я поддержу.