Няня для байкера
Шрифт:
Сзади раздаются чьи-то негромкие шаги, и я оборачиваюсь посмотреть, кто пришел. Макс подходит ко мне, неся в руках два высоких стакана.
— Это вам, — протягивает он мне один.
— Спасибо. А что это? — я смотрю в бокал и принюхиваюсь. Пахнет алкоголем.
— Это мой фирменный коктейль. Называется закат в Малибу.
— А что входит в состав?
— Сироп Гренадин, ананасовый сок и немного рома.
— Ммм, вкусно! — Я с удовольствием делаю глоток.
Мы сели вместе на причал и опустили ноги в воду.
— Алиса, могу я вас кое о чем спросить?
— Конечно, — я поворачиваюсь и смотрю на него. Сегодня он выглядит расслабленным и не пытается придираться ко мне по-всякому поводу.
— Как вы здесь оказались?
— Не поняла? — я хмурю лоб и пытаюсь сообразить, что он имеет в виду.
— Как вы оказались в этом городе? Я не хочу давить, но мне кажется, что вы что-то явно не договариваете.
— С чего вы это взяли?
— Просто интуиция, — он пожимает плечами.
Я ничего не отвечаю и начинаю тихо напевать под нос песенку.
— Вот видите. Вы всегда поете этот мотив, когда вас что-то беспокоит.
— Правда? Не замечала. Мне просто нравится мелодия.
— Алиса, давайте будем чуть более откровенны друг с другом. Просто расскажите мне, что вас так тревожит. Откуда столько грусти в этих прекрасных глазах?
— Когда я была маленькой, мама часто водила меня в парк аттракционов неподалеку от нашего дома. Мы вместе катались на карусели, и там звучала эта музыка. Самое волшебное время. По крайней мере, для меня. Мама обнимала меня и звонко смеялась. Мы были очень счастливы. — Мой голос начинает предательски дрожать. Слишком тяжелые воспоминания, но Макс прав. Мне нужно выговориться.
— Звучит здорово.
— Я не знала тогда, что мама уже смертельно больна. Думаю, именно поэтому она старалась так много со мной гулять. Она хотела подарить мне как можно больше теплых моментов.
— Мне очень жаль, что с ней произошло несчастье…
— Теперь ваша очередь. — Я вытираю слезы и выдыхаю. — Расскажите мне про вашу жену.
— Я не люблю об этом говорить. — Он делает большой глоток и смотрит на солнечные блики.
— Может, вам тоже стоит выговориться?
— У Трисс погибли родители в авиакатастрофе. И ее как-будто подменили. Она была прекрасной матерью и любящей женой. Но после трагедии у нее конкретно слетела крыша. Я старался всегда быть рядом, но, видимо, ей было нужно не это.
— Звучит невесело.
— Она уходила в загулы, не ночевала дома, пропадала днями и ночами у подруг. По крайней мере, я так думал. Чтобы девочки не расстраивались, я придумывал разные истории. Что мама на работе или поехала в командировку. Но в тот день она вела себя как раньше. Улыбалась, играла с девочками, была мила со мной. Я даже поверил, что все наконец, наладилось. Трисс украсила с дочками дом к Рождеству и приготовила ужин. А когда я пошел за гирляндами в гараж, она просто сбежала. Оставила на столе записку и укатила с молодым любовником. Их видели соседи. Через месяц моя жена прислала мне дарственную на дом и документы о разводе.
— Макс, это ужасно…
— Я ни с кем никогда об этом не говорил. До этого дня.
— Вам пришлось нелегко. Я понимаю. Я знаю, каково это, когда любимый человек поступает жестоко и несправедливо. Но вы должны держаться ради девочек. Им нужен сильный и веселый папа. Даже если жизнь отстой, всегда знайте, что есть две крошки, которым вы нужны.
— Да, я понимаю это.
— Вам нужно научиться ценить каждый миг рядом с ними. Мы ведь не можем знать, сколько нам отведено времени с близкими. Поэтому нужно жить с удовольствием.
— Вы не заболели? — пытается пошутить Макс.
— Нет, — я улыбаюсь и отрицательно качаю головой. — Когда умерла моя бабушка, рядом никого не осталось. А мой родной отец просто сбежал… Вот почему я так не люблю говорить о своем прошлом. Стараюсь держать все воспоминания под замком.
— Но вы справились, — он притягивает меня к себе, обнимая за плечи. — Вопреки всем обстоятельствам. Из вас получился замечательный человек. Несмотря на то, что жизнь лупила не в бровь, а в глаз. Теперь я всегда буду рядом. Буду вашей… Твоей поддержкой и опорой. И никогда не отпущу!
— С вами я провела лучшие несколько недель в моей жизни, — шепотом отвечаю я, и мои глаза невольно закрываются.
Он берет меня за подбородок и нежно целует в губы. По моим ощущениям между нами происходит нечто большее, чем просто сексуальное влечение. Вероятно это похоже на настоящие чувства, которые могут связывать только любящих друг друга людей.
Солнце скрывалось за горизонтом, и небо окрасилось в нежно фиолетовые тона. Со стороны залива поднялся пронизывающий холодный ветер и я стала ежиться.
— Давай вернемся в дом, — Макс встает и протягивает мне руку. — Я растоплю камин.
Мы тихо шли, держась за руки, не проронив по дороге ни слова. Иногда так приятно просто помолчать рядом с близким тебе человеком.
Я устроилась на мягком диване в гостиной и наблюдала, как мой начальник подкидывает дрова в огонь. Поленья уютно потрескивают и разгораются, озаряя комнату мягким светом и теплом. В углу мерцают разноцветные огоньки рождественской ели, и я глубоко вдыхаю лесной аромат.
— Нет ничего лучше живой елки. В моей приемной семье обычно ставили искусственную ель, — тихо говорю я.
— Да, но потом столько мороки с этими иголками. — Макс сидит рядом с камином с бокалом в руках.
— Ну и что. Мне все равно. Эмоции от настоящего дерева стоят того, чтобы потом пару раз махнуть веником.
— Ну, вообще ты права. Живая елка и правда добавляет атмосферности в интерьер.
Мистер Блэк встает и, скинув с кресла меховое одеяло, расстилает его на полу перед камином.
— Иди ко мне, — он смотрит мне прямо в глаза.
Властный, но одновременно с этим мягкий голос Макса заставляет меня подчиниться. Я встаю с дивана и медленно приближаюсь к нему. Он подтягивает меня за лодыжку, расшнуровывает ботинок и откидывает его в сторону. Потом проделывает то же самое с другим.
— Так лучше?
Я утвердительно киваю.
Макс с легкостью подхватывает меня на руки и укладывает у себя на груди, словно я маленькая девочка. Некоторое время мы смотрим друг другу в глаза, пока он нежным прикосновением не убирает прядь волос с моего лица. Его пальцы скользят по моему затылку, и он притягивает мои губы к своим.