Чтение онлайн

А девица, как всегда — визжала и металась как старая тряпка пытаясь создать «показуху» своей «былой» мощи и величия, но он уже не слушал её пошлой и нудной «проповеди». И когда его тело уже закипало от столь «тупого» — сопротивления, как на зло на горизонте у него появились еще — более убогие и мерзкие — прислужники — что «изрыгали» с такой гордостью — все те унылые заклинания, что словно мошкара набрасывались на него — дабы спасти свою — «госпожу» — но он опять на них просто посмотрел с «не скрываемым презрением», где он понял. — «Это их — мир» и здесь всё — «прописано » только — по их «убогим шаблонам»".

И тут Рей — очнулся. «Да как я — опять „повелся“ на это — дешевое шоу?! Да что меня так, туда всё время — тащит?» — с горечью в голосе спросил Рей себя. «Я же больше — не марионетка?!»

Рей почувствовал, как тьма внутри него — всё перерождается. Он вдруг понял — вся эта сила — его поглощает, и все «грехи» из него не вырывались наружу, а наоборот «входили», как куски стали в его «новый» и проклятый «каркас» — создавая то «настоящие» — и уже никому не подвластное — «безумие». «Так это что получается?! Я сам теперь — чудовище?!» — мысленно спросил Рей.

И как-будто получив — утвердительный ответ от этой злой и липкой «тьмы», на его устах заиграла знакомая, зловещая и полная жгучего «предвкушения», усмешка.

И он вновь накинулся на свою цель. Сбивая «барахло», сбивая всех этих «марионеток» что мешали ему дойти к той долгожданной и столь манящей — «развязке». Он раскидывал их как кучи «ненужных тряпок», выплескивая на их бренные «тела» — свою, обретшую «цельность», и такую «животную и неукротимую» — ярость. Его «дьявольская природа», ликовала, давая понять, что всё «идёт по плану», и как бы его ни пытались «держать», в старых и никому ненужных рамках, он всё равно — как дикий зверь вырвется «наружу» и разорвёт все цепи, и на их обломках — построит «новый порядок», — где правит — «лишь только — его — извращённая истина!» И теперь он был — действительно — готов к чему угодно!

И именно в этот момент, «когда „всё вокруг него затрещало“ и, разрывалось под напором его дикой силы», всё вдруг стихло. И вместо пошлых заклинаний и «сопливых» воплей, вдруг — в уши Рея — врезалось — уже знакомое — «шептание».

«И что опять?!» — злобно прошипел Рей, но его слова перебил чей то знакомый и такой бездарный — и извращённый «смех» где, Рей тут же — почуял — всю «мерзость этого места».

И вот тут, на «этой сцене» — словно — черт из «табакерки» появился Малефикус со всей своей жуткой и ненавистной — ухмылкой. И Рей, в одно мгновенье понял.

Им пора было — «доиграть» — и «показать всем» — где «чьё» — место. И какая их «игра» — всё — таки ждет в конце — " столь неизбежная — и столь проклятая — «расплата»«, от всего этого "безумия».

Малефикус подполз к девушке как слизняк, что нашёл свежую кучку «удобрений». И в этот раз у него уже, не было ни наглости, ни презрения — он всего лишь искал, очередного — «глупого соратника», в «надежде» что эта «животная игра» поможет ему — хоть как-то, «не сдохнуть» в — этой проклятой — «пустоте». В его глазах плясали — отголоски — страха и отчаяния. Теперь его спесь походила на гнилую маску — словно старую и «обглоданную куклу», что потеряла — всю " свою «былую "красоту»«, и оттого — стала еще — более жалкой — и вызывающей — "чувство отвращения». «Что б тебя… пропердело, ублюдок!» — подумал Рей, вновь начиная сжимать свои — такие привычные «кулаки». Но тут же — он вновь «собрался», понимая что все эти — пошлые проявления «нелепой гордыни» ни чего не будут «стоить», в той долгожданной «развязке», к которой он всё так неотвратимо — «приближался», понимая что, всё это, и эти жалкие марионетки — будут всего лишь — тем жалким хламом, которое всё, «тупо» — захламляет «его дорогу» — на встречу — со «своим — столь "страшным и одновременно» — вожделенным — «концом»«, где он, вновь станет "свободен».

Он по-деревенски поцеловал ее в щеку, при этом с таким презрением смотрел в глаза Рею, словно вытирал ноги об грязную тряпку. Эта манерность была до тошноты мерзкой. «Утритесь, засранцы!» — захотелось Рей — во весь голос — «проорать», дабы показать, всю исковерканную — и столь — тупую и лицемерную «суть» этого «мира».

«Вот видишь, мой дорогой гость! Мы, „аристократы“, всегда помним о своих „манерах“» — растягивая губы в змеиной улыбке и тем же противным, вязким, тоном издевался этот «упырь». — «Вот и вам надо поучиться „хорошим“ манерам, „герой“! Ну раз уж у нас „игра“ продолжается!» — пропел Малефикус, словно клоун на детском утреннике.

Рей смотрел на эту циничную и пошлую — комедию и ему на самом деле — стало — глубоко — плевать на этот — бездарный «спектакль». Его мозг как холодная, и острая сталь — был нацелен на «развязку» — где ему нужно было всё «уничтожить» и где всё станет на свои места. Он понимал — все эти «зеркала» были его убогим «отражением», которое всё ещё его пытались напугать, своей бессмысленной и жалкой — «силой» — давая понять — что всё что — происходит — на «этой » свалке" его — бестолковых «снов» всё еще — зависит — «не от него», а скорее — от «тупости» тех — ублюдков, что всё это «создавали». И именно в этот момент, он решил всё — «изменить». Теперь он перестал быть «наблюдателем» его поглотила «сила» и всё что было «раньше» стало не больше чем — «детским рисунком» — и «показом» «забавного клоуна», что по ошибке забрался «не на свою» — «сцену». " Ну раз он так хочет «повеселится»?! То пора ему — «сыграть» и «их партии»!" — пронеслось в голове у Рей.

