Чтение онлайн

— Кел, ты говорил отцу? — спросила Лейси.

— Я изложил ему факты. Правда, он разочарован и по-прежнему сомневается. Он считает, что госдепартамент прикрывает Джентайла.

— Может, в этом есть смысл, — произнес Люк.

— В государственном департаменте только очень немногие знают все, — сообщил Келли. — Госсекретарь и пара других. Считайте, как хотите, но это правда. Каждое слово.

— Хорошо, если ты так говоришь…

— Именно так.

— Предположим, мы используем этот доклад? — осторожно сказал Шиа. — Вы знаете, тот, что сделали Джош и Финн…

— Вы хотите сказать, не упоминая Джентайла? — спросил Люк.

— Правильно. Предположим, мы используем его. Что тогда?

— Я задал агенту ЦРУ этот вопрос, — произнес Келли. — Ответ был — ничего.

— Ты хочешь сказать, они не станут защищать Джентайла?

— Конечно, нет.

— А госдепартамент?

— Госдепартамент, это другое дело. Они уже предприняли шаги.

— Да? Какие?

— В восемь часов госсекретарь проведет пресс-конференцию. Он заявит репортерам, что Джентайл попросту выполнял распоряжение тогдашнего госсекретаря, ныне покойного, который, как оказалось, получил от высокопоставленного представителя китайского правительства Националистов серьезную просьбу вмешаться в дело. В конце концов, обвинения против Чинга основывались исключительно на показаниях проституток. Важнее то, что случившееся имело место в те щекотливые дни, когда мы делали все возможное, чтобы помочь правительству Националистов, перебравшемуся с материка на Формозу. Такую просьбу нельзя было игнорировать. Между прочим, на этой пресс-конференции госсекретарь будет расхваливать Джентайла как великого американца, героя войны с японцами и так далее.

— Для нас это просто замечательно, — горько произнес Люк.

— А ты бы хотел иного? — спросил Келли.

— Все, что я могу сказать… если бы даже Джентайл платил нам, мы не смогли бы сделать для него лучшей работы, — произнес Люк. — Ты понимаешь, что сделает с нами пресс-конференция госсекретаря?

— Насколько я понимаю, они не собираются помогать нам…

— Не собираются помогать! — заорал Люк, вскакивая на ноги. — Ради Христа, Кел, они могут погубить нас!

Он повернулся к Джошу.

— Скажи ему, Джош! Ты же знаешь!

Джош бросил на него спокойный, безмятежный взгляд.

— У нас есть одна альтернатива, — произнес Келли, — использовать доклад на Джентайла, не проверяя его дальше.

Он обратился к Люку:

— Предпочел бы ты этот путь, не зная правды?

— Вот именно, так бы я и сделал! — яростно объявил Люк. — Я бы запустил его ему прямо между глаз! Ведь ЦРУ же не скажет правду? Прекрасно! Пусть этот ублюдок тонет в вине!

В этот момент, возможно, больше, чем во все другие моменты жизни, Люк был сыном своего отца.

— К счастью, решения принимаю я, — отозвался Келли. Затем резко повернулся к Джошу: — Что вы об этом думаете, Джош?

— Думаю, вся эта пресс-конференция будет дохлым номером. Как быть с министром юстиции, которого цитировали в досье? Это звучит очень серьезно. Предположим, он даст интервью Таку Ларсену и подтвердит весь доклад?

— Он не сделает этого, — быстро ответил Келли. — Ему сказали достаточно, чтобы он понял, он лишь поставит под угрозу свою страну. К счастью, для этого человека Америка стоит на первом месте, а политика — на втором.

— Так что же нам всем встать и спеть «Благослови, Господи, Америку»? — спросил Люк.

— Как быть с завтрашними слушаниями? — торопливо вставил Лютер. — Я только что говорил с Фрэнком — вы должны что-то сказать, Келли.

— Я скажу, что государственный департамент ответил на возмутительные обвинения мистера Маллади, и что нет нужды в дальнейших объяснениях.

Он бросил на стол папку.

— В ЦРУ сочли, что они должны отблагодарить меня.

Он открыл папку и вытащил подшивку фотокопий.

— Здесь номера банковских счетов Барни в Швейцарских банках: даты, депозиты, итоги. У него более 3000000 долларов. Как я сказал Джентайлу — я еще не покончил с Маллади.

