Чтение онлайн

– Разв для того мы димъ мякину по праздникамъ, чтобы ты могъ купать цыганокъ въ шампанскомъ?!

Умные и чуткіе государственные люди слышали этотъ вопросъ, со дней Пугачевщины, черезъ Радищева и декабристовъ, до дней Александра II съ его страшно глубокою и многознаменательною рчью къ московскому дворянству: начнемъ раскрпощеніе сверху, чтобы оно не началось снизу, – и съ манифестомъ 19 февраля.

Бываютъ ядущіе и бываютъ ядомые. Ядомые могутъ составить организацію противодйствія, чтобы перестать быть ядомыми и воспрепятствовать ядущимъ ясти ихъ. Это понятно, разумно, всмъ знакомо. Но организація ядомыхъ, направленная къ тому чтобы наиудобнйше оставаться жертвами яденія, облегчаетъ положеніе ихъ не боле, чмъ блый соусъ положеніе цыпленка, котораго иначе поваръ изжарилъ бы въ соус красномъ. Можно и должно жалть проститутку, можно любить ее, можно не только извинять, но и уважать мотивы, которые толкнули въ позорный промыселъ какую-нибудь Соню Мармеладову, но въ самомъ промысл проституціонномъ уважать ршителъно нечего. Никакими софизмами не обратить его изъ силы противообщественной въ силу; работающую на общество, если только не считать соціальнымъ идеаломъ современный капиталистическій буржуазный укладъ, которому она – какъ разъ по Сеньк шапка и врная раба. Не знаю, «нелпость» ли половая мораль, но знаю, что, напримръ, забастовку проститутокъ съ цлью уничтожить промыселъ и заставить общество дать имъ честно-доходную работу, я понялъ бы, a ассоціація проститутокъ, съ цлью наиуспшнйше торговать собою, столь же странна, какъ и тотъ одесскій трактиръ, о которомъ писали недавно въ газетахъ, что, открывшись на артельныхъ началахъ, онъ съ мста въ карьеръ началъ широкую торговлю женщинами. И опять-таки идея давняя, идея расцвта буржуазіи, выношенная во Франціи конца имперіи. У насъ же еще некрасовскій Леонидъ провозглашалъ общественнымъ идеаломъ «мысль центральнаго дома терпимости», повторяя собою античнаго Солона, который наполнилъ государственныя диктеріи невольницами, дабы общественный темпераментъ не обращался на гражданокъ. Любопытно, что идея Леонида чуть было не осуществилась лтъ шесть назадъ въ Софіи, и уже было воздвигнуто прекрасное зданіе для этой государственной цли, но затя рухнула изъ-за негодованія болгарскихъ женщинъ и… отказа проститутокъ!

«Нелпость» ли, нтъ ли половая мораль, однако, она очень жива въ падшихъ жеищинахъ. Очень рдкія проститутки, хотя, казалось бы, совершенно утратившія стыдъ въ печальномъ промысл самопродажи, относятся безъ отвращенія къ торговл «живымъ товаромъ». Лишь незначительная часть такихъ торговокъ выходитъ изъ среды проститутокъ. Такъ, по даннымъ Кузнецова въ 1870 году изъ 66 содержательницъ домовъ терпииости въ Москв ране были проститутками только 7.

