Чтение онлайн

Свойственное протестантам потребительское, утилитарное отношение к духовным ценностям отразилось и на том, в каком направлении развиваются искусство и культура в этих странах, на характере принятой там системы образования и т. д.

Что же касается Украины, то протестантские рецепты ей не подходят, так как духовность ее населения была сформирована под влиянием иной — православной — традиции. Православному миру присуща соборность, предполагающая — при всей самобытности отдельных участников православного сообщества — признание ими иерархии духовных ценностей. Православному человеку важно иметь возможность приобщиться к тому высшему, что создано его цивилизацией, соотносить себя с этим высшим, духовно подпитываться от него. Для человека православной культуры декларировать свою независимость от духовных высот, достигнутых в том культурном пространстве, к которому он принадлежит, равнозначно духовному падению.

Обосабливая же Украину от единого русского мира, мы утверждаем необязательность для нас высших духовных ценностей, созданных нашей цивилизацией — что не может не привести нас к духовной и культурной деградации.

Нынешние власти пытаются склонить Украину к протестантскому пути развития. Нам предлагают удовлетвориться тем, что у нас тоже все свое: свой язык, своя литература (при наличии, как и полагается, своего «национального гения» — Тараса Шевченко), своя «нэзалэжна» церковь и т. д. — и духовно на том успокоиться. Главное — выполнить формальные требования: чтобы все было «как у людей». (Если же «язык», или «гений», или «церковь» — не совсем настоящие — то «для пользы дела» предлагается считать их таковыми).

Весь этот маскарад важен для украинской верхушки, которая надеется, что соблюдя формальности, сможет получить право считаться полноценной элитой и извлекать из этого надлежащие выгоды. Для тех же, кто, благодаря Богу, подобных забот лишен, однако имеет определенные духовные запросы, кто, говоря по-пушкински, «духовной жаждою томим» — искусственных духовных ценностей недостаточно.

Если же говорить о народе в целом, то попытки навязать ему чужеродные пути развития грозят привести к разрушению того духовного строя, на котором испокон веков держалась русская жизнь. Даже в экономике бездумное заимствование чужого приводит чаще всего к плачевным последствиям. Для всех, к примеру, уже очевидно, что внедряемая на Украине рыночная экономическая модель — (разработанная и опробованная в протестантских странах и рассчитанная на протестантский тип сознания) — у нас не сработала — из-за несоответствия предлагаемых рецептов тому типу личности, который сложился у нас на протяжении всей нашей предыдущей истории. Попытки же внедрить эту модель в нашу жизнь, не считаясь с народным мнением, обернулись лишь банальным разворовыванием и деградацией во всех сферах жизни.

Что же касается других, более важных, нежели экономика сфер — то своеобразным индикатором нашего гибельного духовного перерождения, ведущего к окончательному «упразднению» нашей цивилизации, может служить победное шествие и повсеместное укоренение, особенно на исконно православном Востоке Украины, всякого рода протестантских церквей и сект, — для представителей которых все наше прошлое, в том числе и тысячелетний христианский наш опыт — пустое место…

Существование Украины в виде независимого государства, искусственно обособленной от других органически связанных с ней русских земель, не может не отразиться самым пагубным образом на всех сферах жизни этого края. Поэтому для того, чтобы наша жизнь вернулась в нормальное русло, нам необходимо прежде всего стремиться к единству Руси.

Преимущество единого хозяйственного пространства, единых, а не взаимоисключающих экономических интересов для всех частей исторической Руси — отрицать могут лишь те, кто заинтересован в поддержании на Украине постоянной кризисной ситуации — чтобы населению, прозябающему на грани голода, ничего другого не приходило в голову, кроме мысли любой ценой раздобыть кусок хлеба — что обеспечивает должную сговорчивость этого населения по всем вопросам.

Только восстановление русского национального, культурного, политического, хозяйственного единства — способно помочь Украине избежать слишком реальной для нее перспективы превратиться в подобие банановой республики с вечно коррумпированной властью и постоянной политической нестабильностью.

Нельзя, кстати, не принимать во внимание и того, что в ближайшем будущем, в условиях надвигающегося мирового ресурсного голода — ключи от кладовой нашей планеты будут в руках России, запасы природных ресурсов которой несопоставимы ни с какой другой страной мира.

