Чтение онлайн

Зная о ревности Нифонта к правде, Иосиф возложил на него упование: «И ныне, господине, о том стати и крепко некому, опроче тебя... и тобою очистит Господь Свою Церковь». За исповеднический подвиг Волоцкий игумен обещал епископу Суздальскому награду в Царствии Небесном, равную награде исповедников, до крови пострадавших, и просил Нифонта научить всех не ходить к Зосиме, не брать у него благословения, не есть и не пить с ним под страхом осуждения и вечного огня. И тотчас, вслед за первым посланием, Иосиф пишет «Сказание о новоявившейся ереси Новгородских еретиков...»

Все историки церковные и светские (в том числе Карамзин, Соловьёв и др.) рассказы свои о появлении и распространении ереси жидовствующих составляли на основе «Сказания» Преподобного Иосифа. Этот обширный и, можно сказать, фундаментальный труд, не только обличительный, но и вероучительный, показал, в каком духовном всеоружии выступил Святой Иосиф на брань с еретиками. Язык «Сказания» отличается ясностью и силой мысли, твёрдостью убеждений автора, глубоким знанием и простотою оборотов речи. За 12 последующих лет Иосиф написал 16 посланий («Слов») против ереси, объединённых потом в книгу «Просветитель». Она и по сей день просвещает умы читающих её. Окончание книги («Слова» 14, 15, 16) Преподобный составил уже после разгрома секты, то есть после 1504 года. А первым выступлением своим («Посланием к Нифонту») в 1493-м он поднял «бурю», которая смела с кафедры митрополита-еретика.

Обличённый Иосифом, Зосима сделался объектом пристального внимания. Его срамные дела, прежде всего пьянство, невозможно было скрыть. И под давлением общественного мнения, в мае 1494 г. он, сославшись на болезнь, вынужден был удалиться в монастырь. Официально о Зосиме сообщалось: «Отец наш митрополит своея ради немощи остави престол». Летописец же отозвался о том более конкретно: «Зосима остави митрополию не своею волею, но не померно пития держашеся и о церкви Божией не радяше, и тако сниде в келию...»

Церковный историк И.Хрущёв отмечает, что «Зосима сведён был в отсутствие Феодора Курицына, который в марте послан был в Литву по поводу сватовства Елены Ивановны [дочери Иоанна III] за великого князя Литовского Александра». При Курицыне низложить Зосиму было бы гораздо труднее. И может, вовсе не удалось бы. Но Господь судил быть тому. Иосиф с братией молились день и ночь об избавлении Руси от супостата, захватившего власть в Церкви. На одоление сборища сатанинского без прямого вмешательства Божия сил человеческих уже не доставало.

Вернувшись из Литвы, Феодор Курицын был зело огорчён падением Зосимы, но скоро взял реванш, посадив архимандритом в Новгородский Юрьев монастырь злейшего еретика Кассиана. И тот на целых 10 лет превратил святую обитель в разбойничий вертеп. Все эти десять лет Касьянова жидовствующая братия досаждала Новгородскому архиепископу, пока не добилась его отставки. И никто, ни сам Святитель Геннадий, ни новый митрополит Симон (муж праведный и волевой) не могли справиться с этой шайкой до самого разгрома секты (1504 г.).

Падение Зосимы укрепило позиции сторонников Иосифа Волоцкого; но то была победа не в войне, а лишь в заочной схватке. О победе прямой и полной говорить было ещё рано. Между тем Россия, во главе с Государем Иоанном III, готовилась к большой кровопролитной войне, от исхода которой зависела судьба многих Русских людей, живших по обе стороны литовской границы.