Он презрительно фыркнул и махнул рукой — отгоняя всю «их назойливую фальшь», словно от мухи отгоняет старым полотенцем. Он больше не был «мешком для битья». Он теперь — стал не просто — «игроком» а той — извращенной «силой» где все — прогнившие — до самого — основания — «зверюшки» на этой «убогой» сцене — будут «играть» в то — чего хочет именно «он» — и «никто» — больше. Он — чётко — стал ощущать «их бессилие» — их липкий страх и ту — мерзкую жажду, которую они тщательно «старались — "замаскировать»«, под напускным "величием», и теперь его разум был наполнен — лишь «одним желанием» — увидеть, как всё это — убогое «гнильё», что «посмело играть с его судьбой», будет — валяться в конвульсиях — под обломками того — их «кукольного домика», что так, «безвкусно», пытался их «показать» «со стороны» как — что-то «сверхъестественное», где по «ту сторону» этой фальши — на самом деле — как и везде — витала — только «смерть и отчаяние».

«Ты давно тут маячишь, ублюдок!» — зарычал Рей. — «Давай, давай — пора заканчивать этот — фарс!» — и в подтверждение своих слов рванулся вперед, как бык на красную тряпку, желая прорвать все границы «терпения». И пусть — все те «их грязные планы» будут — только «досадной помехой» на пути к его истинному — «триумфу», что уже подходил — к своему долгожданному — «завершению».

И вот тогда — когда Рей как раз собрался накинутся на этого пошлого «имбицила» с его фальшивым «маскарадом» «кукла» вылетела из его рук словно кукла — что не выдержала этого долгого и бездарного «фарса». «Это что, бля*ь?!» — криво ухмыльнулся Рей, смотря на это — столь комичное зрелище, где — «они» все, как стадо глупых — баранов — готовы были — с грязью — сожрать — любого — кто только — посмеет — усомниться в их — столь «воображаемой и фальшивой» — «славе», и по ходу — они все — от унылой и такой «тягучей игры» как всегда, — тупо и бездарно — начали сходить с ума. И все его «чувства», всё ' его звериное нутро' забилось, с новой, — и столь долгожданной — «насладой», где «кровь, кишки» и всё то «гнилое мясо» — наконец — снова — будут «течь — ручьём», омывая все их лицемерные — и столь — бездарные «личины»!

Но на его «радость» как всегда — тут же пришёл «облом», в образе того, «что выскочило», как «по заказу» прямо под его руку, демонстрируя свою «убогость» в стиле — «эконом — класса».

Малефикус резко откинул от себя «девицу», словно — ненужный мешок с грязью схватил ее за руку и — словно как — сухую ветку — переломил и разворотил ее конечность. И браслет — «главной дивы» вдруг разлетелся на мелкие кусочки, которые — от «отвращения» тут же — задымились — словно нежеланная — гора мусора и гниющих помоев. А «лицо» и всё «тело» девицы — разверзлось на глазах у Рей, словно от «проклятия» превращая ее в кучу — мерзкой «глины» что всё время тащило Рея «вниз» — пытаясь — на «ходу» обвить «его ноги», — в грязной попытке «прицепится» к столь долгожданной — «силе» и к столь — беспечной и беззаботной — «свободе». «Ну вот, опять началось!» — простонал Рей — улавливая как от ее «глиняной вони» всё у него в нутри — опять — начинало «кипеть», давая понять — «что за мной всё — еще — „следят“, эти уроды!»

«Вот и твои дружки. В „аристократы“ берут любых, даже гнилое дерьмо» — с такой презрительностью, сказал Рей смотря, как тащат глиняную массу «их друзья», словно тащат за собой старую — и прохудившуюся лохань.

И на «всех парах» бросился к «Малефикусу», дабы «откусить ему ухо» — и словно «паук» в «логове» — отомстить ему — за всю «его издевательскую похотливость», и прочие унижения. И теперь всё его — естество рвалось вперёд — на растерзание.

И в ту же секунду Малефикус вновь нагло «захихикал» — демонстрируя свой убогий и столь показной — «неистовство» и тут же одарил его — зловещей «маской безумия». Его и без того исковерканное лицо, тут же, свернуло в сторону, показывая свой наглый — «оскал», а глаза налились — отвратительным — «мраком», где исковерканный «ад», вдруг поглотил всю его — «тупую волю», тем самым — демонстрируя свою готовность к тем «новоявленным пыткам», которыми — он так яростно хотел «наградить » Рея в этом жутком и таком — убогом «пространстве». И как в самом мерзком — «кошмаре» Рей — увидел — перед собой, как по взмаху их «закостенелой руки» вдруг возникла огромная, зловещая — и такая знакомая стена из ядовитой «тьмы» в которой было «всё и ничего одновременно». Рей почувствовал как чья-то воля «грубо и цинично» — тянет к ней, как — беспомощную марионетку — давая «ей» — понять, что она по-прежнему — всего лишь — часть какой-то чужой — и столь извращённой — и глупой — игры, где не было — «ничего » — «ценного» а лишь — страх и — отчаяние.