Чтение онлайн

Совсем не вовремя решаюсь на серьезный разговор. Но ведь и времени подходящего не найдешь. Учитывая то, что дома он появляется либо для вынужденного сна, либо, чтобы зарыться в свои бумаги в кабинете.

— Артёму не хватает твоего внимания, он скучает и хочет видеть папу как можно чаще.

Кирилл хмурится, словно раздумывает над моими словами, а затем переводит стрелки на меня.

— С сыном я поговорю. А что касается тебя? Может это тебе внимания не хватает?

Вспыхнув как новогодняя елка, трусливо отвожу глаза. Что за провокации такие? Так и не найдя подходящих слов, тянусь к дверной ручке.

— Добрых снов, — прячу невольную улыбку и скрываюсь в своей комнате.

***

С утра пораньше я уже колдую у плиты, как слышу уверенные шаги за спиной. Невольно улыбаюсь своим мыслям и радуюсь тому, что Кирилл решил прислушаться к моим словам.

— Пахнет вкусно, — заключает он, заглядывая мне через плечо и будто невзначай царапая его щетиной.

Фетиш у него что ли такой… Пускать слюни на мои плечи.

— Должно быть и съедобно, — смущенно улыбаюсь, даже не пытаясь отстраниться.

— Ты ведь знаешь, что не обязана готовить? Если не нравится еда из ресторана, можешь добавить в меню блюда по своему вкусу.

Божечки, как это мило! Он заботится о моем желудке!

— Папа!

Детский смех разносится по кухне, придавая дому ту самую атмосферу, которой, как мне казалось, не хватало прежде.

Завтрак мы действительно заканчиваем готовить все вместе. Даже блины успеваем испечь, как и планировалось вчера.

Пока Тема доедает свои любимые сосиски, складываю в контейнер обед для Кирилла и погружаю в термосумку.

— А это зачем? — интересуется Тема.

— Обед для твоего папы. Чтобы он не тратил время на рестораны, а смог пообедать домашней едой и вечером вернулся домой вовремя.

Тема сомнительно косится на сумку, а затем и вовсе вскакивает на ноги и уносится в свою комнату.

— Так… Салфетки, — бурчу себе под нос, открывая каждый шкафчик в поисках необходимого.

Когда возвращается Тема, предлагаю ему написать на одной из салфеток короткое послание. Он с радостью соглашается и царапает печатными буквами: «для папы!».

Кирилла провожаем на работу мы вместе. Уже на выходе тянусь к нему и тихо шепчу на ухо:

— В сумке для тебя сюрприз!

16

*** Кирилл

С самого утра мне не дает покоя мысль, что ж там за сюрприз приготовила моя соблаз… няня, в общем. Чует сердце, что ожидать от нее можно чего угодно.

Удивительная девушка. Непосредственная, импульсивная, забавная и такая… своеобразная. Не похожая на других.

Кровь будоражит и вызывает сердечную тахикардию. Или это возраст? Как-никак за тридцать уже.

Одним лишь взглядом она превращает мозги в кашу. Пробуждает какие-то… как там она сказала? Первобытные инстинкты? Хочется схватить и утащить в свою берлогу. А точнее в спальню на двухместную кровать. И лишь стоит представить это, как разум отключается.

Как и было велено, я героически дожидаюсь обеденного перерыва, не поддаваясь искушению заглянуть в сумку раньше времени.

И это было лучшим решением за последнее время…

Не представляю, как бы работал до обеда, поддавшись соблазну, и как теперь дотянуть до вечера.

Цепляю пальцами края ткани и выуживаю из сумки красные кружевные стринги.

Воображение тотчас оживает, и будто наяву во всех красках, с дотошливой точностью я вижу стройные обнаженные бедра Эвы в этих самых стрингах.

Твою ж… Сюрприз, черт возьми. Как теперь ходить по офису с фонариком в штанах?

Кое-как уплетаю обед, не сводя глаз с яркого кружева, лежащего на столе.

Ну и что это, если не намек? Причем такой не хилый. С размаху, с разгону и крайне отчаянно.

Да тут красной тряпкой открыто перед носом трясут! А выдержка у меня, знаете ли, похуже чем у свирепого быка.

Сложив все обратно в сумку заканчиваю рабочий день и выдвигаюсь домой.

Сегодня меня там, очевидно, очень ждут.

Эвелина

Кирилл возвращается домой на удивление рано. И всё-таки я отличный стратег. Смогла таки подобрать нужные слова, что он задумался и решил провести вечер с сыном.

Пока они с Темой возятся с соленым тестом, что я подготовила накануне, собираюсь по-быстрому разобрать его сумку и отправить контейнер в посудомойку. Но вместо контейнера, выуживаю оттуда женские трусы.

Это еще что за новость?

Противный писк в голове нарастает и подает аварийный сигнал тревоги, оповещая о подрыве моей нервной системы, когда я понимаю, что… это мои трусы!

Уходит еще несколько секунд, прежде чем я осознаю, чьих это рук дело.

Несусь в гостиную с намерением обелить свою изрядно потрепанную репутацию и торможу в дверях, наблюдая прекрасную картину.

Тема радостно улыбается, объясняя отцу, чем его лепнина отличается от зайчика, которого он должен был смастерить.

Подхожу ближе, ощущая, как весь мой пыл плавно угасает.

— Ну чем не заяц? — натурально удивляется Кирилл, демонстрируя мне свою поделку, больше похожую на лепешку. — Похоже ведь?

— Нет, — отрицаю серьезным тоном, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.

По комнате проносится заразительный детский смех, и на моих губах расползается предательская улыбка.

— Прилепи ему хотя бы хвост! — хохочет Тема.

— Кажется, кому-то требуется помощь… — неловко вклиниваюсь в их образовавшуюся идиллию.

Присаживаясь рядом, тянусь к Кириллу за несчастным зайцем и одергиваю руку, когда соприкасаемся пальцами.

— Он не кусается, — подмечает он, не сводя с меня глаз.

Боже… Ну почему он так смотрит? Хоть бы улыбнулся, чтобы разрядить обстановку…

Зато с этой задачей отлично справляется Тема, заливаясь смехом.

– Эва испугалась зайца! Он ведь даже не настоящий!

— А у тебя там что получилось? — переключаю все свое внимание на ребенка.

Он горделиво демонстрирует целый ряд таких же лепешек, как и у отца, и мы с Кириллом, словно сообща, выражаем натуральный восторг.