Год 1494 ознаменовался целым рядом важных политических событий. Мы уже отмечали, что еретик Зосима был сведён с митрополичьего престола в отсутствие влиятельного Курицына. Как министр иностранных дел, думный дьяк Феодор Курицын исполнял тогда посольство в Литве. Поводом к оному послужило сватовство великого князя Литовского Александра к дочери Иоанна III Елене. Брак состоялся далеко не сразу и впоследствии не принёс супругам ни детей, ни семейного счастья. Для праведной Елены Иоанновны (княжны, княгини, королевы) замужество это стало поприщем исповеднического подвига и в итоге - мученичеством за веру. А для России, Польши и Литвы в результате нашёлся повод к большой войне.

В восьмидесятые годы XV столетия Иоанну Васильевичу покорились не одни новгородцы. В Московию влились ещё княжества Тверское и Ярославское, Вятка и Пермь, и настала очередь тех уделов, что оставались пока под Литвою. Сюда входило всё, что было западнее Тулы и Калуги: то есть и Брянщина, и Смоленщина, и вся былая Киевская Русь.

Речь Посполитая (Польско-Литовская монархия) - форпост латинства в славянском мире - силилась держать в повиновении своих Православных (в основном, Русских) подданных, меж тем как те уже сознательно тянулись к Москве.

Когда в 1492 г. умер король Казимир IV, его владения поделили сыновья. Старшему, Яну-Альберту, досталось королевство Польское; младшему, Александру - Литва (великое княжество); и Речь Посполитая вновь распалась на два государства.

Александр, князь Литовский, оказался в трудном положении. Могущество соседней Московии росло день ото дня, и к ней открыто тяготела его собственная шляхта, состоявшая из Русских. Уже потомки князей Белевских, князья Воротынские, города Мещёвск, Серпейск, Вязьма, отложившись от Литвы, присягнули на верность Иоанну III, и число бояр, переходивших в Московское подданство, быстро увеличивалось.

Во избежание войны с Иоанном Васильевичем Александр решил посвататься к его дочери Елене. Этот брак, надеялись в Вильно (Вильнюсе), мог смягчить создавшуюся напряжённость. И, наверно, смягчил бы, окажись литовцы с их великим князем чуть разумнее и честнее. Коварство в политике, воспринятое у западных учителей, не принесло им ожидаемых плодов. Потомки Гедемина стали действовать в духе папистов, и это в конце концов погубило их великую державу.

Пока шла переписка о сватовстве и долгосрочном мире, при Московском дворе открылся заговор. Литовские агенты, засланные ещё Казимиром, готовились отравить Иоанна III, но были схвачены и казнены. Переговоры зашли в тупик, а затем разрешились не в пользу Александра. Иоанн Васильевич сохранил за собою все свои приобретения и в договоре 1494 года уже значился Государем всея Руси, то есть, фактически - Царём. Сей титул закреплял за Иоанном право на все Русские земли, включая те, которыми владел Александр, и это было чрезвычайно важно. Право Иоанна III было наследственным и неотъемлемым. Самодержец Московский, по его собственному выражению, имел волю «в своих детях и в своем княжении». Тогда как тот же Александр получал власть от Верховной рады (шляхетского парламента). И он писал тогда, что «паны радные великого княжества Литовского заблагорассудили оставить его, Александра, в Литве и на Руси [западной] ... на время, пока не выберут великого князя». Он так и остался «не выбранным» на Руси, хотя позднее (по смерти брата Яна-Альберта) получил польскую корону с согласия уже тамошних панов (Польского сейма).

На дочери Иоанна Васильевича Александр всё-таки женился, клятвенно заверив тестя и супругу свою Елену не препятствовать ей в исполнении православных обрядов, не принуждать её к переходу в католичество, выстроить церковь в покоях жены и оставить при ней русских слуг.

Обещаний своих Александр не выполнил, как, впрочем, и многих других условий мира, и тестя своего очень скоро перестал звать Государем всея Руси. Находясь под сильным влиянием римского папы Александра VI Борджиа (известного клятвопреступника и убийцы-отравителя), Литовский князь сделался гонителем своих православных подданных, а супругу свою обрёк на многолетние страдания.