При этом очень существенно, чтобы не одни лишь материальные причины заставили украинцев двигаться навстречу России. Важно, чтобы украинцы осознали общность своей судьбы с Россией и невозможность иного пути. И сознательно делали общее русское дело, вместе с великороссами и белорусами. Иначе, вынужденно возвратившись в русскую семью по причинам исключительно материальным, они будут в этой семье чем-то вроде бедного родственника, культурно и материально убогого, чувствующего свою неполноценность и льстящего богатому брату ради «куска хлеба» (втайне при этом брата ненавидя и ожидая только момента, чтобы снова его предать).

Нам всеми силами нужно стремиться к воссозданию порушенного братства. И инициатива в этом должна принадлежать именно украинцам, которые сами отделили себя от остальных русских. Ведь граждане нынешней России и до сих пор еще не очень-то к этому привыкли: лишь постепенно обнаруживая для себя, что украинцы стали чужими — россияне и сами начинают относиться к ним как к чужакам. В самом деле, когда еще прежде в России сочиняли об украинцах анекдоты?! И стоит обратить внимание на то, какие характерные черты украинцев в этих анекдотах подчеркиваются: жадность, ограниченность, примитивная хитрость, предательство…

К сожалению, и россиянам, и украинцам придется теперь прилагать немало усилий для преодоления той пропасти недоверия, отчужденности, даже враждебности, — которая между нами длительное время искусственно создавалась (и продолжает создаваться до сих пор).

В этой связи тем более важно, чтобы при всей неоспоримой экономической целесообразности объединения Украины с Россией, ведущим мотивом к такому объединению, было, с обеих сторон, не искание экономической выгоды, а понимание духовной и культурной неразрывности России и Украины. И только это может стать прочным фундаментом объединения. Тогда как союз, основанный исключительно на материальном расчете, при первом же повороте судьбы, с наступлением экономических трудностей и неурядиц, рискует снова распасться.

Подтверждением может служить и наш собственный опыт. Ведь и коммунистическая система (а с ней и страна, руководимая коммунистами) развалилась не в последнюю очередь из-за того, что коммунистическая власть преследовала, главным образом, материальные цели (повышения благосостояния, «догнать и перегнать» по экономическим показателям Запад и т. д.). Поэтому в какой-то момент значительная часть населения решила, что если главной целью является достижение материального уровня жизни, подобного западному, то стоит ли дожидаться, пока вся страна догонит, наконец, Запад (или построит мифический «коммунизм»)? Не лучше ли попросту, в индивидуальном порядке, перейти на сторону Запада — и, таким образом, немедленно, не дожидаясь всех остальных, воспользоваться плодами западной жизни. Возобладали настроения, запечатленные в глуповатой песенке тех времен, в которой в ответ на обращенное к толпе обещание в будущем каких-то благ, толпа хором пела:

Для того чтобы оправдать последовавшие за таким выбором действия и поступки, собственная страна подверглась активному поношению. В СМИ с готовностью тиражировалась любая клевета на ее прошлое и настоящее. Все это пользовалось большим успехом у огромного числа граждан. Каких-либо духовных мотивов противостоять этому процессу у общества, воспитанного коммунистами, не нашлось; количество людей, поддерживающих гибельный для страны путь, постепенно достигло определенного предела… — и страна развалилась. В духовном отношении помочь своему народу коммунистическая власть оказалась не в состоянии. Более того, ее верхушка приняла самое деятельное участие в разграблении страны и по многим направлениям возглавила этот процесс. Ее представители раньше других перешли на западный «стиль жизни», когда, пребывая еще на должностях «слуг народа», поставили для себя превыше всего частный свой интерес. К тому же, те экономические успехи, которые можно записать в актив этой власти, были достигнуты, не в последнюю очередь, за счет духовного обнищания народа, разрушения его святынь и традиций. Народ, воспитанный коммунистической властью, оказался духовно инфантильным и беззащитным, совершенно не готовым к тому, чтобы отстаивать собственное национальное достояние. А потому позволил ловким демагогам обмануть себя и ограбить, навязать себе чуждые ценностные установки; позволил — в сфере экономической — заставить себя играть игры по чужим правилам и с заведомо проигрышным результатом.