Нужные железки
Шрифт:
– Все наверх, - рыкнул Кордон в дверь (люком ее назвать не получалось, очень уж гражданская) надстройки, - строиться!
Команда вымелась. Построилась по штатному расписанию. Кордон, Басур, Мавит, Морсвин и Водян. Тот то ли втихаря снова приложился, то ли не отошел от позавчерашнего, перешедшего во вчерашнее, но стоял, облокотившись на мачту. И перегаром несло, хоть закусывай.
Ру встал рядом с Кордоном, на шаг от строя.
Ждать пришлось недолго. Из-за неопрятного кубика здания, в котором находился таможенный пост и управление портом (Милк совмещал обе должности – ни к чему штаты раздувать), выехал князь.
И тут Ру понял, что все его душевные терзания насчет секретности совершенно бессмысленны. Князь ехал не просто провожать команду в важный рейд. Он ехал торжественно. А значит, любой вражий шпион просто обязан переполошить своих – Руруй задумал что-то архиковарное и гадкое. Тут не камешек в воду. Тут кусок обрыва плюхнулся. И пойдет волна по всему острову… А то и в Саппоро всполошатся.
Светлейшего самодержца везли три черных коня (от рождения черный только один – остальных красили перед каждым таким выездом). Кони тянули по желтому кирпичу роскошную карету – она представляла собой отдельный повод гордиться Руруем. Нигде больше такой не осталось! А руруйцы сбрегли.
Когда-то, до Случившегося, карета была машиной. Такие назывались бездорожниками. Специально, чтобы по грязи не ногами месить, а колесами! Резиновыми!
Родная резина давным-давно разлохматилась, поэтому на колеса надевали, что под руку попадется, оттого, все четыре покрышки разные. Блестящая на солнце родная краска – а машину изначально красили «под дельфина» почти вся облетела – умельцы докрашивали, чем придется, размазывая кисточками и валиками. Дрыгатель, разумеется, тоже давно помер – его и вытащили для облегчения. Решетку спереди оставили, на ней даже сохранился герб – небольшой толстенький крест, со слегка скошенной вертикальной палочкой. Рулевое управление переделали сильнее всего – система оттяжек, блочков и роликов позволяла теперь не только поворачивать колеса, но и управлять лошадьми. Чем князь с огромным удовольствием и занимался.
Неспешно подъехав к катамарану, князь выбрался из кареты. Осторожно закрыл дверь – от сильного удара могло что-нибудь отвалиться.
Самодержец похлопал карету по боку:
– Умели же предки делать когда-то! Сто пятьдесят лет ездила и столько же проездит!
Ру, у которого был хороший знакомый на конюшне, внутренне сморщился. Древняя, как утес, «Шнива», когда-то принадлежащая легендарному, а значит, никогда и не существовавшему, инспектору Дани-Мару из Одатоми, которого мифы делали самым-самым первым инспектором – этаким первопредком самой службы, снизу прогнила настолько, что от хорошего пинка пол мог провалиться. И князь мог бы потом ногами перебирать, для скорости. Вслух, разумеется, ничего не сказал. Ни к чему подрывать моральные устои податного населения. И князь обидится.
Вслед за князем, из машины выбрался красный как вареный краб воевода и два солдата с топорами.
Князь подошел к самому краю пирса, презрительно глянул на узкую полоску воды, отделяющую от борта.
– Ну что, верные сыны Руруя, готовы послужить княжеству?
– Всегда готовы! – нестройно ответили верные сыны.
– Так послужите же!
– И послужим! – чуть слаженнее рявкнула команда и примкнувший к ней Ру.
– И не посрамите!
– Обязательно! – ответил инспектор в звенящей тишине, в которой только эхо где-то далеко-далеко носило отголоски слов и воплей.
Князь хмыкнул, махнул дланью, ехайте, мол, ехайте! Воевода покраснел еще сильнее. Ру обрадовался, что тому никоим образом не подчиняется.
– Швартовы отдать! Все на весла! – начал приказывать Кордон.
Команда и без начальствующих указаний знала, что делать. Раз, два, три, и катамаран потихоньку уходит из порта, оставив позади все и всех. И живых, и мертвых. Остались только те, кто ходит по волнам.