Общественный темпераментъ – сила огромная, но значеніе ея, все-таки, принято весьма преувеличивать. Уже широкія рамки колебаній то въ рост, то въ упадк проституціи (напримръ, какъ то наблюдено, для Германіи и особенно для Берлина, въ соотвтствіи отъ большихъ или меньшихъ цнъ на хлбъ) показываютъ, насколько поддается сокращеніямъ энергія общественнаго темперамента, какъ скоро дешевый спросъ оскается о дорогое предложеніе, т. е. какъ скоро экономическое положеніе женщины улучшается настолько, что она можетъ прокормить себя не только тломъ своимъ, какъ самка, но и трудомъ, соотвтственнымъ достоинству человка. Мысль человческая энергически работаетъ надъ усвоеніемъ закона этихъ сокращеній, и недалекъ тотъ день, когда онъ будетъ провозглашенъ громко и проведенъ въ жизнь. Гораздо ближе, чмъ думаютъ! Уничтожить проституцію, освободить женщину отъ проституціи – одна изъ благороднйшихъ задачъ, которымъ можетъ посвятить себя современный человкъ. Упорядочивать же ндра проституціи «на продолженіе» значитъ лишь мнять одну полицію нравовъ на другую, то есть мнять цвтъ соусовъ, въ коихъ жарятся дыплята. Но объ этомъ я много говорилъ уже въ «Женскомъ нестроеніи» и не хочу повторяться. Прибавлю лишь одно соображеніе, сейчасъ пришедшее мн въ голову: то примиреніе общества съ проституціонною профессіею, какъ силою временно-фатальною, которое рекомендуетъ г. Владимиръ Ж., должно зарзать состраданіе къ проститутк и свести на нтъ борьбу съ ея ремесломъ, какъ общественнымъ порокомъ. Почему? Да потому, что если мы признаемъ проституцію нормальнымъ ремесломъ вровень со всякимъ другимъ, то, съ этого момента, проститутка достойна жалости не только не боле, но даже мене, чмъ кто-либо изъ работницъ, ибо экономически она поставлена лучше всхъ, a съ соображеніями «половой морали», заставляющими насъ сожалть о ней нын, что же мы будемъ считаться, разъ условились «половую мораль» зачеркнуть? Вмсто страдающей, униженной и оскорбленной женщины остается уже наголо лишь «предметъ потребленія», которому тмъ сытне существовать на свт, чмъ больше на него спросъ. Теперь это «чмъ больше», приводитъ насъ въ yжасъ, смущаетъ нашу совсть тяжелыми угрызеніями, a тогда – чмъ же смущаться? Шибко торговля идетъ, – благополучіе, въ нкоторомъ род, горою создается, – ну, стало быть, и хвала сліянію Венеры съ Меркуріемъ, да здравствуетъ коммерція и – все добро зло, то-есть безвредно и прекрасно!

Въ «Случайныхъ Замткахъ» іюньской книжки «Русскаго Богатства» (1904) привлекаетъ вниманіе читателя маленькая статья – «Соня Мармеладова на лекціи г-жи Лухмановой» [5] , подписанная всмъ понятнымъ псевдонимомъ Вл. К. Разговаривать о такой квинтъ-эссенціи надменнаго буржуазно-институтскаго «юродства», сытой безжалостности и глубочайшаго соціальнаго невжества, какъ лекціи г-жи Лухмановой о проституціи, не стоило бы, если бы въ Житомир это пустословіе во всеуслышаніе не вызвало примчательнаго протеста: одна изъ женщинъ, обозванныхъ добродтельною переводчицею «Дамы отъ Максима» въ порыв цломудреннаго негодованія «тварями» и «животными», прислала въ редакцію газеты «Волынь» письмо, пытаясь оправдать свое паденіе. Письмо потрясающее, какъ вс подобныя письма. Я долго занимался проституціоннымъ вопросомъ, и въ рукахъ моихъ перебывало много подобныхъ документовъ. Письмо житомирской Сони Мармеладовой отличается отъ нихъ только грамотностью и ясностью слога, вроятно, приданными ему въ редакціи. Какъ истинная Соня Мармеладова, двушка эта пала, чтобы кормить и воспитать двухъ братьевъ и двухъ сестеръ, которымъ она осталась старшею въ семь посл смерти матери, потому что отецъ скрылся безъ всти. Три года двнадцатичасового «честнаго труда» на табачной фабрик, съ поденщиною по 25 к. въ сутки, что давало около 7 рублей въ мсяцъ – на содержаніе пяти человческихъ душъ! «прирабатывала»: за 50 коп. въ мсяцъ таскала воду изъ колодца – посл двнадцатичасовой-то поденной работы! На четвертый годъ, когда братья и сестры стали подрастать, требуя еще большихъ расходовъ, двушка не выдержала – начала «прирабатывать» къ фабричной поденщин проституціей… Ну, и результаты обычные, – сразу сказался «наиболе доходный способъ женскаго труда»: семья стала на ноги – «одинъ брагь поступилъ въ ученье къ сапожнику, другой дома, a дв сестры одты, по воскресеньямъ идутъ въ воскресную школу, a въ будни y печки стряпаютъ и моютъ блье».

