Чтение онлайн

Её злобная ухмылка словно выжигается у меня на сетчатке. Она грубо хватает меня за руки и разворачивает так, что я оказываюсь прижата грудью к холодному металлу.

— Ай. — Я морщусь, когда она затягивает веревку на моей коже чуть туже, чем нужно.

— Она готова, — щебечет она, обращаясь к Рейну. Её светлые волосы собраны в тугой конский хвост, лежащий на плечах.

Рейн одаривает меня довольным взглядом, натягивая свой белый тактический жилет. Он проводит рукой по темным волосам, еще влажным после нашего душа перед выходом из пентхауса.

Снова реальность. Рейн немного безумен, и я всё еще в плену, кто бы ни был рядом.

Рейн протягивает руку за поводком, который Хейли пристегивает к моим связанным запястьям. Она с радостью передает его ему, и он дергает за него, рывком заставляя меня сделать шаг вперед.

Я сверлю его взглядом, пытаясь удержать равновесие.

— Серьезно? Это обязательно?

Он издает низкий смешок, и от этого звука у меня внутри всё загорается. К черту меня и мою одержимость плохими парнями.

— Мы же не хотим, чтобы Элиас подумал, будто мы слишком нежно с тобой обращались, верно?

Он обнимает меня за плечо своей собственнической рукой, но поводок держит крепко.

— Честно говоря, не понимаю, почему это важно. — Я хмурюсь и отворачиваюсь, демонстрируя холодность.

— О, да ладно тебе, детка, это всего лишь спектакль, идет? Ты же знаешь, что ты мне нравишься. — Он притягивает меня к себе и целует в лоб.

Мы пересекаем город и наконец добираемся до военного лагеря. За внешним забором стоят машины, а у ворот — несколько девушек моего возраста. Они в обычной уличной одежде: мешковатых штанах и тяжелых коричневых кожаных куртках. Они почтительно кивают Рейну, не удостаивая меня даже вторым взглядом. Мы пробираемся через этот импровизированный лагерь, и я с удивлением замечаю детей, бегающих между палатками. Большинство из них босые, но в руках у них — оружие.

— Неужели всем детям обязательно носить с оружие? Даже Бенни, по-моему, еще слишком мал.

Рейн пожимает плечами:

— Каждый должен сражаться. Мы должны быть готовы, когда они придут.

Я хмурюсь:

— Небо буквально рухнуло. Вам не победить то, что приближается, — цежу я сквозь зубы, бросая последний неодобрительный взгляд на детей.

— Если у нас не будет надежды, что останется? — равнодушно бормочет он. Его черные волосы развеваются на ветру. Он достает сигарету и закуривает, прежде чем мы останавливаемся у небольшого здания.

Я наблюдаю, как он перебирает ключи и выбирает один — более крупный и старый, чем остальные. Он вставляет его в замок, раздается щелчок. Внутри нас ждут двое мужчин, встречая его короткими кивками.

Мир меркнет, как только мы переступаем этот мрачный порог. Небольшая площадка ведет прямо к лестнице, уходящей глубоко под землю. Пыльный, известковый запах бьет в нос, заставляя меня морщиться и сдерживать чихание. Вся комната сделана из бетона и веет могильным холодом. Это как спуск в пещеру, из которой, ты уверен, уже не выберешься.

Сердце падает в пятки. Элиас провел здесь несколько дней — в темноте, под землей, в холоде… Кто знает, в каком он состоянии.

Я пытаюсь успокоить нервы, но в голове крутятся мысли обо всем, что может ждать меня внизу. Рейн ведь не станет пытать меня, правда? Мне сложно представить, что он мог бы сделать что-то подобное с Элиасом.

Двое мужчин остаются наверху у двери, а Рейн ведет меня вниз по лестнице. Наши шаги ровные и медленные. Не знаю, то ли это мой страх перед тем, что ждет внизу, то ли мы действительно идем так неспешно.

Голос Рейна застает меня врасплох, когда он наконец нарушает тишину:

— Делай, как я, ладно?

Холод, который его слова посылают мне по позвоночнику, заставляет мою Тень сжаться. Он делает глубокую затяжку и медленно выпускает дым, словно он чем-то подавлен.

— Зачем ты взял меня с собой сегодня? — Хватит уже этой чуши. Всё это похоже на ловушку, и та крупица доверия, которую мне удалось найти между нами, мгновенно испаряется. Тьма, скрытая под поверхностью Рейна, пугает. Я проглатываю ком в горле и пытаюсь сохранять спокойствие, но никогда прежде я не спускалась так глубоко. Что-то подсказывает мне, что путь отсюда только один.

— Я думал, ты хочешь его увидеть?

— Только не так… ты меня пугаешь. — Я слегка натягиваю веревку, пытаясь остановиться. Я не хочу доходить до самого низа. Что-то глубоко в костном мозге подсказывает: обратно я уже не поднимусь. Тревожное шевеление под кожей говорит о том, что моя Тень чувствует то же самое. Впервые она отпрянула от Рейна. Странное перемирие, которое у неё было с ним, рушится.

Он останавливается и поворачивается ко мне, в его голубых глазах — ледяной холод.

— Пожалуйста… не делай это сложнее, чем нужно, детка.

Он делает шаг ко мне, но я отступаю на ступеньку выше, чтобы увернуться от его руки. Его выражение лица темнеет.

— Значит, хочешь по-плохому? — Он издает низкий смешок, от которого у меня дрожат колени.

— Перестань. Ты меня пугаешь, — шепчу я.

Он грубо хватает меня за запястье, увлекая вниз, к самой нижней ступени, и останавливается у тяжелой двери подвала.

Что, черт возьми, происходит?

Он отстегивает мои наручники, берет меня за руку, обнажая ладонь, и другой рукой выхватывает нож.

— Ты правда думала, что я не раскрою твой секрет, Терра? — Его голос сочится ядом. — Я знаю, что ты — одна из них. У меня были подозрения уже несколько дней. Забавно… я был так уверен в тебе. Я собирался оставить тебя себе и сделать своей чертовой королевой, но потом Бенни уронил тот нож, и я увидел твое ранение… У тебя есть дар исцеления, прямо как у Элиаса.

Он мягко убирает мои волосы за ухо.

— Ты вообще собиралась мне рассказать?

Я знала. Я знала, что он видел, как лезвие пронзило мою кожу.

Он проводит ножом по моей ладони, и я морщусь, когда кровь наполняет руку. Он вытирает её рукавом, открывая уже затянувшийся порез. Я сужаю глаза.

Почему я чувствую такую вину за то, что не рассказала ему? Я хотела этого больше всего на свете, но боялась того, что произойдет, если я это сделаю.

Его рука дрожит, когда он сжимает мою.

— Я даже не могу чувствовать себя виноватым, причиняя тебе боль. Это самое ужасное. Эта штука под твоей кожей исцеляет тебя быстрее, чем я успеваю сделать вдох.