Глава 6
Катамаран ходко шел, набрав неплохую скорость, чуть ли не в десять узлов. При слабом ветре, да при такой загрузке – прямо удивительно. Кордон спустился с капитанского мостика и приказал Водяну сунуть голову в воду меж корпусами – не попали ли в какое внезапное течение. Внезапное подспорье – дело хорошее. Но как сделает петлю, как вынесет, хрен знает куда – лучше уж по старинке, по дорогам, исплаванным дедами.
Водян побултыхался, попускал пузыри. Высунулся, покачал головой.
– Ну ладно, спишем на то, что дно еще не обросло... Скажи Валрусу, чтобы стописят налил.
Солдат кивнул, пошел к надстройке, где на камбузе стояла канистра с крепким. Нарочито неторопливо, чтобы никто не подумал, что прямо таки предвкушает.
Все сделали вид, что ничего не замечают - давно вместе ходили, привыкли. Вся команда знала, что у Водяна с бухлом беда – солдаты пили все, что пьется, но он был прямо таки Свирепым Пью.
С другой стороны, команду это устраивало. Пьет человек, как не в себя, так и пусть пьет, пока службе не мешает. Будет мешать – сами утопим. Выгнать легко, только где найти такого, что может с завязанными глазами вокруг острова пройти в притирку, мимо всех мелей и подводных клыков. Лучше потерпеть. Опять же, канистра кончится – другой нет, волей-неволей протрезвеет.
Комком оглянулся, поплевал через плечо. Пока шли хорошо. Устойчивый ветер гнал в нужном направлении, не приходилось возиться с парусами. Команда в концах не путалась. И даже инспектор, решивший, что быть бесполезным генеральным грузом несколько неправильно, возился на камбузе с обедом. Кордон принюхался, в надежде определить, что там происходит, но ветер пах только солью и водорослями.
– Ладно, лишь бы не планктоний суп, - принял волевое решение комком и вернулся на мостик. Укрывшись от ветра за хлопающим тентом, он снова развернул карту острова. Мыс Румпельный, венчавший собою полуостров с неоригинальным названием Румпель. Вытянутое пятно странной формы, зарисованное штриховкой «болото». Ни перемены высот, ни каких либо иных объектов или ориентиров, за которые команда могла зацепиться для начала поисков, не отмечено. Пошлое однообразие. Из скучной серости вываливался только старый маяк, на самом краю мыса. Три этажа из рассыпающегося железобетона, обваливающиеся проемы окон и дверей… Кирпичи, которые вываливались из кладки, падали к подножью и тут же тонули. Земля понемногу заглатывала постройку, почти осилив двухметровый фундамент. Но маяк был старым и заброшенным еще до Случившегося. И возле него, в радиусе пары километров нет ничего. Разве что у предков в запасе осталась хитрая технология, не отличимая от магии, и тайное место с нужными железками прикрыто щитом, делающим все под ним невидимым.
Кордон прикрыл глаза, вспоминая полуостров и мыс. В общем, карта не врала. Огромное болото, на пару метров приподнятое над водой, оттого и пока что не смытое. Хотя, его, вроде бы, наоборот, намывает унесенным с других частей острова грунтом.
Камыш, рогоз, несколько десятков то ли речек, то ли ручейков, внезапные заросли шипшовника, бродящие едведи, множество птиц – перелетных и живущих там постоянно… И болотные крабы – твари, лишь немного уступающие в размерах и гнусности крабам морским. К счастью, куда более редкие. Хорошо, хоть ядовитых жабов нет и ерундуки не заходят. Комкома передернуло. Еще бы и их, и полный комплект счастья – хоть сразу вешайся.
Заскрипела мачта. Кордон вернулся к реальности, тряхнул головой – в ухе неприятно щелкнуло – не продуло ли с отвычки? Но будем переживать неприятности по мере их наступления. Голову ломать, дело нужное, но сперва нужно подойти к полуострову, не нацепляв на хвост преследователей.
– Ничего, Котик, - украдкой провел ладонью по борту катамарана комком, - ты же у нас фартовый, ты вынесешь. Да и мы, вроде, - Кордон трижды сплюнул, - вроде не самые невезучие. Глядишь, проскочим, хвоста не прищемив.