Исключительный ли это, рдкій ли фактъ? Насколько онъ подлежитъ обобщеніямъ?

Я недавно имлъ случай говорить съ читателями о современной проституціи, какъ о зл, въ подавляющемъ преимуществ своего состава, экономическомъ, истекающемъ изъ общаго безправнаго положенія женщины въ буржуазномъ стро общества и безобразно приниженныхъ условій женскаго труда. Не повторяясь въ общихъ разсужденіяхъ, я хочу на этотъ разъ освтить житомірскій случай однми голыми цифрами.

Изъ 4.812 проститутокъ, изслдованныхъ въ Петербург въ 1893-96 гг. докторомъ П. Е. Обозненко, по даннымъ врачебно-полицейскаго комитета и Калинкинской больницы, паденіе свое въ торговлю тломъ объяснили экономическими причинами – прямыми или косвенными:

Затмъ въ списк г. Обозненко выставляются неопредленныя, но, кто хоть сколько-нибудь знакомъ съ проституціоннымъ міркомъ, тому очень хорошо понятныя рубрики: «собственное желаніе», «отрицающія занятіе проституціей», «причины неизвстны». – «Собственное желаніе» – полицейская формула-отмтка, которою отдлываются проститутки отъ пытливыхъ вопросовъ – «какъ дошла ты до жизыи такой?», когда не хотятъ или не умютъ на нихъ отвчать. Изъ 765 женщинъ этой рубрики можно ручаться за 500–600, что, участливо и пристально изслдуемыя, он, въ конц-концовъ, обнаружили бы побужденія матеріальной нужды, обычныя для большинства жертвъ проституціи. Въ «скрывающихъ занятіе проституціей» этотъ % долженъ быть взятъ еще выше: отсылаю къ книг г. Обозненко искать потрясающія картины, какъ голодающал угловая женщина, на дн столичнаго населенія, борется противъ необходимости стать явною проституткою, и какъ ея борьба, при суровыхх притязаніяхъ нашей регламентаціи, оказывается напрасною и беззащитною.

– Что-жъ? Дали бланку – нужно гулять! – слишкомъ частая судьба женщинъ, преслдуемыхъ и загоняемыхъ въ проституцію регламентаціонною формалистикою, – по словамъ г. Обозненко, – только «за то, что она бдна, за то, что она не нашла себ мста, за то, что живетъ въ грязномъ углу, a не въ первоклассной гостиниц». Страшно сказать, но угловая женщина въ Петербург можетъ очутиться въ проституціонной больниц, никогда не бывъ проституткою! Для этого ей достаточно имть на тл прлыя пятна или просто, съ позволенія сказать, обовшивть; «комиссіонныя женщины», – т. е. взятыя полицейскими обходами въ ночлежныхъ квартирахъ за неимніемъ паспорта, за нежеланіемъ объявить постоянное мстожительство, за неуказаніемъ опредленныхъ занятій – «комиссіонныя женщины», при обнаруженіи свидтельствованіемъ не только слдовъ сифилиса, но даже царапинъ и расчесовъ или нечистоплотности, подлежатъ препровожденію въ Калинкинскую больницу, гд и формируются выгоднымъ примромъ подругъ уже въ явно-поднадзорныхъ проститутокъ. Почти роковая неизбжность чернорабочей баб, оставшись въ столиц временно безъ труда, пополнить собою проституціонные кадры настолько понята классомъ этихъ горемычныхъ полунищихъ, «что находятся предусмотрительныя женщины, которыя, приходя въ столицу на заработки, прежде всего идутъ въ в. п. комитетъ и берутъ бланку на всякій случай». Какого ужаса, какого паденія, какого развращенія среды фатумомъ нужды еще искать! Вотъ какія формы страхованія отъ потери труда создала петербургская безработица. Ужъ истина, что голь на выдумки хитра! Вотъ въ какія унизительныя уловки самопомощи приходится опускаться женской рабочей масс, выдляющей изъ себя, въ судорогахъ отчаянія, тхъ «тварей» и «животныхъ», которымъ наши пуританки съ зажирлыми сердцами объявляютъ лишенными правъ на общественное участіе.