— Я все же считаю, что наша мишень — Джентайл, Кел, — страстно заявил Люк.

— Если у тебя есть какие-либо данные на Джентайла, я с радостью их использую.

Келли решительно провел рукой по пачке бумаг, что заставило Люка замолчать.

— Теперь по вопросу об убитых проститутках. Вы все знаете, что Иммиграционное бюро имеет копию нашего отчета. Я встречался с комиссаром, и он сообщил, что его люди готовили депортацию этих двух женщин, когда пришло сообщение об их убийстве. Он хочет выпустить заявление, где все будет объяснено, и я согласился.

Он положил документы обратно в папку и посмотрел на Джоша.

— Ну, Джош, полагаю, теперь ваша очередь.

— Конечно, думаю, моя, — повторил Джош тихим голосом. — Что я могу сказать? Что был идиотом, обращаясь к сумасшедшему? Что я не должен был использовать незаконное подслушивание телефонов или электронные жучки для получения информации? Конечно, Вилли был неуравновешен, но уж так случилось, что он гений в электронике. Правительственные агенты используют его для выполнения грязной работы и хорошо ему платят. Очевидно, что если бы я мог помыслить, что он прибегнет к насилию, я ни за что не остался бы с ним в одном городе. Но посмотрите на комитет. Поглядите на жуткую картину коррупции и несправедливости, которую он показал перед американским обществом. Мы начали с россказней вора. Вызвали бы вы Бенни в комитет без подтверждения фактов, Келли? Неужели вы считаете, что эти жалкие пьяницы и дураки-следователи из комитета Джоунса представили бы вам эти факты… Бесспорные факты?

С самого начала меня интересовало лишь одно — Келли Шеннон. Сначала я подумал, что, похоже, деньги, предлагаемые вашим отцом, будут непредвиденным доходом, но после того, как я встретился с вами, я начал верить, что у вас есть шанс попасть в Белый дом, и я мог бы гордиться, что сделал кое-что для этого.

У нас не оставалось времени для осуществления таких вещей. Мы не могли использовать ортодоксальные методы. Мы нуждались в чем-то значительном и драматичном, чтобы ваше имя стало предметом бесед в каждом доме. Мы управляли слушаниями, но нам были нужны бомбы, и поэтому появился Вилли. Конечно, он представляет опасность, и я надеюсь, они положат конец его страданиям. Что касается меня, то я верю, то, что он дал нам, стоило жизни вора, который украл бы обручальное кольцо собственной матери. Если уж нам нужно о ком-то жалеть, то будем печалиться о Молли, которая, должно быть, понимала, что вам никогда не извлечь воровство из сердца вора… и о том охраннике. Если это чего-либо значит, то я буду видеть его лицо, пока не умру.

Джош встал и взглянул на Келли:

— Я уже говорил, что вы ждете, чтобы я сказал? Что я сожалею? А я не жалею! Я уверен, добро, которое получится из этого, далеко перевесит зло. Преступники и воры-политики больше не будут править Лоуренсом. Правосудие больше не будет продаваться с бочки, по крайней мере, сейчас. Рядовые граждане и честные бизнесмены будут уверены, что получат справедливые судебные решения от одного из наших высших трибуналов. А Маллади — кончен, уничтожен.

Он трезво кивнул головой.

— Ну, а насчет завтрашнего дня не волнуйтесь. Дайте мне взять вину за Вилли. Знаю я этих волков снаружи. Когда-то я сам был одним из них. Дайте им козла отпущения, и они будут счастливы разорвать его на части. Я и буду им.

Джош взглянул на Келли.

— Вы, конечно, не можете сказать, что я не поставил для вас многое на карту, Келли. Но думаю, это стоит того. Прощайте, и удачи вам всем.

И он ушел.

Какое-то время мы так и сидели совершенно ошеломленные. Потом у Лейси вырвался тоненький всхлип, и она бросилась за ним. Я последовал за ней. Мы поспешили по коридору в вестибюль, но его там не было. Швейцар сказал, что последние несколько минут никто не выходил. Потом он предположил, что, возможно, гость припарковался сзади, и я понял, что в этом ответ. Когда мы достигли стоянки, служитель сообщил, что Джош уехал, да так быстро, объяснил он, что шины завизжали.