Итакъ, къ вышеприведеннымъ цифрамъ доктора Обозненко, и безъ того крупно характеризующимъ экономическій складъ петербургской проституціи, надо прибавить еще, по крайней мр, тысячу женщинъ изъ трехъ рубрикъ неопредленныхъ. Что же остается на факторы посторонніе – на побужденія психологическія, на случай и т. д.? Нсколько сотенъ, при чемъ еще о значеніи одного фактора – «лность» (334 женщины) – можно много условливаться и спорить.

Въ процентномъ реестр д-ра А. И. Федорова («Позорный промыселъ», изд. мин. внутр. длъ) неудачной рубрики «лность» нтъ вовсе, хотя этотъ изслдователь и очень суровъ къ проституціонному классу и, подобно г-ж Лухмановой, отрицаетъ нужду, какъ причину проституціи. Рубрик «лность» y него соотвтствуетъ рубрика «легкій заработокъ», гораздо боле выразительная и справедливая. Въ самомъ дл, что представляетъ собою «лность» чернорабочаго человка? Лнтяй-поденщикъ заслуживаетъ свою репутацію уже тмъ, что норовитъ выкрасть на отдыхи и передышки изъ двнадцатичасового рабочаго дня, всми правдами и неправдами, какихъ-нибудь минутъ сорокъ. Каждый изъ насъ, съ репутаціей усердныхъ работниковъ на своемъ дл, въ недлю сдохъ бы, если бы былъ поставленъ замнить лнтяя-поденщика на его работ; о замн хорошихъ длателей мзды своея, что ужъ и думать! Лнивая работница – это просто та, которая, вмсто 15–18 часовъ въ сутки, обычныхъ (по А. И. Федорову) для петербургскаго «честнаго женскаго труда», способна выдерживать его не боле 10–12 часовъ, и которую за эту «лнь» не держатъ на мстахъ. Попробуйте ссть – длать папиросы: этотъ заработокъ сравнительно легче другихъ и немножко лучше оплачивается (отъ 10 до 20 р. въ мсяцъ на своихъ харчахъ). Вы пяти часовъ этой муки не выдержите, a двушка-папиросница, нелнтяйка, должна высиживать 15! За десять-то рублей! Что же удивительнаго, если 9 проц. петербургской проституціи выходитъ изъ папиросницъ? Не забывайте твердой аксіомы: цифра честнаго заработка рабочей труженицы кончается тамъ, гд починается цифра заработка проститутки. Наилучшая работница-портниха (высшій заработокъ женскаго ремесленнаго труда въ Петербург) получаеть 30 рублей въ мсяцъ, самая плохая неудачница-проститутка – 40 рублей (Федоровъ).

Кто же остается въ списк г. Обозненко за сдланными погашеніями? Двочки, вовлеченныя въ развратъ «по глупости и легкомыслію» (81), не владющія собою, безвольныя алкоголички, пьянствомъ лишенныя трудоспособности (88), больныя нимфоманіей, которыхъ гонитъ въ развратъ половая потребность (27), и жертвы любовныхъ трагедій, мстящія своимъ срамомъ любимому человку (ихъ довольно много – 128; рубрика эта даетъ крупный % и y Федорова: 5,5 %). Вс эти жалкія созданія не даютъ и 10 % къ общему контингенту изслдованія и, какъ бы ни было печально ихъ зрлище, какъ бы ни владлъ ими и ни губилъ ихъ порокъ, y кого же – кром комитетскихъ агентовъ – повернется языкъ обозвать «тварями» и «животными» человческія существа, загубленныя дтскимъ незнаніемъ, природнымъ слабоуміемъ, невжествомъ и обманомъ, либо физическими недугами и аномаліями, по большей части – наслдственными? Он ли виноваты передъ обществомъ? Обществу ли, ими пользующемуся, презирать ихъ и клеймить? Тутъ нужны лечебницы и школы, умная трудовая помощь, a не бранныя плачки и надменное фырканье буржуйнаго чистюльства… на этихъ коняхъ давно уже перестали здить даже сочувственники г-жи Лухмановой, – конечно, не вовсе лишенные, какъ эта почтенная писательница, эрудиціи по темамъ, за которыя берутся, и достаточно умные и добросовстные, чтобы не ршать соціальныхъ вопросовъ капризною отсебятиною. Часто ли попадаются Сони Мармеладовы, подобныя житомірской? Увы! Естььвъ проституціонномъ мір и грозне явленіе, еще не изображенное въ полной мр своего трагизма никакимъ Достоевскимъ! Не забывайте, что въ проституціонной сред 8 % женщинъ, имющихъ дтей. Возьмите докладъ д-ра Штюрмера «Проституція въ городахъ». Вы узнаете о женщинахъ, проституирующихъ, чтобы дти ихъ могли воспитываться въ гимназіяхъ! Вы узнаете о женщинахъ, проституирующихъ, чтобы самимъ достать средства на цли самообразованія! Знаменитый Parent D"uchatelet, основатель научнаго изслдованія проституціи, нашелъ изъ 5.183 парижскихъ проститутокъ – 37, вступившихъ на дорогу разврата съ цлью пропитать своихъ престарлыхъ родителей, 23 – съ цлью поднять на ноги многочисленную семью и 29 – чтобы вывести въ люди сестеръ, братьевъ или племянниковъ. Совсмъ уже рубрика для житомірскаго случая! Г. Вл. К., со справедливымъ уваженіемъ, указалъ на нравственную силу, съ какою житомірская Соня Мармеладова не позволила «грязному потоку хлынуть за порогъ ея семьи». И это постоянно такъ: старинная мелодія Густава Надо…

Ломброзо и Карлье группируютъ множество примровъ этой самоотвержепной проститутки, въ помощь сестрамъ, братьянъ, сиротамъ-родственникамъ, – проституціи, губящей собственныя тла, чтобы дочери и сестры не стали проститутками, a сыновья и братья нищими или ворами. Мечта Адели, мечта Фантины Виктора Гюго!

– Если бы моя дочь узнала, кто я, я наложила бы на себя руки! – говорила Ломброзо проститутка, которая «работала» сверхъ силъ, чтобы воспитывать дочь въ иногороднемъ пансіон.

Михаилъ Кузнецовъ, авторъ одного изъ старйшихъ русскихъ трудовъ о проституціи, говоритъ съ положительностью, что въ русскихъ городахъ контингентъ «материнской проституціи» гораздо больше, чмъ на Запад! Лично могу подтвердить это мнніе на томъ основаніи, что въ маленькомъ архив моихъ собственныхъ опросовъ подобные благородные мотивы къ женскому позору сказались y 13 проститутокъ изъ 91 – по большей части, впрочемъ, тайныхъ, слдовательно, еще не перечисленныхъ оффиціально изъ общества въ міръ «тварей» и «животныхъ», подлежащихъ оплеванію г-жами Лухмановыми.

– Кто безъ грха, пусть первый броситъ въ нее камень!

Г. Вл. К. хорошо замтилъ, что – счастье, что, когда Христосъ судилъ блудницу, въ толп не было г-жи Лухмановой, – иначе роковой камень полетлъ бы въ несчастную изъ ея добродтельной руки… Но есть арабская пословица:

– Грязь, бросаемая въ страдающаго, прилипаетъ къ рук!..

Къ этому же роду статей о борьб съ проституціей относится послсловіе мое къ повсти «Марья Лусьева», которое не включаю сюда, какъ тсно связанное съ дйствіемъ повсти. Желающіе могутъ найти его въ третьемъ изданіи «Марьи Лусьевой».